Кованые ворота внутреннего двора с грохотом вылетели из пазов и пролетели через сад, смирая кусты роз и разбиваясь о каменную стену алтаря. Колобок вкатился в образовавшийся проем, оставляя на брусчатке дымящийся след от раскаленной корки. Внутри него циркулировала Ци с такой скоростью, что поверхность тела начала светиться ярко-красным цветом, пульсируя в такт перегрузке. Воздух вокруг него искажался от высокой температуры, заставляя листья ближайших деревьев мгновенно сохнуть и осыпаться. Система предупреждений внутри его сознания выдавала сплошной поток красных сообщений о критическом состоянии оболочки, но он игнорировал их, фокусируясь только на двух фигурах в центре круга. Вэй Чжи и Лян Мэй стояли спиной к входу, начертая на полу сложную руну, которая начинала светиться болезненным фиолетовым цветом.
— Он здесь, — произнес Вэй Чжи, не оборачиваясь, но его голос дрожал от напряжения. — Мы не успеваем завершить последовательность.
— Кровь. Нам нужна больше крови для стабилизации матрицы, — ответила Лян Мэй, её руки двигались быстро, рисуя линии энергии в воздухе. — Свиток требует жертвы, иначе поле схлопнется.
Колобок увеличил скорость, перекатываясь через плиты с грохотом, напоминающим гром. Он сформировал перед собой плотный конус из Ци, направляя острие прямо в спину алхимика. Расстояние сокращалось стремительно, и каждый метр приближения приносил с собой нарастающий гул энергии. Создатели продолжали работать, словно не замечая надвигающейся угрозы, полностью погрузившись в процесс активации печати. Вэй Чжи резко выпрямился и посмотрел на свою левую руку, которую он держал над центром руны.
— Тогда я дам ей то, что просит, — сказал алхимик и резко дернул рукой вверх.
По лезвию, которое он держал в правой руке, пробежал искрящийся разряд. Лезвие с сухим хрустом раздробило кость и перерезало плоть, отделяя кисть левой руки в запястье. Кровь брызнула на камни пола и на начертанные символы, зашипев и мгновенно впитавшись в структуру ритуального круга. Вэй Чжи не издал ни звука, лишь его лицо побледнело, а губы сжались в тонкую линию. Рука упала на камни, пальцы еще несколько раз дернулись в судороге, прежде чем затихнуть. Руна на полу вспыхнула ярким светом, и вибрация воздуха усилилась, переходя в низкий гул, который отдавался в зубах.
— Теперь держи круг, пока я не замкну контур, — скомандовал он Лян Мэй, прижимая обрубок к мантии, чтобы остановить кровотечение.
Колобок не замедлился от увиденного. Он использовал инерцию прыжка, чтобы взмыть в воздух над центром двора. Тело его деформировалось, принимая обтекаемую форму, а впереди выперла заостренная игла из уплотненной Ци. Свет внутри него стал белым от перенапряжения, и вокруг острия иглы возникло вакуумное пространство, разрывающее материю. Он нацелился прямо в грудь Лян Мэй, которая стояла ближе всех к краю круга. Расчет был простым и жестоким: пробить сердце, прервать поток концентрации и разрушить ритуал до того, как он наберет полную силу.
— Цель зафиксирована, — пронеслось в процессоре Колобка.
Лян Мэй подняла голову, и её встретились с острием иглы, уже находящимся в нескольких сантиметрах от её груди. Её зрачки расширились, она увидела свою смерть в этом сияющем заряде чистой энергии. Колобок чувствовал, как структура пространства перед ним начинает прогибаться под давлением его атаки. Победа была неизбежной, оставалось лишь доли секунды до контакта. Игла коснулась ткани её одежды, и ткань начала тлеть и разлетаться в пепел, не касаясь кожи.
— Поздно, — выдохнула Лян Мэй и соединила ладони в последнем жесте печати.
Она произнесла заключительную мантру, и руны под её ногами вспыхнули слепящей вспышкой. Колобок продолжал движение вперед, но вдруг почувствовал, что пространство вокруг него стало плотным, как вяжущая глина. Игла Ци, неся в себе гигантский кинетический потенциал, уперлась в невидимую преграду в миллиметре от кожи целительницы. Энергия удара некуда было деться, и она начала растекаться по сторонам, выжигая узоры на невидимом барьере. Лян Мэй стояла неподвижно, глядя прямо в объективы камер Колобка, а по её щекам текли слезы, смешанные с потом.
— Склейка Пространства. Вечный покой, — прошептала она.
Мир вокруг внезапно потерял подвижность. Звук взрыва, который должен был последовать за ударом, застрял, не успев родиться. Колобок завис в воздухе, не в силах сдвинуться ни на миллиметр ни вперед, ни назад. Его оболочка треснула под нагрузкой собственного удара, оторвавшиеся от поверхности кусочки теста застыли в воздухе рядом с ним, как в янтаре. Вэй Чжи застыл с поднятой рукой, а капли крови, сорвавшиеся с его обрубка, повисли в виде идеальной красной нити.
Воздух стал твердым, как алмаз, сопротивляясь любому движению с той же неумолимой силой, с какой сопротивляется скала. Колобок попытался откатиться назад, но его моторы лишь жужжали вхолостую, не находя опоры в застывшей среде. Система времени внутри него показала ноль, но таймеры продолжали тикать, создавая диссонанс с реальностью. Он видел, как Лян Мэй медленно опускает руки, и это движение казалось бесконечно долгим, хотя занимало доли секунды. Ритуал был завершен, и ловушка захлопнулась.
Муха, летевшая мимо арки, внезапно остановила свой полет. Её крылья остались в положении взмаха, но она не двигалась вперед, повиснув в сантиметре от сферической поверхности Колобка. Маленькое насекомое застыло рядом с его глазом, пойманное в ту же вечную ловушку, что и он. Колобок смотрел на неё, не в силах пошевелиться, и осознавал, что время для него остановилось навсегда.
Обновлено: 23.01.2026