Глава 4 — Глава 4.

— Она… правда ушла? На высокой балке замер ворон, медленно перебирая крыло клювом. Под навесом стоял Жун Ци, облачённый в тёмные одежды. — Ваше Величество, Гугу Фэн ушла, — ответил Чэнь Цзин, уловив мысль повелителя. — Я спросил её, куда она направляется. Гугу Фэн сказала — в Сучжоу. — …Она выражала сожаление? Что-нибудь сказала? Чэнь Цзин внутренне вздохнул. — Нет. Она лишь попрощалась со мной. — Ни слова о своём звании? Ни капли обиды? — Фэн Чунъэр не произнесла ни слова. Сюй Ваньчжэнь была права. Это всего лишь приём Фэн Чунъэр — отступить, чтобы затем вернуться и добиться большего. Скорее всего, через три-пять дней она снова появится, унизится и с радостью примет титул гуйжэнь — благородной дамы [¹], будет покорно жить во дворце и не доставлять проблем. Жун Ци повидал слишком много таких людей — тех, кто без стыда использует старые заслуги как рычаг для получения наград. Когда его отец был в бедственном положении, кто-то однажды поделился с ним едой. Позже, уже став императором, он щедро наградил того человека десятью лянами золота. Но тот оказался неблагодарным — стал распускать слухи, будто император когда-то пил конскую мочу и грыз кору деревьев, мол, забыл своего спасителя. Жун Ци пришёл в ярость и приказал казнить его. Только после этого сплетни утихли. Но Сюй Ваньчжэнь была совсем иная. Семья Сюй сдержала обещание, данное её покойной матери. Сама Сюй Ваньчжэнь, знатная дама, имевшая множество женихов из числа принцев и чиновников, отклонила все предложения. Она упорно ждала до двадцати шести лет, так и не выйдя замуж. Однажды Сюй Ваньчжэнь сказала: «Слуги бывают двух типов — одни выслуживаются перед сильнейшими, другие делают ставку на падших. Если повезёт, они получают богатство и власть на всю жизнь. А таких, как Фэн Чунъэр, стоит испытать, чтобы понять, искренна ли она». Если служанка верна, ей не нужна слава. Если она хитра, то рано или поздно пожалеет и станет осторожной. Но Фэн Чунъэр не просила ничего, не проявила ни капли раскаяния — она просто сочинила сказку и ушла. Прошло пять дней. И всё ещё — ни слуху, ни духу. Жун Ци уже не мог сидеть на месте. Наверняка она прихватила немало серебра и золота. За все эти годы в дворце Фэн Чунъэр снискала доверие, славилась добротой и честностью. Даже младшие служанки относились к ней с уважением, называя «гугу». Жун Ци видел немало фавориток и служанок, у которых накоплений было больше, чем у знати. С такой репутацией, как у Фэн Чунъэр, у неё наверняка были сбережения. — Ты видел, что она забрала с собой? — Императрица запретила служанкам выносить что-либо из дворца, — ответил Чэнь Цзин. — Фэн Чунъэр пробыла во дворце двадцать лет. По правилам, ей выдали тридцать лянов серебра в качестве выходного пособия. Это всё, что она взяла. Тридцать лянов… Что можно с ними сделать? Дорога в Сучжоу, обустройство — и даже на еду вряд ли останется. Разве она действительно поверила в свою ложь? Убедила себя, что её кто-то там ждёт? — Ничего не взяла? А дары, которые вы ей приносили? Неужели у неё не осталось ни копейки? — Мы пытались что-то дать, но Гугу Фэн никогда не принимала. Она говорила: «Это вы, простые слуги, тяжко трудитесь». — Чэнь Цзин вытер глаза, вспоминая её доброту. — Перед уходом она даже вернула все долги. А те тридцать лянов — это приблизительная сумма. Думаю, большая часть пошла на то, чтобы всё уладить. Осталось у неё совсем немного. Жун Ци замолчал. Что-то тяжёлое и колючее осело у него в груди. Он думал обо всём. Он считал, что Фэн Чунъэр — умная интриганка, что она двадцать лет выжидала, поставив на проигравшего, надеясь на награду. Но он так и не допустил мысли, что она могла с самого начала… просто заботиться о нём искренне. Если она и впрямь была искренней, а он так глубоко её ранил — как ему это теперь искупить? — …Может, стоит отправить кого-нибудь поискать её? Вдруг после ухода из дворца она живёт хорошо? — Что обычно делают слуги после ухода из дворца? Как выживают? — Если честно, Ваше Величество… Обычно такие, как я, стараются прикупить лавку, участок, хоть что-то, чтобы обеспечить себе старость. Жун Ци знал — у Фэн Чунъэр этого нет. — А если у них нет ничего? — Уф… тогда тяжело. Я видел, как даже те, кого уважали во дворце, уходили — а потом стирали бельё за гроши, готовили еду, терпели побои и ругань. …Побои и ругань. У Жун Ци сжалось сердце. Примечание: [¹] Гуйжэнь (贵人) — «благородная дама», один из рангов в иерархии гарема императорского Китая. Ступени выстраивались следующим образом: Императрица (皇后), Императорская Благородная Супруга (皇贵妃), Благородная Супруга (贵妃), Супруга (妃), Наложница (嫔), Благородная Дама (贵人), Придворная Первого Класса (常在), Придворная Второго Класса (答应).