Вернувшись в лавку семьи Е, Е Цзинчэн вновь с головой ушел в алхимию.
Что до карты сокровищ, то он её попросту выбросил. Наслушавшись старших, он, разумеется, не верил ни в какие настоящие карты сокровищ.
На этот раз Е Цзинчэн создавал пилюли восстановления ци.
По словам его старшего дяди, Е Синхэ, запас пилюль ци и крови он почти пополнил, и теперь пришла очередь пилюль восстановления ци.
У трехногого котла не хватало одной ножки, так что Е Цзинчэну приходилось уделять особое внимание равновесию во время переплавки.
Все обдумав и просчитав, он наконец приступил к делу.
Однако, в отличие от пилюли ци и крови, в рецепте пилюли восстановления ци было больше духовных трав, и малейшие отклонения в процессе тут же приводили к ошибкам.
Первая же партия пошла прахом.
Проанализировав неудачу и поделившись с пламенной лисой светом драгоценной книги, Е Цзинчэн продолжил.
Вторая партия также не удалась.
Успеха он добился лишь с третьей попытки.
Все последующее время он безвылазно занимался алхимией. Он даже из комнаты почти не выходил, тем более что, в отличие от бесполезных для него пилюль ци и крови, пилюли восстановления ци мог принимать и он сам, и его пламенная лиса. Восстановив духовную энергию, он тут же брался за новую партию. Прежде он успевал сделать четыре переплавки за два дня, теперь же – целых пять.
Чем дальше, тем увереннее он работал, и выход готовых пилюль вырос с двух до пяти, а затем и до семи-восьми за раз.
Десять дней спустя все четверо вновь собрались в лавке.
На этот раз Е Синхэ был спокоен и полон уверенности.
А вот Е Синъюй, по сравнению с прошлой встречей, выглядел еще более изможденным, и эта усталость делала его, и без того неразговорчивого, совсем угрюмым.
То же самое можно было сказать о Е Цзинли и Е Цзинъюне. Их успехи в ремесле остались на прежнем уровне, и в глазах читалась все та же тревога.
И лишь Е Цзинчэн выглядел бодрым и полным сил. Отсутствие необходимости контролировать огонь значительно облегчало ему работу.
Е Синхэ, по обыкновению, попросил каждого отчитаться о проделанной работе.
Результаты остальных троих почти не отличались от предыдущих.
Наконец, слово взял Е Цзинчэн:
— Старший дядя, в этот раз я изготовил сто тридцать пилюль восстановления ци!
Остальные трое и сам Е Синхэ не могли поверить своим ушам – ведь речь шла о совершенно новой для него духовной пилюле первого ранга среднего качества. Главное, что количество казалось немыслимым.
— Я просто сделал на несколько партий больше. Эти пилюли и для Сяо Янь полезны, — не вдаваясь в подробности, пояснил Е Цзинчэн. Факты говорили сами за себя, а излишние объяснения лишь вызвали бы подозрения.
— Отлично! — не скрывая восторга, воскликнул Е Синхэ. — Теперь заказ точно будет выполнен! Цзинчэн, сосредоточься на пилюлях от яда!
— Я отправлю людей в лавку семьи Ли, чтобы они тоже попытались купить у них эти пилюли – посмотрим, продадут ли. Кроме того, Синхун, подними цену на наши духовные пилюли на два духовных камня. Один из них – это разница, которую мы выделим. Сейчас на рынке все судачат, что в семье Е не осталось алхимиков, что мы не сможем изготовить пилюли и провалим заказ, нарвавшись на огромную неустойку. Что ж, пусть будет по-ихнему! — уголки губ Е Синхэ поползли вверх. — Они хотят манипулировать рынком – мы им подыграем!
При этих словах все с облегчением выдохнули, на их лицах появились легкие улыбки.
— Старший брат, есть еще одна хорошая новость, — добавила Е Синхун. — Те духовные звери во внутреннем дворе, что по разным причинам были в плохом состоянии, в последнее время заметно поправились. Один другого бодрее!
Тут и остальные вспомнили, что состояние зверей действительно улучшилось. По ночам они то и дело подавали голос – а значит, их можно будет продать дороже. Основным источником дохода семьи Е все-таки была торговля духовными зверями.
Чем лучше продаются звери, тем выше годовое жалование, так что это была общая радость. Прежде они просто не обращали на это внимания, полагая, что Е Синхун дает зверям какие-то лекарства.
Теперь же выходило, что они поправились сами.
Е Синхэ на миг замер, расспросил Е Синхун о подробностях, но так и не нашел объяснения.
Он велел ей продолжать наблюдение, а затем, ободрив молодежь и пообещав устроить им пир в таверне семьи Мо в конце месяца, отпустил их.
Он также дал всем четверым полдня на отдых, чтобы они могли прогуляться по рынку и расслабиться, а заодно – создать у трех семей впечатление крайней спешки и озабоченности.
На этот раз Е Цзинли решил составить компанию Е Цзинчэну и по пути невзначай поинтересовался, не были ли причиной всему духовные пилюли, которые тот изготавливал.
Е Цзинчэн, разумеется, принялся отрицательно качать головой, уверяя, что все эти дни только и делал, что занимался алхимией. Он ведь сделал больше двадцати партий.
Е Цзинли кивнул, но любопытство в его глазах никуда не делось, и он так и ходил за Е Цзинчэном по пятам.
Обойдя рынок, они в конце концов вернулись в лавку.
Е Цзинчэн прикупил еще немного духовных трав для того самого таинственного рецепта. Хотя у него уже был запас, несколько лишних порций не помешают.
А Е Цзинли приобрел кое-какие материалы для оружейного дела, так что прогулка для обоих оказалась не напрасной.
…
В комнате Е Синхэ старинная курильница источала аромат сандала.
Е Синхэ сидел на гостевом месте, тогда как главное кресло занимал Е Синлю.
— Старший брат, как думаешь, какова вероятность, что остальные три семьи решат действовать? — первым нарушил молчание Е Синлю.
— Восемь из десяти. Сейчас времена неспокойные, секта Тайи погрязла в собственных проблемах, им не до нас, семей на ступени Создания Основы. Раз они осмелились тайно вредить нашему делу, значит, они уже готовы к войне на уничтожение! — в глазах Е Синхэ сверкнул холодный блеск, в голосе прозвучала убийственная нотка. — Впрочем, на этот раз их методы слишком топорны. Возможно, у них другая цель. Словно они сами подкидывают нам духовные камни. Потому я и вызвал тебя тайно. Если во время сделки они попытаются что-то предпринять, ты сможешь застать их врасплох, — так говорил Е Синхэ.
Перед Е Цзинчэном и остальными он держался уверенно, но как человек, облеченный властью, он должен был просчитывать все наперед. В этом мире, где сильный пожирает слабого, одна ошибка могла стоить всего.
Е Синлю кивнул. Больше они ничего не говорили. Вместо этого они, словно сговорившись, достали по чашке духовного чая и принялись пить.
Осушив чашки, оба откинулись в креслах и прикрыли глаза.
В следующее мгновение Е Синлю вдруг сплел духовную печать. Курильница перед ним вспыхнула, и ароматный дым стал еще гуще, плотным туманом окутывая комнату.
Этот туман, называемый «дымом подавления духа», мешал духовному восприятию.
— Как Цзинчэн? — тихо спросил Е Синлю.
— Годен, — ответил Е Синхэ.
— Тогда, как только закончится аукцион, устроим ему испытание.
— Хорошо.
…
Прошло еще десять дней. Е Цзинчэн выставил в ряд все флаконы с пилюлями и с облегчением выдохнул.
Перед ним стояла целая сотня пилюль от яда.
Хотя они и стоили дешевле пилюль восстановления ци, готовить их было ничуть не легче.
— Сяо Янь, теперь ты можешь как следует отдохнуть, — произнес Е Цзинчэн, убирая флаконы и гладя пламенную лису по шерстке.
Пламенная лиса в ответ пискнула пару раз и прикрыла глаза, с видимым удовольствием впитывая свет драгоценной книги, исходящий от Е Цзинчэна.
Как же плохи дела
Обновлено: 22.01.2026