Лязг!
Ворота ритуальной комнаты открылись. Первыми внутрь ворвались люди У Цзымина. Облаченные в стандартную защитную экипировку, они быстро окружили Ван Юя. Один из них заломил ему руки за спину, а другой достал с пояса баллончик без опознавательных знаков и начал распылять его содержимое на раны пленника.
— А-а-а-а-а-а!..
Стиснув зубы, Ван Юй не смог сдержать глухого, сдавленного стона. Невыносимая, жгучая боль хлынула из каждой раны, из каждого клочка содранной кожи и плоти прямо в мозг. Его тело забилось в дрожи, а холодный пот мгновенно пропитал и без того рваную, пропитанную кровью одежду.
— Хх-х-х-х-х…
Мучительная боль продолжалась около сорока секунд, а затем начала стихать. Ван Юй, все еще удерживаемый бандитами, тяжело дышал. Кровь из его ран перестала течь. Их покрыла тонкая, похожая на кожу пленка, от которой исходили легкий зуд и ощущение вибрации.
Активный санирующий спрей, продукт биотехнологий. Отсутствие маркировки, скорее всего, означало, что это была дешевая подделка, сварганенная в лабораториях самого «Морского Прилива». Но для Ван Юя, нищего шахтера без гроша в кармане, это было спасением и роскошью.
Эта живая пленка автоматически дезинфицировала и запечатывала раны, стимулируя ускоренную регенерацию. Обычные рваные раны заживали на глазах, вот только применение спрея было чертовски болезненным.
— Отпустите его. Теперь он один из нас. Ошейник снимут, когда официально приступишь к работе. Эта штука не слишком надежна, и я не хочу, чтобы какая-нибудь другая банда взломала его и взорвала твою башку.
У Цзымин вышел из-за спин своих людей и кивком указал на Ван Юя, приказывая освободить его. Одновременно он подтвердил, что статус Ван Юя изменился. Ценность, которую он доказал, спасла его от участи быть выброшенным на свалку.
— У тебя есть жилье в Гиблом городе? — спросил У Цзымин, глядя прямо в глаза поднявшемуся на ноги Ван Юю.
— Есть, — коротко кивнул тот.
— Отлично. Я отправлю тебя обратно к шахте. У тебя есть полмесяца, чтобы привыкнуть к новому статусу и силе, полученной в ритуале. После этого ты должен явиться в любой из подпольных баров под нашим контролем. Там с тебя снимут ошейник, и ты официально приступишь к выполнению заданий банды.
С этими словами У Цзымин через своих людей передал Ван Юю две вещи.
— Запомни, номер 318, таймер ошейника установлен ровно на шестнадцать дней. Если через пятнадцать дней ты не явишься… Бум! — сказал У Цзымин, глядя ему на шею и имитируя звук взрыва.
— Я понял.
Ван Юй не стал спорить. Он взглянул на то, что ему вручили: потрепанный буклет из какого-то странного материала, больше похожего на древнюю кожу, чем на бумагу, и толстую металлическую печать, внутри которой явно что-то было.
— В буклете — информация о силе, которую ты получил. В печати — чип, подтверждающий твое членство в «Морском Приливе». Да, и дайте ему куртку. В остальном… удачи. Не хотелось бы, чтобы мой будущий подчиненный, счастливчик, переживший ритуал, бесславно сдох в какой-нибудь подворотне.
У Цзымин с довольным видом наблюдал, как Ван Юй изучает предметы, и объяснил их назначение. По его знаку один из подчиненных протянул Ван Юю приличную на вид куртку, чтобы тот сменил свои лохмотья.
— Спасибо.
Искренне поблагодарив, Ван Юй надел куртку. Дыхание его уже выровнялось после приступа боли.
— Можешь идти. Мои люди тебя проводят.
У Цзымин указал на выход.
Ван Юй, разумеется, не стал возражать. Он пошел к выходу. Сейчас на него снова наденут тот шлем, лишающий зрения, слуха и речи, а затем его ждут пятнадцать дней свободы. За это время…
Бам!
Ван Юй внезапно рухнул на пол. Его руки и ноги мелко, нескоординированно задергались. Тело словно отказало.
— Ах да, чуть не забыл. Чтобы ты не забывал о том, что у тебя в голове, я должен тебе кое-что напомнить. Даже не думай использовать свою новую силу против банды. Иначе… ты уже видел у Матери Червей, что бывает.
Голос У Цзымина раздался у него за спиной. Было очевидно, что это не «случайная забывчивость», а намеренная демонстрация силы. И она была весьма убедительной.
Мозг пронзила невыносимая боль, будто в него вонзили стальные иглы. Ван Юй буквально чувствовал, как паразит с восторгом терзает его беззащитные нервы. Это было уже не просто боль, которую можно стерпеть. Все его тело вышло из-под контроля.
Калейдоскоп безумных цветов перед глазами медленно угас вместе с болью. Все еще оглушенного и страдающего от пульсирующей боли в голове Ван Юя снова заковали в сенсорный шлем, погрузили в вездеход и отправили обратно к шахте, в пятнадцатидневный «отпуск».
— Так будет достаточно, верно, Старейшина? — спросил У Цзымин, когда тот вышел из тени.
— Да, этого хватит. Позже я отправлю его зарегистрироваться в Гильдию наемников, пусть выполнит несколько заданий в аномальных зонах. Заодно и посмотрим, на что он способен.
Ответил Старейшина, направляясь к центру ритуальной комнаты, где одиноко лежал шар из плоти и костей, оставшийся от безумца.
«Наемник в аномальной зоне… смертность в таких заданиях превышает тридцать процентов. Выживет ли он? Слишком суровая проверка…» — пробормотал У Цзымин, задумчиво нахмурившись.
— Да. Моя задача в банде — отправлять людей на освоение Пустошей за пределами Безопасной зоны. Мне нужны только те, кто действительно чего-то стоит. Если он погибнет в аномальной зоне, я не стану об этом жалеть.
Как и прежде, Старейшина, казалось, прочел его мысли и ответил, не дожидаясь вопроса.
— Понял. Позвольте полюбопытствовать, Старейшина, почему вы сказали, что этот шар — находка поважнее, чем номер 318? — с искренним любопытством спросил У Цзымин, глядя, как тот разглядывает шар из плоти.
— Подойди.
Старейшина не ответил сразу, а лишь подозвал его.
Несмотря на подсознательное чувство тревоги, У Цзымин не посмел ослушаться. Он подошел ближе, чтобы рассмотреть шар.
Костяной каркас снаружи, а внутри — плоть, медленно, с постоянной периодичностью сжимающаяся и раздувающаяся. Было очевидно, что оно все еще «живет».
— Выстрели в него. На минимальной мощности, — последовал второй приказ.
— Вы… стрелить?
У Цзымин вытащил из-за пояса свой тяжелый пистолет «Оспри-II», изготовленный оружейниками банды, но заколебался. Инстинкт подсказывал, что в этом приказе что-то не так.
Старейшина молчал. Поколебавшись мгновение, У Цзымин перевел пистолет на минимальную мощность и, скрепя сердце, нажал на спусковой крючок.
Бах!
— А-а-а!
Вспышка пламени, и пуля, вылетев из ствола, с короткого расстояния ударила в шар. В тот же миг раздался крик У Цзымина.
Не ожидавший этого, он выронил пистолет и, схватившись за правую руку, в которой зияла дыра, упал на одно колено. Он с ужасом и недоверием уставился на совершенно невредимый шар.
— Теперь понял? — спросил Старейшина, подбирая с пола пулю, потерявшую всю свою кинетическую энергию.
— Этот шар… он отразил урон в меня?
У Цзымин смотрел на кровоточащую рану на руке. Она ничем не отличалась от обычного пулевого ранения. Он представил, что стало бы с его рукой, если бы он выстрелил на полной мощности. Ее бы просто оторвало.
Но он не мог понять, как это произошло. Он был абсолютно уверен, что пуля попала в шар и отскочила в угол, а не в него.
— Точнее, ты нанес ему урон, а он перенаправил этот урон на тебя. Пока наносимый урон не превышает его предел прочности или не исчерпает его остаточную энергию, он может делать это бесконечно.
Объяснил Старейшина У Цзымину, который, обливаясь холодным потом от боли, обрабатывал рану спреем. Личный опыт оказался лучшим учителем — тот почти сам догадался о свойствах шара.
— Это называется порождение аномалии. Объект, созданный остаточной силой великих сущностей. Обычно у них есть определенные свойства. Если я не ошибаюсь, тот безумец еще до ритуала поклонялся некоему «Страдальцу», поэтому после провала ритуала его тело стало сосудом для части этой силы.
В поле зрения особого глаза Старейшины шар был окутан слабым кровавым сиянием. По его едва заметным характеристикам и собственному опыту он мог судить об источнике силы этого порождения. Его собственная способность читать мысли была лишь ответвлением дара другой великой сущности.
Он положил руки на шар и слегка надавил. Костяной каркас с тихим хрустом начал меняться, принимая иную форму.
У Цзымин, только что на своей шкуре испытавший «отражение урона», с замиранием сердца наблюдал за действиями Старейшины, ожидая увидеть, как его тело будет искалечено и раздавлено отраженной силой.
Но ничего не произошло. Даже когда Старейшина полностью развернул костяной каркас, придав ему форму человека, и плоть равномерно распределилась по нему, он остался невредим.
— Пока этому порождению не наносится урон, оно не перенаправляет его. Простое изменение формы не считается уроном. Ну, а теперь ты можешь догадаться о его применении?
У Цзымин на мгновение задумался, а затем его осенило.
Если отбросить жуткий вид, то после небольшой доработки из этого порождения аномалии получится превосходная броня. Никакие существующие технологии не могли обеспечить такой уровень защиты.
Более того, она могла игнорировать любую защиту и перенаправлять урон атакующему. Сочетание защиты и нападения. На мгновение У Цзымин даже забыл о своем страхе перед этими непостижимыми вещами. Он представил, какое преимущество даст такое порождение в бандитских разборках.
— Хех, оно будет твоим. Твой отец просил меня присмотреть за тобой. Если будешь хорошо работать, я тебя не обижу.
Как всегда, прочитав его мысли, Старейшина слабо улыбнулся. У Цзымин пришел в восторг.
— От номера 318 не исходит явного свечения. Похоже, его сила не мутационного или искажающего типа. Скорее всего, интерференционная, как и моя. Интересно, от какой великой сущности? Правила моей силы не позволяют мне спросить напрямую. Что ж, разберемся позже.
Взгляд Старейшины устремился в том направлении, куда ушел Ван Юй. За одним из двух сегодняшних трофеев он собирался присматривать особенно внимательно.
…
Бам!
Дверь машины с грохотом захлопнулась. С Ван Юя сняли шлем. Проводив взглядом уезжающий вездеход, он молча побрел к тому, что в Гиблом городе с натяжкой можно было назвать его домом.
Вокруг буйствовала неоновая реклама, слепящая и хаотичная. Голографические проекции и полураздетые андроиды зазывали прохожих… Но ни несущиеся мимо машины, ни витрины магазинов, ни даже трупы жителей с вырванными имплантами не имели к Ван Юю никакого отношения.
Он был чужим здесь. И в финансовом, и в любом другом смысле. Он совершенно не вписывался в этот мир. Впрочем, в Гиблом городе, кишащем безумцами и маньяками, такая «особенность» не была чем-то уникальным и не имела никакого значения.
Обернувшись, Ван Юй увидел позади себя полупрозрачного двойника, повторявшего его движения с девятисекундной задержкой. Вот с ним у него была самая тесная связь. Дар… или проклятие… от неведомой сущности.
Не задерживаясь, он шел к своей цели. Примерно через десять километров в поле зрения показалось побережье, все еще находящееся в пределах Безопасной зоны.
Влажный, пропитанный запахом моря туман окутал все вокруг. Машин и прохожих становилось все меньше. Никто из жителей Гиблого города по доброй воле не селился на побережье — неуютном и небезопасном месте.
Несколько старых, обшарпанных зданий, в окнах которых еще горел свет, стояли у дороги. Они выглядели как реликты прошлой эпохи. В одном из них, в здании под названием «Псарня», и находилось его жилище.
Лишь бездомные псы могли выбрать такое место своим логовом…
Обновлено: 21.01.2026