Мы вышли из такси за пару кварталов от места назначения — если бы парень не выглядел таким слабым, мы бы легко дошли пешком. Здесь всё было забито бездомными, торгующими своим товаром на тротуаре, под чахлым деревом и на огромном стеклянном переходе — видимо, сюда переместились все торговцы из «Хэнсина». Я осторожно обошёл всю эту колоритную местную публику, что-то оживлённо обсуждающую и торгующуюся, а паренёк, оказавшись в своей стихии, куда более резво умело лавировал в толпе по направлению к медклинике.
В игре это была обычная аптека с белыми стенами и слепящим неоном, но сейчас она больше походила на салун в духе Дикого Запада: потёртый бетон песчано-коричневого цвета, полки, заставленные всевозможными безрецептурными и самодельными лекарствами, а внутри суетилась кучка стариков и старух — они расставляли товары по стеллажам и наскоро осматривали пациентов.
Пожилая латиноамериканка за прилавком тяжело вздохнула.
— Уже вернулся, малыш? Что, закинулся дозой ядрёной дури? Я думала, что преподала тебе урок насчёт ядов, а? — с молниеносной скоростью она метнулась к ушам мальчишки, но тот мешком свалился на пол, уворачиваясь.
— Да нет же, ба! Мне просто поплохело, ломка началась, вот я и попросил у этого парня немного «Стимула». — Он указал на меня, не вставая с пола и мотая головой. — Он сказал, что это небезопасно, и привёл меня сюда, — на его лице расцвела довольная до ушей ухмылка. — Дал мне конфеееетку.
Женщина медленно, всем телом, повернулась ко мне. Её губы были плотно сжаты, а взгляд ничего не выражал.
«Вот дерьмо, дело дрянь».
— Я дал тебе одну мятную пастилку несколько дней назад, — поспешно возразил я. — Я не извращенец, честное слово...
Оба прыснули со смеху.
— Молодой человек, когда растёшь на улицах Найт-Сити, учишься видеть людей насквозь, иначе сдохнешь с криком, — объяснила старушка. — Мы оба видим: у тебя нет этого хищного, блуждающего взгляда, этой бессердечной оценивающей манеры, ты не прощупываешь границы и не относишься к людям как к вещам.
— Но на мне же маска? — спросил я.
— Может, ты просто хороший актёр, — встрял мальчишка, — но если так думать, котелок от паранойи закипит, а так жить нельзя!
Я шумно выдохнул.
— В общем, Бо выглядел паршиво, поэтому я привел его сюда. Думал, у вас найдётся что-нибудь, чтобы облегчить симптомы или помочь с зависимостью.
Старушка хмыкнула.
— Ещё один олух, который думает, что годы дурацких решений можно смыть таблеткой или операцией. Ай-яй-яй, этот маленький пострел уже несколько месяцев лечится — и лучше бы ему быть чистым! — она сурово зыркнула на него.
Бо торопливо вскочил на ноги.
— Я чист, клянусь! Я просто делал, как ты учила: люди же не замечают бездомных попрошаек, вот и я притворялся торчком, потому что ждал, когда вернётся старик Рам! — он принялся отчаянно жестикулировать. — Ты же знаешь, Мусорщики не трогают любителей «Стимула»!
Женщина обмякла и вздохнула.
— Твоя правда, малыш. Ты хотя бы стараешься изо всех сил. Если бы я только могла сказать то же самое о твоей madre или hermana. — Она повернулась ко мне и вскинула бровь. — Что ж, ты сделал своё доброе дело на сегодня. Muchas gracias и всё такое. Тебе что-нибудь нужно с моих полок?
Я неуверенно замялся. Док ничего мне не прописал, но я всё ещё помнил непатентованное название своего лекарства от СДВГ. К тому же, обезболивающие таблетки, наверное, стоило бы заменить, раз уж работа дока Рейнуотер избавила меня от всех болей.
— Мне, пожалуйста, тридцатидневный запас метилфенидата гидрохлорида. И какое-нибудь эффективное обезболивающее на случай, если меня подстрелят.
Старушка склонила голову набок.
— Метилфенидата гидрохлорид? Зачем? У меня есть фен, который действует быстрее и стоит дешевле. Тебе какой: декстро, солевой, жжёный или люкс?
— Нет, спасибо, — отказался я. — Мне нужно что-то без привыкания, чтобы его никто не украл и не злоупотреблял, и чтобы принимать только раз в день. Так что моё старое назначение, тридцать шесть миллиграммов, меня вполне устраивает.
Она понимающе кивнула.
— А, так тебе МГ пролонгированного действия. Тогда понятно — уж несколько десятков лет прошло, как эти греческие козлы перестали продавать фен пролонгированного действия. И всё же, он довольно дорогой. Даже если я немного скину, месячный запас обойдётся тебе в косарь. Ты уверен?
— Я могу позволить себе полную цену, — заверил я её. — Ещё мне нужно что-нибудь, чтобы была возможность удрать из любой внезапной перестрелки. Что посоветуете?
— Редактор боли будет самым дешёвым и надёжным вариантом, учитывая, как часто тебя будут ранить или задевать в Найт-Сити. А вот из лекарств...
Она бросила на стол три ингалятора.
— «Санитатер Бизнес-класс» — позволит бежать даже с пулей в теле минут десять. Надеюсь, этого хватит, чтобы добраться до безопасного места и купить однодневную подписку на «Траума тим». Не играй с «Мясовозкой РЕО», молодой человек, — пожурила она. — Во многом можно сэкономить и остаться в живых, но жизнь у тебя одна — береги её. То, что мэр объявил на улицах код «зелёный» после той резни, ещё не значит, что можно позволять себе безрассудство! И для начала неплохо было бы не подходить к нестабильным торчкам, как бы молодо они ни выглядели!
Я смущённо почесал затылок.
— Понял, мэм. — Я вызвал на голограмме приложение с кошельком и на мгновение замер. Поддавшись внезапному порыву, я спросил: — Не могли бы вы дать мне свой контакт? Хочу кое-что попробовать.
Мальчишка на цыпочках выглянул из-за прилавка.
— Зачем? Я с дилерами и бандами не якшаюсь.
Я повозился с голограммой, настраивая триггер, синхронизированный с биомонитором, на покупку круглосуточной подписки «Траума Платинум», если я когда-либо получу угрожающее жизни ранение и не отменю покупку в течение тридцати секунд.
— Не ты, парень, сеньорита. Мне кажется, у вас есть задатки, чтобы научиться некоторым трюкам моего ремесла. Позвоните мне, когда будет свободное время, мэм.
Обновлено: 21.01.2026