Как бы мне ни хотелось продолжить изыскания, сквозь их импланты я видел размытые силуэты Вика и мамы. Они суетились в беспокойстве, явно понимая, что со мной что-то происходит. И я, как истинный жадина, решил получить всё и сразу: опустился к узлу связи между моей Primedec и нейролинком и подключился напрямую. Тут же возникли строки кода, которые я подсознательно опознал как проприетарное ПО Techtronica, и проследил их до исполняемого файла активации.
Одного ментального щелчка хватило, чтобы оптика ожила. Прежде чем док и мама успели окончательно разнервничаться, я попрощался с этим чудесным местом и нырнул обратно в кибердеку , чувствуя, как разрывается связь и я снова валюсь в свою тюрьму.
Теперь я проснулся по-настоящему. В затылке разлилось приятное тепло; я часто моргал, глядя на россыпь информационных алертов в правом глазу — теперь этот глаз видел всё идеально четко, в отличие от моего родного. Но не успел я продолжить эксперименты, как меня выдернул голос Вика:
—...Пацан! Ты меня слышишь?
Поколебавшись лишь секунду, я ответил через синтезатор: [Да].
Мама практически сползла на пол от облегчения.
— Черт, не пугай нас так больше, — пожурил Вик. — О чем ты только думал, активируя оптику самостоятельно?
[...Я не думал], — признавать это было неприятно, но врать своему врачу — высшая степень идиотизма.
Он выдохнул и покачал головой:
— Как ты вообще подключился?
[Я...] — я замялся, но, увидев ободряющий кивок мамы, продолжил: — [Я очнулся в другом пространстве...] — и описал свои ощущения.
— Ты ушел в полное погружение на одних инстинктах? — Вик посмотрел на меня как на пришельца. — Вот так просто?
[Не знаю, что тебе сказать, док], — как жаль, что я не мог полноценно ему ухмыльнуться. — [Может, я просто настолько хорош].
Он хмыкнул:
— Ну да, ну да, пацан. — Затем пожал плечами: — Впрочем, не мне иметь дело с «мамой-медведицей», когда вы вернетесь домой. Так что просто помни об этом в следующий раз, когда решишь поэкспериментировать с чем-то, что может поджарить тебе мозги.
О чем это он гово... Ой-ой.
Мама выглядела в ярости. Я бросил на риппердока умоляющий взгляд, но он лишь улыбнулся и приступил к рутинным тестам, даже не потрудившись выслушать мои безмолвные мольбы.
Когда мы вернулись домой, мне запретили выходить в Сеть на целый месяц.
________________________________________
3D-принтер, на который я так долго копил, натужно гудел, медленно наполняя пластиковый стаканчик каплями серой жижи.
Кибердека и оптика полностью изменили правила игры во всем, чем я занимался, даже если мне всё еще не разрешали полное погружение. Скорость соединения и доступ к прямым данным через правый глаз дали мне невероятную точность контроля, которую я, разумеется, тут же использовал, чтобы перепрограммировать и пересобрать принтер практически с нуля.
Мои две серво-руки теперь ощущались почти как настоящие конечности! Мне потребовались целые сутки, чтобы перестать постоянно ими похлопывать.
В общем.
Новый уровень контроля позволил мне продвинуться в экспериментах, а оптимизированное ПО принтера теперь позволяло отделять нужные материалы от мусора и запчастей, которые мама приносила с работы. Путем проб и ошибок я смог превратить обычный жрат-концентрат (SCOP) в материал для моего проекта наномашин. Идея безопасных и растворимых нанитов никак не давала мне покоя, особенно если они могли стать временной защитой от моей постоянной потребности в медикаментах.
Последняя капля жижи упала в стакан, и я тут же принялся за сканирование. Я видел и чувствовал, как по крошечным механизмам пробегают строки кода; как и ожидалось, лишь малый процент из них был в рабочем состоянии. Каким бы гениальным я ни был, отсутствие специализированного оборудования оставалось непреодолимым препятствием.
«Но есть способ сделать лучше», — напомнила предательская часть моего мозга.
И в своем нетерпении я к ней прислушался.
Правая серво-рука зажужжала, вытянула кабель личного линка и воткнула его в ближайший порт сети, пока моя Primedec загружала туда [MustHaveBeenTheWind.exe].
Прости, мам, сегодня никаких алертов для тебя.
Мое восприятие сместилось, и я снова парил в стране свободы под названием Сеть. «Стены» вокруг были не такими насыщенными данными, как в клинике Вика, но вместо того чтобы находиться в полуизолированном пузыре, я видел внешние связи со всей остальной мегабашней. Это было похоже на гигантскую паутину из единиц и нулей размером с гору. Величественное зрелище.
Я немедленно приступил к активации заготовок, которые «совершенно точно» делал на случай окончания моего домашнего ареста. То, что мне нельзя было нырять, не означало, что мне отрубили доступ к Сети — мама не была настолько жестокой. А с полноценной кибердекой я теперь мог подключиться к куда более эксклюзивным источникам информации.
Ходили слухи, что магазин EdgeNet над кольцевой развязкой Кабуки — это место сбора нетраннеров всех мастей. Немного «невинных» вопросов и пара демонстраций навыков — и вот меня уже пригласили в их лобби. Они не спешили делиться информацией и даже не называли своих имен, пока я не «докажу свою состоятельность», но были вполне готовы давать базовые советы в свободное время.
Самым важным из них было создание ИКОНы — аватара, который позволял «свободно гулять» по Сети. Его можно было запрограммировать так, чтобы маскировать свое присутствие и оставаться в относительной безопасности, пока ты никого не трогаешь. По сути, это была сложная программа, позволяющая нырять глубже, не привлекая лишнего внимания, и одновременно с этим — статусный символ.
Я мог бы сделать себя почти невидимым и неприметным — базовую программу было легко разобрать и пересобрать. Но в чужой монастырь со своим уставом не ходят. К тому же всегда полезно иметь запасной план, так зачем ограничиваться чем-то одним?
[Загрузка и активация Freedom.exe]
Кибердека отправила структурированную команду. Аморфное пятно, представлявшее мое присутствие в Сети, задрожало и зажужжало. В мгновение ока вместо облака нулей и единиц возникла высокая фигура в красной рясе с хромированными руками и ногами; под капюшоном зияла жуткая чернота, в которой светились два оптических датчика.
[ICON «Магос» успешно скомпилирован] — проинформировала кибердека. — [Имя пользователя: Magos].
Да! Сначала я хотел назваться Магом (Magus), потому что быть нетраннером-волшебником — это чертовски прим. Но в слове «Магос» было что-то такое, что... правильно щекотало мне мозг. Остальное, как говорится, стало историей.
Глаза под капюшоном вспыхнули, и я почувствовал, как мои искусственные щеки болезненно растянулись в безумной ухмылке. Покачав головой и восхитившись свободой движений, я решил оставить дальнейшие эксперименты на потом и сосредоточился на пучке соединений прямо перед огромным образом 3D-принтера.
Я подлетел ближе (нельзя было рисковать и спотыкаться) и после недолгого раздумья запустил потоки кода через программы загрузки, заменявшие мне руки, подключаясь к тысячам крошечных механизмов разом. В затылке физического тела закололо от жара, но я продолжал, игнорируя ворох ошибок и предупреждений.
Простая компиляция всего увиденного в киберпространстве заняла у меня часы. Но когда я закончил, в каждый крошечный примитивный процессор наномашин была установлена связка из [Relief.bat] и [Repair.exe]. Чувствуя, что жар в затылке становится всё сильнее, я неохотно отключился от Сети. Меня тут же накрыла сильнейшая головная боль, едва не отправившая в глубокий сон.
Но я был слишком сосредоточен, чтобы позволить этому случиться. Я ждал слишком долго и не собирался спотыкаться на финише. Моя серво-рука с идеальной точностью взяла стакан с жижей и медленно поднесла его к моей соломинке для кормления.
Стакан замер над целью, и я на мгновение заколебался. Мама говорила, что я должен проводить тесты, убедиться в безопасности...
Нет.
Если я спасую даже перед этим, то могу просто сдаться смерти, потому что никогда не достигу своей цели — свободы. К тому же, она сама сказала: меньше знает — крепче спит.
Серво-рука наклонилась, и серая жижа медленно потекла по этой чертовой трубке. Она была безвкусной и какой-то склизкой; желудок тут же забурлил в протесте, а осязание вспыхнуло болью просто мне на зло. Но я не позволил этому сломить меня. Не в этот раз.
Прошли, казалось, часы, прежде чем мерзкая жижа осела, и я почувствовал покалывание во всем торсе. С медлительностью, которая была почти так же мучительна, как и её отсутствие, моё сердцебиение начало выравниваться, а дыхание стало чище, чем когда-либо. Органы начали работать эффективнее, и впервые в жизни я почувствовал, что не загнусь, если пропущу прием лекарств. Одна лишь экономия на медикаментах сбережет нам десятки тысяч эдди в месяц, даже если мне придется довести принтер до ума, чтобы не перепрограммировать нанитов вручную каждый раз. Наконец-то родители смогут пожить для себя, несмотря на меня.
Я закрыл глаза, наслаждаясь триумфом. Но внезапный писк заставил меня вздрогнуть — пришло сообщение от отца Николаса.
[Невилл Вернер: Ваши услуги более не требуются. Не связывайтесь больше с моим сыном.]
...Что?!
Я тут же попытался вызвать своего «чумбу», но мой номер был заблокирован, а дека показала работающую на том конце программу слежки. Конечно, этот мелкий гонк настучал про взлом. Я хотел было позвонить маме, но она опередила меня — её панический голос эхом отозвался в голове.
[Lana: Дорогой, молю, скажи, что ты в безопасности!]
[M: Что происходит? Мне только что закрыли доступ к подработке без объяснений.]
[Lana: Сначала запри двери и возьми под контроль камеры. Я еду домой, никого не впускай! Ты понял?]
[M: Сделаю, но объясни, что случилось?] — пока я отправлял сообщение, я уже подключался к локальной сети, выполняя указания и попутно готовя сообщение банде «Тигриных Когтей» с нижних этажей — на случай, если придется платить за защиту.
Мама ответила лишь спустя минуту.
[Lana: Твой отец...]
Её тон сменился с печального на исполненный бессильной ярости.
[Lana: Его босс облажался как последний идиот, и вместо того, чтобы признать вину, он свалил всё на твоего отца!]
[M: Где он сейчас?]
[Lana: Они.... Они дистанционно отключили его сердечный имплант и просто смотрели, как он умирает].
Слова отказывались укладываться в голове, пока мама всё сильнее беспокоилась из-за моего молчания. Я чувствовал, как сжимается сердце, как пульс зашкаливает далеко за пределы того, что я обычно мог выдержать, не теряя сознания. Но наниты делали свою работу, и я не мог отключиться, даже если бы захотел.
Успех оказался горьким плодом. Всё, что осталось — это удушающее чувство беспомощности.
Обновлено: 18.02.2026