Миновав границу племени, гоблины совсем притихли, с мрачными и настороженными лицами шли вперед, никто не проронил ни слова. На привалах держались ближе друг к другу, даже охотник не отходил далеко. Делая вид, что отдыхают постоянно вглядывались в лесную чащу. Старик-шаман впервые долгое за время дремал у костра, как делал в деревне, однако из-под полуприкрытых век порой можно было уловить блеск глаз, внимательно наблюдавших за лесом.
Из любопытства Лафит тоже крутил головой во все стороны, но не замечал ничего необычного. Заросли вокруг него ничем не отличались от любых других. В воздухе висело напряжение, он чувствовал себя очень неуютно, но вида не подавал, изо всех сил старался выглядеть надменным и важным. Ленился, принимал суету гоблинов вокруг него, как должное и между делом издевательски дразнил нежить, претворяясь злым демоном, однако до сих пор не был уверен, наблюдал ли за ними кто-то из племени Черепов или еще нет.
На следующий день их неторопливое и притворно расслабленное путешествие продолжилось. В полдень отдыхали в тени огромного валуна, торчащего из земли прямо посреди леса. На нем в больших трещинах росли пышнее кустарники, вьюны и прочие растения, придавая причудливый вид природных висячих садов.
— Они здесь, — произнес шаман, будто разговаривая сам с собой.
Гоблины на мгновение замерли, их глаза забегали по окружающим зарослям, а уши немного приподнялись, улавливая любой шорох. Лафит сомневался, что сможет разглядеть зеленых коротышек среди моря зелени, для него ни звуки, ни запахи не изменились, поэтому суетиться и оглядываться не стал. Вальяжно и очень достойно он заложил руки за голову, потом, зевнув, расслаблено растянулся на мягкой траве и прикрыл глаза. Сказали бы ему, что пришли гигантские пауки или другие большие насекомые, он бы уже паниковал и бегал кругами, но присутствие неподалеку кровожадных гоблинов его не сильно волновало.
В таком тщательно скрываемом напряжении прошел весь остаток дня. На закате, вероятно потеряв надежду услышать хоть что-нибудь полезное от молчаливых гостей, показались сами хозяева территории. Из подлеска неподалеку, едва потревожив листву, вышли пятеро гоблинов из племени Черепов, а затем неспеша приблизились к месту стоянки. Их жадные взгляды то и дело скользили по большим мешкам, стоящим дружной кучкой.
Лежа под деревом и прикрыв тыльной стороной ладони глаза, Лафит с большим интересом разглядывал Собирателей Черепов. Каждый из них носил кожаную броню и железное оружие. Хотя то и другое знавало лучше времена, все равно выглядело намного внушительнее костяных и каменных поделок, обычно используемых Лесным племенем. У троих за спиной висели деревянные щиты обтянутые кожей и железные топоры, а двое других несли короткие копья.
Помимо наличия одежды и брони, сами они тоже сильно отличались от знакомых ему гоблинов, словно принадлежали к другому виду. Жители Лесного племени с ясными невинными глазами, спокойные и ухоженные, отдаленно напоминали невысоких людей, а вот появившиеся перед ним существа больше походили на свирепых монстров, нежели обычных дикарей, даже их кожа казалась серой и сухой, как у ящериц. Дополняли картину сломанные носы, недостающие части ушей, шрамы по всему телу и бегающий взгляд. Жизнь их явно не баловала. Глядя на гоблинов из главного племени, Лафит подумал о человеческих разбойниках самого низкого пошива или «городских крысах».
— Что вы тут забыли? — громко крикнул главный, закинув на плечо кроткое копье, — Чего приперлись?
— Кажись, они принесли нам вещи в благодарность за защиту леса от людей, — усмехнулся другой гоблин из-за его спины, — Духи предков обидятся, если мы не примем их подношений.
Остальные громко рассмеялись и медленно двинулись в сторону сложенных товаров, то и дело поглядывая на лежавшего неподалеку демона. Тот не шевелился и все также из-под полуприкрытых век лениво наблюдал за ними. Он не выглядел достаточно свирепым, чтобы его боялись. Разведчики Черепов подошли к мешкам и главный гоблин, облизнувшись, протянул руку к одному из них, когда услышал веселый смешок со стороны демона.
— Это еще что за крысы? — надменно спросил Лафит, глядя прямо на них, — Неужели, еда для моей нежити пришла сама?
— Кто такой смелый, чтобы подавать голос? — распрямился главный гоблин и задрал вверх подбородок с вызывающим видом.
— Э-э-э, какая наглая говорящая крыса, — произнес молодой демон будто бы сам себе.
Крупный гоблин со шрамом на голове, злобно оскалился и для любого неопытного путника, он выглядел бы пугающе, но не для Лафита. Вот если бы его на месте стояла крупная многоножка, шевеля усиками, тогда другое дело, но перед гоблином молодой демон чувствовал себя вполне уверено и мыслил ясно.
«Кажется, они меня проверяют, пытаются запугать. В общем, ведут себя как обычные бандиты. Шаман предупреждал», — сообразил Лафит, — «Хотят победить без боя? Не выйдет!»
— Ха! Сдается мне, сегодня на пограничном столбе добавится черепов! — гоблин повернулся к своим, ища поддержки, и те не подвели — дружно засмеялись.
Зевнув, молодой демон поднялся на ноги, неспеша отряхнул прилипшие к одежде травинки, потом все также неторопливо подхватил на плечо переноску с раздраженно мычавшей нежитью. Закончив эти странные действия, он шагнул в сторону гоблина, одновременно с этим направил в руки самый сильный поток манны, на какой только был способен, и его ладони ярко вспыхнули зеленым пламенем. Главный гоблин вздрогнул и невольно попятился.
— Ха-ха. Хорошо, хорошо, — Лафит медленно двигался к нему, с каждым шагом повышая голос, — тогда ничего, если я сдеру с тебя шкуру? Высосу твои мерзкие глаза! Вырву и скормлю нежити твое сердце! — он подошел вплотную к гоблину, навис над ним и орал во все горло, брызгая слюной, — Я тебя, тварь разорву! Голыми руками! На части! Ты знаешь кто я такой?
На поляне повисла гробовая тишина, только стрекотание бестолковых кузнечиков нарушало ее. Гоблины из главного племени растерялись и, моргая глазами, замерли на месте. Их не напугали бы одни лишь слова демона, но его громкий уверенный голос в сочетании со светящимися руками, рычащей нежитью за спиной и развивающимися волосами цвета вороньего крыла, произвели нужный эффект. Лафит вложил в свои слова весь накопленный гнев, так как на самом деле хотел разорвать тех, кто ставит пыточные столбы с черепами по всему лесу, а потому его угрозы звучали очень убедительно.
Оплеванное лицо главного гоблина вытянулось, а в душу закрались сомнения. Он с ужасом подумал, что совершил ошибку, не зная, кто пред ним, случайно оскорбил могущественного демона-мага. Глядя в блестящие кровожадные глаза Лафита, он испытал сильный страх, руки ослабли, оружие выскользнуло из них на землю, а следом он сам упал на колени.
— Прости великий демон! — вскричал гоблин, склонив голову до земли.
Лафит, молча смотрел на него сверху вниз слегка приподняв подбородок, всем своим видом излучая величие и силу.
Обновлено: 10.04.2026