Гоблины стояли вокруг нежити, в недоумении глядя на демона, а тот все еще игрался с мертвецом, тыкая в него пальцем и отдергивая руку, когда мертвец пытался его схватить.
— Зачем он тебе сдался? — удивился шаман.
— Он же волшебный! То есть в нем магия. Вот я и подумал притащить его в подземелье, — пояснил Лафит, — на обратном пути нам так не повезет, поэтому лучше сразу взять его с собой.
— Хочешь создать подземелье нежити? — шаман широко раскрыл глаза от удивления, — Самые мерзкие из всех! — он плюнул на землю, — Сам потом пожалеешь! Трупы, смерть, мервячина, ничего хорошего, если ты не некромант.
— Хм, — Лафит на секунду задумался, — Мое подземелье таким не станет. В нем уже есть крыса и паук. Я просто хочу получить себе защитника.
— Так он же без ног, и руки одной не хватает, — подметил воин-гоблин.
— Крысу однажды сильно ранили, но в подземелье она восстановилась. Что если с нежитью так же получиться?
— Смотрю, ты уже план придумал, — хмыкнул шаман, — Но даже с руками и ногами, из нежити плохой защитник. Она только в большой толпе страшная, а поодиночке сам видишь.
— Разве вам не интересно, что случится, если положить нежить в подземелье? — повернулся к ним Лафит, с силой выдергивая палец из хватки настойчивого мертвеца.
— Нет. Совсем, — ответил за них всех старик, а гоблины закивали в согласии.
— Все равно надо его забрать! — не уступал Лафит.
— Вот положишь ты его в подземелье, но ничего не произойдет. Что дальше?
— Тогда и подумаем.
— Будешь таскаться с ним в племени Черепов? — привел последний довод шаман, — Мы не станем возвращаться ради него!
— Ты сам говорил, не их дело, чем занят демон. Так я буду выглядеть еще загадочнее. А? — Лафит не хотел отступать и бросать только что найденное волшебное существо.
Гоблинам пришлось смириться и вскоре, довольный демон шел по лесу, а за спиной у него болталась безногая нежить, привязанная к палкам, и искренне негодовала по поводу такого обращения. Ее единственную руку примотали к телу, голову закрепили, чтобы не кусалась, и теперь, все что ей осталось — в бессилии щелкать зубами. Свернутые в рулон шкуры переместились с плеч, на поясницу и при ходьбе били демона по заду, но тот не обращал внимание.
— Аркх-арх-х, — время от времени мертвец рычал, вызывая недовольные вздохи охотника.
— Его надо заткнуть! — не выдержал он, наконец.
— Хорошо, — согласился Лафит, — но чем?
Охотник, не раздумывая, свернул кляп из листьев и затолкал мертвецу в рот, всунул в зубы палку и для надежности накрепко примотал к голове веревкой. Живой мертвец совсем разозлился, но теперь его тихие мычания никому не мешали и не привлекали внимание зверей. Полностью обездвиженный, он затих после нескольких часов упорного сопротивления, смирился, и только огоньки внутри пустых глазниц яростно сверкали, когда кто-то из отряда попадался в его поле зрения.
Дальнейшее путешествие проходило без происшествий. С наступлением сумерек маленький караван покинул окрестности Паучьего леса, и, к большой радости Лафита, вернулся в привычную зеленую чащу. Найдя хорошее сухое место, гоблины сделали привал, выставили дозорного, а охотник осмотрел прилегающую территорию. Никаких опасностей поблизости не обнаружилось, поэтому решили остаться здесь до утра.
Пока они занимались обустройством временного лагеря, молодой демон медитировал. Он не прерывал свои ежедневные занятия магией даже во время путешествия, слишком уж заманчивая цель стояла перед ним. Его настойчивость уже приносила свои плоды. Накануне путешествия Лафит впервые почувствовал поток энергии в своем теле без использования черного камня и с каждым днем ощущал ее все лучше и лучше.
Мана, словно ручеек протекала по всему телу, а потом медленно собиралась в руке. К сожалению, ему не удавалось удержать ее надолго, она быстро рассеивалась, но Лафит чувствовал разницу по сравнению с первыми днями тренировок. Эти изменения радовали его, они означали, что вложенные усилия окупились. Теперь, стоило ему сесть, закрыть глаза, как ощущение маны появлялось само собой. Казалось, он приближался к важному прорыву в своей магической практике.
Глядя на его усердие, шаман одобрительно кивал с улыбкой на лице. Многие сдавались в самом начале, когда отдача от вложенных усилий заметна меньше всего, а настойчивый молодой демон не отступил. Старик испытывал гордость за своего первого ученика. К нему вернулась давно забытая мечта найти себе приемника среди гоблинов того, кто унаследует его знания и станет следующим шаманом племени.
— На сегодня хватит, — шумно выдохнул Лафит.
На этот раз тренировка получилась короткой, усталость от долгого путешествия через Паучий лес дала о себе знать. Находясь там, он бдительно высматривал среди ветвей паутину или самих пауков, отчего сильно вымотался. Глубоко вздохнув, юноша достал из сумки вяленное мясо и пододвинулся ближе к теплому костру. Несмотря на позднюю весну, ночи в лесу бывали холодными.
Неподалеку от него, приваленный к дереву мертвец, злобно зыркал на всех своими огненными глазками-бусинками. Лафит все еще держал в руках черный артефакт и направил его на нового питомца, чтобы узнать подробности о существе. Но, к большому разочарованию, на поверхности камня высветилась только одна строка.
Все это время, подопытный рычал через кляп, всеми силами пытаясь вырваться и покусать своих мучителей. Внимание Лафита привлекли красноватые огоньки в его пустых глазницах, похожие на тлеющий уголек, и он, конечно, сунул туда палец, чтобы потрогать, но ничего не нащупал. Огоньки будто не существовали в материальном мире, они не имели температуры, любой предмет, будь то палец, ветка или пучок травы не встречал сопротивления, проходил насквозь, а сам огонек оставался невредимым и на том же месте.
— Магия, одним словом, — подытожил свои наблюдения Лафит, а потом, подсел к шаману, — Старик, скажи, а нежить нужно кормить? Она не помрет?
— Он уже мертвый! Куда еще мертвее? — недовольно скривился старик, — Вообще, я нежить не разводил, не знаю. Советую его просто выкинуть.
— Ну, нет! Раз взял, уже не выкину, — покачал головой Лафит, — тем более кормить не надо. Идеальный питомец!
— О! Питомец? — усмехнулся старик, — А эту траву зачем к нему привязал?
— Хех! Чтобы уменьшить вонь от мертвечины, — ответил находчивый Лафит, а гоблины понимающе закивали.
— Вот только не помогает, — вставил охотник, оскалив зубы в ухмылке.
— Ага, твой питомец вонючка! — разразились смехом воины.
За такой непринужденной беседой отряд встретил наступление ночи. Гоблины стояли в дозоре по очереди, поэтому долго засиживаться за разговорами не стали, завалились спать, Лафита от обязанностей дозорного освободили, и он не торопился в царство Морфея, наслаждался видом ночного леса и звездного неба. В траве надрывались сверчки, назойливая мошкара лезла в лицо, несколько самых кусачих погибли под ударом его безжалостной ладони.
Лафит не признался бы вслух, но немного привык к лесу. Свежий ароматный воздух, тишина и шуршание листвы, потревоженной ветром, ему нравились. Несмотря на все опасности, он чувствовал себя здесь свободным. С легкой грустью подумал, что без колебаний обменял бы все это на комфорт, горячую ванну и свежий ароматный хлеб. Ради них он готов следовать установленным правилам, соблюдать нормы приличия и отказаться от свободы.
— М-м-м, хлебушек … — пробормотал, засыпая Лафит.
С наступлением рассвета маленький торговый караван двинулся дальше. Шли неспеша, время от времени делали привал, чтобы сберечь силы. Лафит искренне удивлялся тому, как гоблинам удавалось так уверено двигаться вперед и отличать одно хаотичное скопление деревьев от другого. Если среди зарослей пролегала дорога или тропинка, то он ее не видел, сколько не вглядывался.
— Ничего, что с нами только один охотник? — прервал молчание Лафит, — Не многовато работы для него?
— Нам просто нужно идти вперед, — успокоил его шаман, — Ничего сложного. Вдобавок, перед нашим походом дорогу проверили … первую ее половину.
«Оказывается, осторожные гоблины хорошо все продумали и подготовили. Раньше я считал их всего лишь дикарями, но у них своя мудрость», — размышлял Лафит, — «Первую половину? А что со второй?»
