Глава 30 — Глава 15. Обновки и безопасная дорога. Часть 1.

На лес опустилась ночь. Свет луны серебрил поверхность большого ручья, где демон смывал с себя недельную грязь. Вода здесь радовала приятной прохладой, если пить ее в жаркий летний день, но на ночном ветру вызывала озноб и мурашки по всему телу. — Холодно-то как, — стуча зубами, пожаловался Лафит. Межу камней набилось много песка, и он использовал его вместо мыла, даже покрыл им волосы, чтобы убрать с них грязь и жир. Способ оказался на редкость эффективным, хотя немного болезненным. Чтобы смыть песок, Лафит ненадолго окунулся с головой в ручей, в том месте, где сама природа создала глубокую запруду, а потом придирчиво осмотрел себя. — Вроде чистый, — вынес он вердикт и повернулся к Урулу и Бомаку, — Полотенца у вас, конечно, нет. — Нет, — пожали плечами охотники, у них были очень приблизительные представления о полотенцах. — Ясно. Рядом в небольшой лужице плавала его старая одежда, отмачивалась. Лафит не собирался ее выбрасывать, так как в лесу все могло пригодится, поэтому сполоснул в ручье, а после привязал к длинной палке, чтобы сушились. Развеваясь на ветру, она напоминала дырявый флаг поверженной армии. Во время купания он заметил красивый ковер из мха под большими валунами недалеко от ручья и сразу захотел добавить такой на пустующие стены подземелья. Растение хорошо чувствовало себя в тени, значит вполне могло прижиться в пещере. Прежде чем вернуться обратно в лагерь, он решил взять образец. Вручив ветку с одеждой Урулу, Лафит достал костяной нож и осторожно вырезал кусок зеленого ковра. — Зачем тебе мох, великий демон? — спросил любопытный Урул. — Посажу в пещере! — пояснил тот, — Ты только представь, если он там приживется. А? — Ага, — напряг все свое воображение юный гоблин, нахмуренные брови выдавали тяжелую работу мысли, потом с грустью произнес, — Не получается представить. — Но такой мох растет только у воды. Для подземелья не пойдет, — заметил Бомак, — нужно поискать другой, пещерный. — А такой бывает? — Наверное. — Ну ничего, проверим этот, а там видно будет, — отринул пессимизм Лафит и убрал мох в сумку, — Апчхи! Ладно, поспешим обратно к костру, пока я совсем не околел. Когда они вернулись в лагерь, участники каравана крепко спали, а гоблин со шрамами охранял их покой. Лафит, не желая никого разбудить, на цыпочках прокрался к костру, чтобы отогрелся. Теплый воздух окутал его с головы до ног, по телу пробежали мурашки, изгоняя холод, он просидел так некоторое время, прежде чем отправился в подземелье, чтобы посадить мох. Долго тот в сумке бы не прожил. В старой части пещеры, земля, выстланная дерном, хорошо удерживала влагу и половину полученного мха Лафит высадил там, выбрал хорошее место и, как заправский садовод, прикопал зеленую кочку. С собой он принес кожаный бурдюк с водой и из него заботливо полил рассаду. Под ногами ползали всякие жуки и многоножки, самым грубым образом переселенные в пещеру, поэтому задерживаться не стал, вдруг они затаили обиду. Остатки мха он посадил на нижнем этаже, рядом с единственной сохранившейся лужей. «Приходится заниматься всякой ерундой. Никак не могу понять, как растить чертово подземелье. Я скормил ему кучу жуков и травы, но все бестолку. Камней маны больше не стало, новых сокровищ не появилось», — размышлял Лафит с досадой, — «Возможно живые растения как-то повлияют на него. Вернусь из похода, начну скармливать подземелью настоящих животных. Других идей нет. Если и это не поможет, придется искать другой способ озолотиться. Демону без денег нечего ловить в городе людей». Прикопав мох, он покинул пещеру, добрался до своей соломенной кровати и тут же забылся сном. Чтобы не говорил шаман, для молодого демона поход к племени Черепов представлялся интересным приключением, а не серьезным рискованным испытанием. Впервые после посещения деревни ему выпал шанс увидеть новые места, новых гоблинов и это волновало его сильнее, чем ждущие там опасности. Спал он крепко, беззаботно и ночь пролетела незаметно. Наутро, разбуженный суетой охотников, Лафит проснулся отдохнувшим, полным сил и готовым к путешествию. Странно работала его душа, с одной стороны, она сохранила страх перед пауками, многоножками или змеями, с которыми ему приходилось постоянно бороться, но все новые незнакомые вещи его совершено не пугали, лишь вызывали любопытство. Так было с троллем и вот теперь с кровожадным племенем гоблинов. — Быстро перекусим и в дорогу, — распорядился шаман. — А где моя новая одежда? — протирая спросонья глаза, спросил Лафит. — Сначала поешь. Вещи в том мешке. После скромного завтрака, Лафит принялся с нескрываемой радостью перебирать обновки. Старые потертые штаны, слегка широковатые в бедрах, кожаный пояс и три длинные рубахи, все красивые, с ажурными узорами по краю, а одна с элегантным вырезом на груди и расклешенными рукавами. — Вещи-то женские! — пожаловался Лафит, хотя многого от дикарей в набедренных повязках не ждал, — А вот это, похоже, платье! — Ну, гоблины редко берут в плен мужчин, — высказался опытный охотник, — так что вполне может быть. — Верно. Помниться мне, на одном осеннем собрании племен, нам достался целый сундук одежды, — добавил с гордостью шаман, — Вот и пригодилась. Выбора у Лафита не было, с большой неохотой он примерил штаны. Они все же оказались мужскими, вот только демону пришлись не по размеру, коротковаты, а на талии, наоборот, болтались. К счастью, пояс из веревки помог решить эту проблему. Помимо прочего в куче вещей нашлись старенькие кожаные сапоги. Качественно изготовленные, мягкие и удобные они хорошо сидели на ноге и вдобавок скрывали настоящую длину брюк. Среди всех вещей лесным дикарям очень понравилось яркое зеленое плате с вырезом, вероятно из-за цвета, а не изысканного кроя и они настоятельно советовали добавить его к образу торговца. Лафит решил полагаться только на свой вкус при подборе одежды и, к великому огорчению гоблинов, остановил свой выбор на простой светло-коричневой рубахе, больше остальных напоминавшей мужскую. Прежде чем надеть, оборвал с нее белый узорный воротник, чем поверг дикарей в шок. Благодаря худому телосложению женская рубаха пришлась ему впору, а рукава он закатал по локоть и теперь выглядел вполне прилично, даже лихо. В качестве завершающего штриха шаман повесил ему на шею амулет и бусы из костей. Охотники предлагали проколоть демону ухо, чтобы вставить туда клык волка, но Лафит наотрез отказался. Выброшенный за ненадобностью узорный воротник, подобрал Урул и с довольной улыбкой повесил себе на шею. Ничего не пропало зря. Накануне, хранитель подземелья приказал своему пауку сделать как можно больше паутины для торговли. Бедняга старался изо всех сил и исполнил все в лучшем виде, хотя измотался так, что еле передвигал лапками. Закончив с переодеваниями, Лафит отправился в подземелье забирать готовый товар, похвалить паука, а заодно попрощаться со своими верными слугами перед долгим походом. — Паук! Ты где? Ага, вижу! — он подсветил факелом арку на входе в некогда зловонную пещеру, где висела паутина и блестели холодные глаза ее создателя. Количество получившегося за ночь материала превысило самые смелые ожидания демона. На прочных нитях покачивался большой плотный кокон из паутины, размером не меньше кулака. Перед тем как забрать, Лафит потрогал его пальцем, не липкий, только потом сорвал, будто спелое яблоко и убрал в сумку. — Отличная работа, — искренне похвалил он паука. Хотя раньше Лафит не продавал паутину, но по виду мог оценить высокое качество товара, поэтому не сомневался, что шаманы и знахари большого племени предложат за него достойную цену. Под ногами тревожно мельтешила крыса, предчувствуя долгую разлуку с любимым хозяином. — Охраняйте мох! — приказал он своим верным питомцам, для пущей убедительности подошел и показал пальцем, — Смотрите, чтобы никто его не ел! Всех виновных казнить на месте! Следите тут за всем. Крыса остается за главного. Эм … надо бы придумать тебе имя, когда вернусь.