По левой руке Мике, там, где раньше была красная линия, расползался чёрный синяк.
– С лестницы свалился вот...
– С лестницы!... – поразился я.
Неужели его толкнули так же, как меня?
До этого Нора, а теперь и Мике?
Мике озадаченно поскрёб щёку:
– Как-то ... споткнулся вдруг... а когда очнулся, уже валялся...
Не веря своим ушам, я взглянул на группу сопровождающих. Один из них сказал:
– Мы не видели, как он упал, но удивились, что он скатился с лестницы.
– Так его кто-то толкнул? – уточнил я.
– Не, я никого не видел... вы же тоже?
Остальные согласно закивали.
– Неужели из-за моей невнимательности? – удивился Мике. – В точности, как в сегодняшнем утреннем гороскопе, сплошная невезуха.
– Руку впёред не мог выбросить? – спросил Нора.
– Да как-то в голову не пришло. Потому что пока падал, думал: вот, значит, как проявляется крутой поворот к худшему применительно к телу.
Он скривился от боли.
После этого на машине школьной медсестры Мике увезли в больницу.
После занятий мы с Норой отправились в больницу навестить Мике. Он праздно валялся на койке отдельной палаты.
По результатам исследования, у Мике на левой руке был ушиб средней степени тяжести. В серьёзной операции необходимости не было, но, поскольку было неясно, ударился ли он головой, ему предписали эту ночь провести в больнице. Но завтра после полудня его уже должны выписать.
Убедившись, что он в безопасности, мы с Норой не стали засиживаться и удалились.
Когда мы вошли в лифт, идущий на первый этаж, мои чувства наконец-то пришли в норму:
– Я ожидал, что он больше будет переживать, но.. кажется, он такой же, как всегда.
– Это же Мике, – констатировал Нора.
– Что ты имеешь ввиду? Хотя, кажется, я немного понимаю...
Спустившись в холл на первом этаже, мы направились к выходу. Я смотрел по сторонам как ни в чём не бывало. И тут краем глаза заметил силуэт человека, который не шёл у меня из головы. Ноги сами остановились, я не мог отвести взгляд. Заметив, что я уставился на человека передо мной, Нора легонько подтолкнул меня:
– Жду тебя здесь.
– Угу.
В одиночестве я направился туда, где стоял человек, повернувшись ко мне спиной. Я подошёл к нему настолько, что он уже мог слышать мой голос, но слова комом застряли в глотке, язык заплетался, я никак не мог ничего сказать...
– А...
Кажется, он расслышал мой хриплый голос. Спина в белом халате обернулась:
– В чём дело? А, это ты...
Мы давно не виделись, и сегодня его лицо выглядело ещё более измученным, чем раньше.
Недавно я поведал Мике и Норе о наших отношениях, и с тех пор мысли о нём застряли в моей груди. Мике сказал тогда, что сколько бы не было неприязни, проблем и противоречий, уж от чего никуда не денешься – так это от семьи.
Если так, то я и мой старший брат ведь семья?
Тогда...
– Чего тебе, какое-то дело? – грубо спросил он.
– Да нет...
– Чё?.. Ну, если нет, то я пошёл, – он холодно отвернулся.
– Не... недавно!... – Криком задержал я его.
– Ты недавно приходил домой ночью? – спросил я.
Той ночью, когда я проснулся и Ватару сделал мне горячего молока, мне показалось, что кто-то приходил. Прийти в такое время к нам, кроме него, некому, подумал я.
– А? Не приходил я. Это всё, что ты хотел сказать?
– Нет... Ватару предложил, чтобы мы в следующий раз втроем пообедали...
– Ешьте вдвоём. Я занят.
– Ты всегда занят, и 17го тоже был?..
– ...17го?
– Доктор Уодзуми говорил, что в этот день тебя не будет, это был твой выходной.
Мой братец вздохнул так, будто его всё доконало.
Вестибюль был переполнен людьми, все толкались и только вокруг нас с братом образовалась странная тишина.
– Ты случаем ничего не путаешь?
В молчании, в котором я не решался дышать, разговор начал он:
– Даже в свой выходной у меня нет желания уделять вам время. Если тебе нужен брат, разве тебе не хватает Ватару? Я думаю о тебе только как врач. Ты меня беспокоишь лишь как пациент.
Я думал: можно ли как-то исправить тот день, когда между нами возникла пропасть.
– Ты мне нужен был лишь для того, чтобы хоть немного воплотить в жизнь надежды донора. Что ж, благодаря тебе, я получил кое-какой опыт.
– Прекрати.
Хоть он и полное дерьмо, мы все-таки братья.
– Доктор Уодзуми, как ни крути, известный врач и подающий надежды на будущее. Благодаря тебе, знакомство с ним будет мне полезным.
Меня от него тошнило, я не мог простить его, но я всё ещё хотел, чтобы мы были братьями.
Мне хотелось так думать.
– Хватит!
Верно, я, видно, спал наяву. Это была иллюзия. Просто мечты.
Мы никогда не ладили, но один из нас может сделать единственный шаг навстречу другому, чтобы всё разрешилось?
Такая у меня была пустяковая, нереальная, невероятная, неосуществимая мечта.
– Хватит.
Не желая слушать, я тихо прикрыл уши.
Капли стекли по щекам и подбородку и расплылись круглыми и овальными пятнами на кроссовках.
– Не плачь в таком месте, неприлично, – выговорил он мне.
– Заткнись. Давай, дуй куда хотел!
– Действительно.
Мне захотелось крикнуть ему в белую спину...
Прямо как будто вернулся тот день из детства, когда Ватару чуть не умер.
«Вернись!» – хотелось мне сказать ему.
Но я не смог сказать.
– Честное слово, мне просто повезло, что ты родился больным. Спасибо.
Обновлено: 11.07.2026