– Я видел лицо того, кто толкнул меня.
Сходные обстоятельства вызвали из пямяти сердца обрывки выжженных в нём воспоминаний.
– И этого человека... я знаю.
Вдалеке послышались чьи-то голоса, простодушно обсуждавшие какую-то популярную мелодию. Потянув Нору за руку, я вошёл в медпункт. Похоже, медсестра отлучилась по делу, кабинет был пуст. Я убедился, что все кабинки с кроватями пусты, и мы уселись на диванчик в приёмной.
Я уже собрался заговорить о том, что узнал, но тут не к месту вспомнил кое-что.
– Нора.
– Что?
– Ну, ты знаешь... У Хачи раньше волосы были...
– Белые? А до это были красные, как перец?
– А?.. Про красные я не знал...
Я решил больше ничего не узнавать о Хачи ради сохранения его безупречного образа и указал на альбом, который держал:
– Это вещь Ао.
Я открыл страницу, которую до этого мне показывал Ао.
На ней было приклеено три фотографии.
И среди них я...
Указал на самую нижнюю.
– Вот он. Это он был в моем сне о происшествии. Последнее, что я видел, было его лицо.
Тот, кто толкнул донора – на фото рядом с Ао.
Тот, кого я увидел – точно он.
– Ты его случайно не знаешь? – спросил я.
Поскольку Нора знает, каким был Хачи в средней школе, я подумал, что он может знать что-то и об Ао и его знакомых. Но тот, после некоторого раздумья, отрицательно покачал головой. Сказав, что имя ему неизвестно, он пристально разглядывал этого человека. Может быть, он сейчас студент?
Человек на фото рядом с Ао, сложивший пальцы в знак «мир», выглядел как самый обычный юноша.
И он донора....
– Причёска похожа, – вдруг заметил Нора.
– А?
– Такая же, как у Ао.
– О, после того как ты сказал...
В средней школе Ао не закрывал волосами уши. На других фотографиях было так же. Но его нынешняя стрижка очень напоминает стрижку незнакомца.
– Этот парень... – начал Нора, но тут же сжал губы.
Я вопросительно посмотрел на него, побуждая продолжать. Он неловко потупился. Я терпеливо ждал и, наконец, будто смирившись, он продолжил:
– Да просто подумал, что... потому что он был там... сейчас ты жив.
– Ты...
Нора уставился в пол, закусив губу.
Он был похож на ребёнка, который приготовился получить нагоняй от матери.
– Если бы этот человек не пнул донора, донор бы не умер, и ты не получил бы этого сердца. А если бы не получил, то был бы на краю гибели. Я слышал от Цукасы-сан, что ты уже был на пределе. Поэтому...
Это была правда.
Потому что был донор, сейчас есть я.
Найти сердце, совместимое с организмом – почти чудо, за короткое время другого донора не найти. Если бы не нашли, я бы просто умер. Сейчас я был бы уже пеплом под холодной надгробной плитой.
– Всё-таки не говори так, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты не думал, что хорошо, что он умер. Нехорошо это, – я отвернулся.
– Плохо ли, хорошо ли – мне всё равно. Если это привело к хорошему, значит хорошо.
– У него ведь тоже наверняка была семья. Друзья или любимый человек, те, кто о нём думал.
Я прикоснулся к сердцу, которое позволяло мне жить дальше.
Каким же он всё-таки был, мой донор?
И какую, интересно, жизнь он вёл до того момента?
Какие предметы ему нравились? А что любил есть? Любимая бейсбольная команда? А аниме и мангу любил? О чём он мечтал?
И что он делал для того, чтобы стать тем, кем хочет?
– Только не говори мне, что ты опять взвешиваешь.
– А?
– Ты сравниваешь свою жизнь и жизнь донора? Думаешь, что лучше бы донор жил?
Получается, отрицая смерть донора, я соглашаюсь со своей смертью. А согласиться с его смертью означает разрушить его надежды и мечты, планы на будущее. Это потеря для всех, кто его окружает. Если бы выбор, кому из нас жить, был у меня в руках, выбрал бы я жизнь для себя?
Наверняка...
– Думаю, делать что-то для самого себя не плохо. И для кого-то делать что-то или не делать чего-то, тоже не плохо. Так что, ты уж прими это сердце, которое тебе досталось, – сказал он с лёгким укором.
Я не мог ничего ответить.
Потому что, если бы ответил, он бы расстроился.
– Тама...
Дверь кабинета скрипнула и я поспешно закрыл альбом и спрятал за спиной. Почти в ту же минуту вошли несколько человек. Похоже, несколько сопровождающих внесли пострадавшего. Пострадавшим оказался...
– О?..
– Мике! – воскликнул я.
Мне не показалось, внесли именно Мике.
Боль исказила его лицо, на лбу выступил пот, он держался за свою левую руку. Нора встал и усадил Мике на диван.
– А.. спасибо. Вот это я наломал дров...
На его левой руке, там, где до этого была красная линия, чернел огромный синяк.
– С лестницы свалился...
Обновлено: 11.07.2026