Весть об успешной сделке с темерцами и создании лекарства от бурой гнили дошла до штаба корпуса с такой скоростью, будто ее разносили не гонцы, а грифоны. Командование оказалось в сложной ситуации. С одной стороны, какой-то ссыльный лекарь в грязном коровнике остановил эпидемию и наладил снабжение в условиях полной изоляции. Это было достойно награды. С другой — он сделал это, используя пленного скоя'таэля и вступая в сговор с врагом. Это было достойно расстрела.
Не зная, награждать или казнить, командование приняло единственно верное бюрократическое решение: отправить туда кого-то еще. Официальная формулировка гласила: «Для усиления медицинского потенциала и надзора за применением нестандартных методов».
«Усиление» прибыло через три дня. Это была молодая женщина в идеально скроенной черной мантии, расшитой серебром. Она ехала на белоснежном жеребце, и от нее пахло сиренью и крыжовником, а не потом и страхом. Она была чародейкой. Ее звали Лидия ван Бреттон, и она была недавней выпускницей академии в Лок Гриме, полной амбиций и презрения к немагическому миру.
Она спешилась у коровника и с отвращением посмотрела на Быкова, который вышел ей навстречу, вытирая руки грязной тряпкой.
— Я ищу доктора Быкова, — ее голос звенел, как тонкое стекло.
— Я Быков, — буркнул он, оценивающе глядя на ее безупречный макияж. — А ты, надо полагать, наше «усиление»? Прислали проверить, не слишком ли мы тут хорошо живем?
— Я чародейка-целительница Лидия ван Бреттон, — отчеканила она, игнорируя его тон. — Прислана по приказу императора для оказания магической поддержки и оценки эффективности вашего… учреждения.
Она сделала паузу, обводя коровник взглядом.
— Судя по запаху, оценивать тут особо нечего.
Она вошла внутрь так, будто ступала по минному полю. Пациенты, увидев ее, замерли. Они привыкли к грязи, крови и ругани. А тут — чистота, красота и магия. Это было как явление святого в борделе.
Ее знакомство с интернами было коротким и унизительным.
— Это ваша команда? — спросила она Быкова, брезгливо оглядывая Лобанова, который стоял с открытым ртом, и Левина, который от страха и восхищения спрятался за ящик. — Костоправ, знахарка и… — она поморщилась, глядя на Левина, — испуганный клерк? Понятно.
Затем ее взгляд упал на Иорвет, которая сидела в своем углу и точила кинжал.
— А это что? Талисман вашего отряда?
— Это наш консультант по этноботанике, — невозмутимо ответил Быков.
Первый конфликт не заставил себя ждать. В лазарет привезли офицера, которому во время стычки раздробило руку стальной перчаткой вражеского рыцаря. Кости были раздроблены в крошево, несколько осколков застряли в мышцах.
— Классический оскольчатый перелом, — сказал Быков, ощупывая руку. — Сложно, грязно, но решаемо. Нужны щипцы, зажимы и полдня работы. Лобанов, готовь стол.
— Подождите, — вмешалась Лидия. — Вы собираетесь резать его, как свинью?
— Это называется «хирургическое вмешательство», — процедил Быков. — Репозиция костных отломков и наложение шины. Долго, но надежно.
— Примитивное варварство, — фыркнула она. — Отойдите. Я все сделаю за минуту.
Она подошла к офицеру. Ее руки окутало мягкое золотистое сияние. Она положила ладони на раздробленную руку пациента и закрыла глаза, что-то шепча на Старшей Речи.
Интерны смотрели, затаив дыхание. Это была настоящая магия.
Под кожей офицера что-то начало двигаться. Кости с тихим хрустом вставали на место. Опухоль спадала на глазах. Через минуту чародейка отняла руки. Рука офицера выглядела почти целой.
— Вот и все, — с самодовольной улыбкой сказала она. — Быстро, чисто, без крови. Учитесь, мясники.
Офицер, ошарашенный, попытался пошевелить пальцами. И тут его лицо исказилось от нечеловеческой боли. Он закричал так, как не кричал даже в бою.
— Что такое?! — удивилась Лидия.
Быков оттолкнул ее. Он осторожно взял руку пациента. Она была неестественно твердой, как камень.
— Ты… что ты сделала? — прошипел он.
— Я… я срастила кости, — растерянно ответила она.
— Ты идиотка! — взревел Быков. — Ты срастила их неправильно! Ты срастила их вместе с осколками! Ты превратила его руку в единый кусок костяного цемента! Ты не вылечила его, ты создала ему новую, уродливую кость внутри руки!
Он посмотрел на нее с таким презрением, что, казалось, она вот-вот рассыплется в пыль.
— Магия, говоришь? Чистота? Быстрота? Ты понятия не имеешь, как устроен человек! Ты видишь кость и сращиваешь ее! А я вижу мышцы, нервы, сосуды! Я вижу осколки, которые нужно достать, а не замуровать!
Он повернулся к своим ошарашенным интернам.
— Ну что, насмотрелись на фокусы? А теперь за работу. Романенко, неси долото и молоток. Будем ломать. А потом — собирать заново. По-нашему. По-мясному.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 23.01.2026