Глава 24 — Глава 23

– Привет, Шушоу. Услышав приветствие, Рен Чодай оглянулся через плечо. Он и несколько его спутников сидели в круге под деревом. – Ты что-то хотела обсудить? – Я пришла, чтобы попросить вас об одолжении, - ответила Шушоу. – И о чём? – Я устала от шуши. И мне интересно, можете ли вы нанять меня как разнорабочего. Чодай моргнул несколько раз: – Нанять тебя? – Да. Вы знаете, что я в хорошей физической форме. Я вынослива и могу работать весь день. Что скажете? Мне неважно, насколько грязной будет работа. Чодай переглянулся с собравшимися мужчинами, а затем обратился к ней: – Ничего личного, но, видишь ли, я думаю, что тебе лучше вернуться к шуши. – Я так не считаю. Поскольку не разделяю их мнения о том, как вести дела. – Вести дела? – Верно. Я не намерена вдаваться в подробности. И, откровенно говоря, не хочу даже думать об этом. Худощавое лицо Чодая омрачилось: – Вот как… Шушоу, если бы ты настаивала, то я без проблем принял бы тебя как гостя. К сожалению, как ты сама указала мне, я неопытен в том, что касается Жёлтого моря. – Неважно, сколько человек знает о Жёлтом море. Если эти знания служат гнилому сердцу, то это не имеет значения. – Гнилому сердцу?.. Шушоу пристально посмотрела на землю, её кулаки всё ещё сжимались от злости: – Коуши – странники. Я знаю, что у них суровая жизнь, и они не могут полагаться на защиту семьи или императора, – девочка подняла глаза. – Но это не значит, что я не представляю, насколько она может быть трудна. Тяжело жить без императора. Тяжело, когда йома появляются из ниоткуда. Так почему эти люди должны рисковать своими жизнями, путешествуя до горы Хо? Чодай снова взглянул на неё. – Да, у кочевников и беженцев тяжёлая жизнь. Считается, что люди вроде нас не способны понять, на что она похожа. Если бы это было правдой, то никто и никогда не осмеливался бы войти в Жёлтое море. Коуши сами этого не понимают. Всем, кто поразмыслит несколько минут, будет очевидно, что им не повезло в жизни. Но это не даёт им права оплакивать свою участь, проклинать судьбу и завидовать тем, кто живёт лучше их. А в месте, знакомом им как свои пять пальцев, помыкать всеми остальными. – Шушоу?.. – Неважно каковы их знания о Жёлтом море, если они собираются их использовать, как своего рода возмездие, то было бы лучше, чтобы они не знались с нами вообще. Это всё, что я хочу сказать. Я в долгу перед ними за то, что они сопровождали меня до сих пор. – Понимаю, – Чодай задумчиво кивнул головой. – Просто я не хочу быть рядом с ними сейчас. В любом случае, господин Рен, вы ведь собираетесь идти по дороге, верно? Чодай покачал головой: – Нет. В этот раз мы, вероятно, последуем совету гоуши и отправимся с ними. – Почему? До настоящего момента… – Потому что гоуши нас об этом оповестили. – Гоуши отправили вам послание? На удивление, оказалось, что Чодай разговаривал с ними по собственному желанию. – Гоуши старались нас предупредить. Это значит, что впереди должно быть что-то опасное. Я не настольно безрассуден, чтобы самому в этом убедиться. Я никогда не искал запасных путей для того, чтобы бросить им вызов. – Но… – Я пошёл в обход болота, потому что был убеждён: там есть то, чего следует избегать. Очевидно, гоуши знали об этом, но отказались нас предупредить. Если бы они это сделали, то мы вовсе не решились бы его пересекать. Ты так не думаешь? – Это вполне разумно. – Опять же, мы искали обходную дорогу не потому, что хотели им противостоять. Если бы гоуши сказали, что впереди непроходимый путь, то мы бы их послушали. Наблюдая за тем, как они прокладывают новый маршрут, мы могли бы также за ними последовать. – Понимаю. – Хотя, кажется, Кива со своей группой решили оттащить деревья и следовать по дороге. Шушоу вздрогнула, широко раскрыв глаза: – Господин Шицу? Это правда? – Ты в порядке? – спросил Рико у Ганкью. Ганкью поднялся, чтобы отправиться за Шушоу, но остановился на полпути и стал разыскивать место, с которого он мог бы увидеть её в последний раз. – Пусть делает, что хочет. В любом случае, она заплатила мне вперёд, – однако в его словах не ощущалось особой радости. – Эх. – Хоть убей, но я не могу понять, о чём она думает. – Правда? Ганкью взглянул на него: – Кто бы говорил. Не ты ли проделал весь этот путь, чтобы сопроводить эту надоедливую девчонку к цели её путешествия? – Это так. – В таком случае, вперёд, – сказал Ганкью, усаживаясь. Рико ухмыльнулся: – Не будь придирчив. Отдаляться от коуши в Жёлтом море опасно для здоровья. – Возможно. Необъяснимая улыбка всплыла на лице Рико: – Знаешь, я дорожу своей жизнью. Увы, это не то, чем я могу пожертвовать ради другого. – Тогда зачем ты отправился в Жёлтое море? – Я верил, что моё присутствие может оказаться необходимым. Хотя я подозреваю, что это больше не так. Ганкью склонил голову на бок: – Я совсем этого не понимаю. – Последовать за Шушоу было бы легко. Но без тебя это будет напрасно. Ганкью поднял голову. «Что это значит?» – читалось на его лице. – Шушоу, вероятно, объединится с Чодаем или Кива. Она не настолько глупа, чтобы верить, будто сможет ориентироваться в Жёлтом море самостоятельно. Я не думаю, что она пребудет на гору Хо без коуши. – Понимаю, – сказал Ганкью, скорчив недовольную гримасу. – Нет необходимости сопровождать Шушоу, если она не станет императрицей. – Если она не станет императрицей, то у меня нет оснований быть здесь. Когда Шушоу сказала, что собирается на гору Хо, в нём укоренилось чувство, что ей уготовано стать императрицей. Он и не думал, что в том городе встретит кого-то вроде неё. По какой-то причине он решил остановиться там на ночь. По какой-то причине он обошёл вокруг города, чтобы зайти на кладбище. А затем по какой-то причине он остановил Сейсая на несколько минут. Ганкью сказал так, словно прочитал его мысли: – Я думаю, то, что один человек случайно сталкивается с другим, – это обычное явление. – Хотя, полагаю, неважно, кого встретила бы Шушоу. Будь это кто-то другой, подобные узы в равной степени были бы важны. – Значит, должны быть и другие столь эксцентричные, как ты. – Но если бы тебя там не было, Ганкью, то сложно представить, как всё обернулось бы. Ганкью пристально посмотрел на него. Рико улыбнулся: – Ты – коуши, совсем не то, что я. Полагаю, тебе сложно понять, откуда берутся парни вроде меня. Ганкью ухмыльнулся: – Ха. Ты правда так думаешь? Рико снова улыбнулся: – И это ответ человека, не желающего что-либо воспринимать. Впрочем, без объяснений нельзя сказать, так это или нет. – Хочешь сказать, что я человек неглубокого ума? – Я бы не заходил так далеко. Коуши сопереживают таким же, как и они. Это истинная правда для всех. Как правило, если тебя это не касается, то ты не хочешь в это вникать. И в то же время эти слова свидетельствуют об отказе что-либо осознать и злословии на тех, кто не понимает. Ганкью погрузился в молчание. – Шушоу хочет тебя понять. – Я не думаю, что она сможет. – А ты не мог бы потрудиться ей объяснить? – Это не то, что я имею в виду. – Или, возможно, ты не желал её ни во что посвящать с самого начала. Или боялся непонимания даже после того, как всё объяснишь. Ганкью вздохнул: – Это не так. – Хмм? – Чего я не могу понять, так это почему все эти люди думают, что император важен для королевства, и так сильно хотят отправиться в Шоузан. Рико кивнул и сказал с кривой ухмылкой: – Это и впрямь могло бы стать препятствием на пути к взаимопониманию. Ганкью нечего было добавить. Остальные мысли Рико держал при себе. В разбитых лагерях никто не разжигал костров. Путешественники рассредоточились по местам и погрузились в темноту и безмолвие, оставаясь настороже всю ночь. На рассвете, когда небо достаточно прояснилось, коуши встали и подготовились к путешествию. Угрюмо и молча, Ганкью сделал тоже самое, пристегнув сумки к седлу Хаку. К тому моменту к нему уже подошёл Кинхаку. – Ганкью… Охотник взглянул на Чодая, стоящего позади Кинхаку. – Шушоу… – Этого сорванца здесь нет, – перебил его Ганкью. – Она уволила меня, ты разве не знаешь? – Знаю, – ответил Чодай. – Она ушла с Кива. – Разумеется. – Прошлой ночью Кива расчистил дорогу от деревьев и отправился по намеченному пути. Ганкью вскинулся и испуганно взглянул на Чодая. Тот подтвердил сказанное резким кивком, а Кинхаку нахмурился. – Кажется, этот богатый старикашка не смог расстаться со своей повозкой. Он выехал на рассвете. Конечно, он может идти куда хочет, но девочка ушла вместе с ним. Ты не против? – Она могла сказать, что напрасно жертвует своей жизнью, и я сказал бы ей «вперёд». Я больше не работаю на неё. И меня это не касается.