Основание горной цепи Конго, окружавшей Жёлтое море, было гораздо шире любых гор, чьи вершины выступали за море Облаков. Широкая дорога, пролегавшая меж высоких скал, была очень длинной.
Когда распахнулись врата Земли, то взору предстали отвесные, словно каменные, склоны огромного каньона.
От врат Земли гребни каньона постепенно возвышались до уровня скал. Проходившая по дну глубокого ущелья извилистая дорога также поднималась, хотя создавалось впечатление, что она уходит в небытие.
Эта дорога шириной в шестьсот ярдов могла вместить два отряда конницы, строем движущиеся в обоих направлениях. Толпа людей вместе со стражниками, скачущими к форту на опережение, поспешили к Жёлтому морю.
Над дорогой тянулись обрывки нитевидных облаков. Ветра не было, и в то же время было не жарко.
В день весеннего равноденствия солнце затенялось горами Конго. Предрассветный полумрак по-прежнему сохранялся. К тому моменту, как каньон углубился, растянувшись подобно извилистой реке, небо стало преображаться. Первые слабые лучи солнца едва коснулись горных хребтов, когда путешественники, пересекавшие долину, остановились и заголосили.
Им преградили путь огромные врата. Казалось, что они наклонены вовнутрь, но это впечатление скорее возникало из-за их невероятных размеров.
Ворота были двухъярусными. Первый ярус был высечен из цельного пласта скалы. Установленные в нём двери, окрашенные в красный цвет и многократно превосходящие человеческий рост, оказались плотно заперты.
На вершине второго яруса ярко-красные колонны, пронзавшие небеса, перекрывались сводом с зелёной черепицей. В центре этого сооружения находились врата поменьше, не имевшие дверей. Над ними крепилась вывеска с написанной чёрной краской надписью: «Врата Рейкен».
– Это… – сказала Шушоу тихим голосом. – Это изображение йома.
На красных дверях ворот был вырезан незнакомый образ йома или другого волшебного зверя. Он представлял собой дракона с невообразимых размеров крыльями.
– Это священный зверь, охраняющий врата Рейкен. Его зовут Тенхаку.
Несмотря на то, что врата Рейкен были высокими, киджу вроде пегаса мог их перелететь, тем более, что в небе над ними не наблюдалось преград. Однако на вершинах возвышающих колонн жил Тенхаку. Любой, кто пытался войти в Жёлтое море, нарушив закон, мог запросто быть поражён молнией, а его душа схвачена и поглощена.
Шушоу прислушалась к объяснениям Ганкью, после того, как торжественно ступила вперёд, взглянув на огромные ворота. Остальные люди, посмотрев на врата Рейкен, погрузились в тяжёлое молчание. Они колебались, стоя у входа, напряжение нарастало.
Караульные посты, расположенные на выступах крутых скал перед воротами, были пусты. Врата открывались в полдень. До этого момента ещё оставалось время, и в каньоне воцарилась тревожная атмосфера.
С верхних границ высоких колонн раздался приглушённый, сотрясающий воздух рёв. Издаваемый звук разносился во все стороны и был скорее похож на рык, чем на рёв. Люди испуганно осмотрелись по сторонам, по толпе пронёсся недовольный ропот. Всё нарастающие суета и гвалт заглушили даже рёв.
– Что это?.. – спросила Шушоу тихо.
– Голос Тенхаку, – ответил Ганкью. Он указал на врата в верхнем ярусе. – Всё в порядке. Смотри.
Со стороны возвышающегося красно-зелёного сооружения не доносилось ни звука, ни дуновения ветерка. Последние отголоски рёва Тенхаку и снующей толпы угасли, сменившись гробовой тишиной.
Возле непроходимых ворот появилась человеческая фигура. Сперва только небольшая тень, которая показалась на монолитной плите. Пройдя сквозь неё как сквозь чистую воду, она опустилась на землю. По мере приближения тени в ней можно было разглядеть старика.
С виду в нём не было ничего необычного. Все внимательно наблюдали за тем, как он спускается на землю у входа. Поговаривали о том, что это Тенхаку в своём перевоплощённом обличии. Чёрные оковы на его руках и ногах также свидетельствовали об этом.
Стоя у ворот, он поклонился всем, повернулся на пятках и упёрся руками в огромные двери. Высота дверей в сорок раз превышала его рост, их ширина была порядка двухсот ярдов, а вес – просто невероятным. Тем не менее, открывая их, он не прилагал особых усилий.
Подул тёплый ветер, который, прежде чем устремиться в каньон, всколыхнул подолы одежд и взъерошил волосы. Это были ветра Кокая, которых люди города Кен опасались больше всего.
Старик широко раскинул руки. Двери распахнулись, и взору предстала толпа людей вместе с отрядом стражников по другую сторону от ворот. Все стояли, затаив дыхание.
Старик прошёл вперёд от внутренних к наружным частям ворот, их створки поддавались усилию его рук, пока не оказались полностью открыты.
Остановившись, он повернулся к вратам, снова поклонился и исчез прямо в воздухе. В этот момент раздались радостные возгласы.
Крики разнеслись по всему каньону. Гудящий ветер оглушительно завывал. Галопом проскакали стражники, стоявшие у ворот.
Всадники подгоняли своих лошадей вперёд. Они мчались по каньону, держа в руках луки и копья. За пронёсшимся потоком людей каньон преградила каменное ограждение.
В то же самое время стражники, находившиеся в Жёлтом море, стремительно миновали врата, выражая тёплое приветствие. С момента весеннего равноденствия в прошлом году они защищали крепость, которая стала прибежищем для путешественников, прибывших из Кен.
Отбывая после целого года службы, они с восторженными криками пронеслись через врата, держа в руках оружие, и взобрались на караульные посты. Оттуда прозвучал сигнал к отступлению арьергарда.
Вскоре после этого промелькнули киджу. Инициативу как можно быстрей отправиться в Жёлтое море проявили охотники. Они планировали разведать обстановку в Кокае до полудня следующего дня и вернуться обратно. Их более опытные товарищи устремились в путь менее торопливо, собираясь пробыть здесь до летнего солнцестояния.
Затем последовали те, кто вошли во время зимнего солнцестояния и благополучно остались до весны.
Паломники, ехавшие в Шоузан и не привыкшие к жизни в Жёлтом море, в изумлении смотрели на развернувшуюся перед ними сцену. Раздававшиеся крики привели их в замешательство, но, совладав с собой, они сели верхом и поскакали через врата, смешавшись с толпой. Следом за ними двинулись путники, прибывшие пешком.
– Вот это да! – сказала Шушоу, но её собственный возглас потерялся в оглушающей суматохе. Ей едва удалось расслышать ответ Ганкью.
– Сегодня день Анку, – сказал он, улыбаясь. Его душа уже погрузилась в вызывающее страх Жёлтое море. Он поймал себя на том, что всегда с предвкушением ожидает наступления этого ритуального дня и того момента, когда одни из четырёх врат откроются.
– Действительно, невероятное зрелище.
– Это твой последний шанс. Ещё можно вернуться и успеть до закрытия врат Земли.
Шушоу взглянула на него через плечо:
– Ну уж нет.
– Ты и впрямь намерена ехать?
– Конечно. Королевству Кё нужен правитель.
– Иными словами, ты.
– Разве это не очевидно?
Ганкью посмотрел в эти непреклонные глаза и вздохнул. Он поднял поводья, взобрался в седло и протянул ей руку:
– Вперёд.
Обновлено: 15.02.2026