Молодой офицер в последний миг передумал. Он хотел бы быть стойким и безжалостным, но оказался не готов стать злодеем.
— Не трогай его!
Предостережение не возымело действия. Он развернулся и бросился к масляной лампе во дворе. Опираясь на свои поверхностные познания в даосских искусствах, он понимал, что лишь этот предмет, возможно, способен противостоять силе синего цветка.
Сяо Цю совершенно не слышал предостережения офицера. Его сердце готово было вырваться из груди. Под ободряющими взглядами товарищей он схватился за синий стебель.
Волна невыразимо приятной прохлады мгновенно разошлась по телу. Казалось, будто он погрузился в прохладные речные воды, и все поры его кожи жадно раскрылись, впуская эту воду внутрь, позволяя ей омыть даже внутренние органы.
Прохлада собралась у него на макушке и, едва покинув тело, сменилась вторым ощущением — приятным теплом, как нельзя более уместным после леденящего холода. Сяо Цю тут же покрылся мелкой испариной, а его тело обмякло от удовольствия, желая свернуться калачиком, словно младенец в объятиях матери.
Сяо Цю совсем обессилел, забыв о том, что собирался сломать синий цветок. Друзья не торопили его, на их лицах застыло такое же восторженное выражение. А затем пришло третье ощущение.
Боль. Такой боли Сяо Цю не испытывал за все двенадцать лет своей жизни. Предшествующие холод и тепло словно очищали давно запечатанный сосуд, а теперь этот сосуд принялись перекраивать без всякой жалости. Сяо Цю казалось, будто внутри его тела острый нож умело и безостановочно соскабливает плоть с костей.
— А-а-а-а! — пронзительный крик Сяо Цю разорвал ночную тишину.
Этот неожиданный вопль вывел мальчишек из оцепенения. В ужасе они переглядывались, не понимая, как оказались на коленях посреди улицы.
— Скорее отпусти! — первой опомнилась Фанфан.
Сяо Цю и рад бы отпустить, но его рука будто прилипла. Хрупкий на вид синий цветок не проявлял ни капли милосердия. Из его стебля, казалось, вырвались бесчисленные тонкие и острые щупальца, что пронзили кожу и витками оплели кость.
Во дворе госпожи Фэн офицер уже снял с деревянного столба лампу. Услышав непрекращающиеся крики Сяо Цю, он снова заколебался. Лампа в его руках была единственной защитой, и если бросить её безрезультатно, он окажется в смертельной опасности.
Он не так уж много знал о магических семенах, но один пятистихийный маг погиб в лесу, лишь коснувшись такого семени, и офицер не желал рисковать.
— Оттащите его! — крикнул он, недолго думая, в надежде, что этот способ сработает и ему не придётся использовать лампу.
Мальчишки, пребывавшие в панике, услышав совет офицера, немедленно бросились его исполнять. Эршуан и Фанфан схватили Сяо Цю за руки, а Далян, Эрлян и остальные тоже кинулись на помощь.
Рука Сяо Цю так и не отпустила синий цветок, но теперь и остальные ребята из посёлка Елинь оказались в ловушке. Один за другим они прилипали к нему, не в силах оторваться, и вскоре раздались их отчаянные крики.
— Жарко-то как, помираю!
— Я сейчас окоченею!
— Почему меня так трясёт?
— Плохо дело, моя рука… да я весь будто плавлюсь!
Ощущения и реакции у всех были разными, но от этого режущая боль внутри Сяо Цю немного утихла. Он уже пришёл в себя и понял, что дела плохи.
— Отпустите! Не трогайте меня!
Но отпустить было уже невозможно. Девять подростков из посёлка Елинь оказались связаны воедино, каждый терпя свои мучения, а синий цветок на их глазах начал увядать.
— Выплюнь ядро демона! — крикнул офицер, прятавшийся во дворе с лампой в руках. Это была его новая идея. Видя страдания ребят, он ещё крепче вцепился в свой оберег. — Магическое семя явилось именно за ним!
Сяо Цю знал, что офицер прав, потому что ядро демона — он был уверен, что это именно оно — бешено металось в его груди на крошечном пятачке. Он больше не чувствовал биения собственного сердца, вместо него в грудной клетке пульсировало лишь это ядро. Оно боролось с вторжением магического семени, но было совершенно одно, не получая от своего носителя никакой поддержки.
Сяо Цю — не Ли Юэчи. Он не обладал силой пятистихийного мага. Ядро демона, запертое в слабом человеческом теле, могло высвободить лишь ничтожную часть своей мощи.
Правой рукой Сяо Цю вцепился в стебель цветка, а его левую руку крепко держали несколько товарищей. Он попытался вызвать рвоту, но ничего не выходило.
Синий цветок увял уже наполовину, став похожим на морщинистую, иссохшую старуху и явив свой зловещий лик.
Эршуан, стоявший ближе всех к Сяо Цю, крикнул: «Дай-ка я!» — и, протянув свободную левую руку, засунул её в рот Сяо Цю и принялся там шарить.
Сяо Цю так и не вырвало, наоборот, он лишь крепче стиснул зубы, едва не откусив Эршуану несколько пальцев.
— Подождите! — в этот критический момент Фанфан, единственная девочка среди мальчишек, сохранила ясность ума. — Ядро демона помогает сопротивляться магическому семени. Если мы его выплюнем, то станем ещё беззащитнее.
Сяо Цю перестал тужиться. Эршуан, раздосадованный и злой, повернулся к офицеру на другой стороне дороги и заорал:
— А ну иди сюда и помоги!
Офицер увидел побагровевшее лицо Эршуана, и его сердце сковал страх. Он толкнул калитку, вышел на дорогу, но, сделав несколько шагов, остановился.
— Тебя ведь Эршуан зовут?
— Ну да, а что? Придумай уже что-нибудь ещё!
Офицер усмехнулся, но тут же лицо его стало серьёзным.
— Так вот, слушай. Моя фамилия Синь, а имя — Ютао. Я — законный принц королевства Сицзе, ваш господин, глупцы малолетние! По велению отца-короля я прибыл на границу для воинской службы и закалки, но не ожидал, что столкнусь со змеёным демоном и по неосторожности попаду к вам в руки. Вот, смотрите — это расплата за то, что вы меня похитили и пытали.
Синь Ютао опустил взгляд на лампу в своих руках и заметил, что свет её начал тускнеть. Он поспешно прикрыл пламя другой рукой и продолжил, обращаясь к ошеломлённым подросткам:
— Мне пора. Я отправляюсь в крепость Сяоэр, чтобы поднять Войска Сюаньфу и истребить эту тварь. Надеюсь, магическое семя не убьёт вас, а просто превратит в демонов.
Определив направление, Синь Ютао трусцой побежал на запад по главной дороге.
Эршуан взревел от ярости:
— Ах ты, паршивец! Ублюдок! А ну вернись, я из тебя всю дурь выбью…
Но Синь Ютао не собирался возвращаться. Он уже всё решил. Жизни всех жителей посёлка Елинь вместе взятые не стоили жизни одного принца. Ему предначертаны великие дела, и чтобы стать настоящим королём, нужно уметь принимать решительные меры. Раз уж эти юнцы ослушались его предостережений и попали под влияние магического семени, у него не было причин рисковать, спасая их.
Силуэт принца королевства Сицзе быстро растворился в ночной тьме, унося с собой единственный источник света.
Стояла середина лета, но подростки внезапно ощутили пронизывающий холод. Лэнцзы, который только что жаловался на жару, задрожал и сказал срывающимся на плач голосом:
— Мы… мы что, все умрём? Это всё из-за Сяо Цю. Если бы он не отбил Фанфан, если бы не полез трогать этот цветок, ничего бы не случилось, и Туцзы был бы жив…
Сердца подростков — что неглубокие каменные чаши: много воды в них не удержится, да и та быстро сменяется. Слова Лэнцзы мгновенно посеяли среди них панику.
Лишь Эрлян возмущённо возразил:
— А Сяо Цю разве просил вас о помощи? Мы все сами вызвались, и Туцзы тоже. Когда ты сам только увидел этот цветок, разве не застыл как вкопанный? Что ты теперь языком мелешь?
В обычное время Лэнцзы непременно вызвал бы Эрляна на кулачный бой, но сейчас ему было не до задиристых поединков. Он всхлипнул и разрыдался.
— Я не хочу умирать! Мне отец только-только велел сделать большую кровать, я на ней и поспать-то толком не успел.
Далян был самым старшим среди них, но отнюдь не самым смелым.
— А мой отец говорил, что в следующем году купит телёнка, и я буду пасти наш собственный скот… Братец Сяо Цю, братец Сяо Цю, придумай что-нибудь!
«Братец Сяо Цю» было привычным обращением среди пастушков, и даже Далян, который был на год старше, называл его так.
Раз уж дошло до такого, Эршуан решил, что пора и ему вставить слово.
— Да чего бояться-то? Умрём так умрём. Вдевятером помирать даже веселее…
— А если не умрём, а в чудищ превратимся? — Лэнцзы, который был лучшим другом Эршуана, на этот раз не спешил его поддерживать. — Тот офицер-принц сказал, что приведёт Войска Сюаньфу истреблять демонов. Если я стану чудищем, отец меня на порог не пустит… Уа-а-а…
С тех пор как два года назад он до полусмерти избил сопливого мальчишку, Лэнцзы так громко на людях не плакал. Даже когда родители с палками гонялись за ним по всей улице, он не сдавался.
Эршуана охватило удушье. Он тоже не хотел становиться чудовищем, чтобы в итоге, как тот змеёный демон, быть истыканным копьями. Он напряг руку, надеясь либо оторвать Сяо Цю, либо отцепиться самому, но тщетно. Его правая рука обмякла, словно лапша, и лишь ладонь мёртвой хваткой вцепилась в предплечье Сяо Цю, не двигаясь ни на миллиметр.
— Кинжал! — крикнул Сяо Цю.
— Чего?
— У меня за пазухой кинжал! Эршуан, достань его и отруби мне руку!
Эршуан тут же всё понял. Он сунул руку за пазуху Сяо Цю, нащупал инкрустированный рубинами кинжал, зубами сдёрнул ножны и, выхватив клинок, занёс его над запястьем друга. Он жалел лишь о том, что большой меч остался в доме, иначе бы он давно его применил.
— Погоди! — крикнула Фанфан. Лицо её пылало. Она чувствовала, как тело становится невесомым, и если бы не остальные ребята, она бы уже взмыла в воздух. Ощущение было не из приятных: становясь легче, она одновременно истончалась, будто вот-вот растворится в воздухе. — Не руби ему руку!
Занесённая рука Эршуана замерла. Лэнцзы, стоявший позади, торопил его:
— Давай быстрее, мы скоро весь этот цветок в себя всосём! Фанфан, не переживай, Сяо Цю и без руки сможет стать твоим мужем.
— Чего ждёшь?! — прокричал и Сяо Цю.
Эршуан больше не колебался. Кинжал устремился к запястью Сяо Цю, сжимавшему стебель.
Но в этот миг синий цветок, уже почти совсем увядший, внезапно вновь яростно расцвёл, словно хищник, что затаился в ожидании и теперь раскрыл свою кровавую пасть для смертельного удара.
Эршуан дико вскрикнул, его рука ослабела, и кинжал упал на землю. В следующее мгновение неведомая могучая сила отшвырнула всех подростков из Елиня в разные стороны. Они приземлились в десятке шагов от цветка.
Лишь Сяо Цю остался на месте. Цветок поник и снова начал увядать. Ему нужен был только один.
— Он и вправду пришёл за ядром демона! — крикнул Эршуан, сидя на земле. Как и остальные, он больше не решался приближаться к Сяо Цю.
Но Фанфан вскочила и, обезумев, бросилась к нему. Эршуан и Эрлян одновременно вскочили и крепко схватили её.
Сяо Цю подобрал с земли кинжал и, преисполненный ярости, обратился к поникшему синему цветку:
— Хочешь ядро демона? Сейчас ты его получишь!
С этими словами он занёс кинжал, чтобы вонзить его себе в грудь.
Но едва клинок начал опускаться, в голове Сяо Цю раздался голос — властный, холодный, безжалостный. Он произнёс с непререкаемой повелительной интонацией:
— Оставь.
Обновлено: 23.01.2026