Девяносто девять раз её убивали собственные родные — ради спасения мира, ради громкой легенды о герое, ради чего угодно, только не ради неё самой. Сотая жизнь должна была повториться по той же дрянной схеме — но вместо палачей её встречают отец-гора, рыдающий от счастья, и ледяная с виду мать, убаюкивающая её тёплым голосом. После двух тысяч лет привычки никому не доверять она не готова к искренней любви — и ждёт, что эта нежность вот-вот обернётся предательством. Хватит ли ей смелости наконец разучиться умирать вовремя?

Девяносто девять раз её убивали собственные родные — ради спасения мира, ради громкой легенды о герое, ради чего угодно, только не ради неё самой. Сотая жизнь должна была повториться по той же дрянной схеме — но вместо палачей её встречают отец-гора, рыдающий от счастья, и ледяная с виду мать, убаюкивающая её тёплым голосом. После двух тысяч лет привычки никому не доверять она не готова к искренней любви — и ждёт, что эта нежность вот-вот обернётся предательством. Хватит ли ей смелости наконец разучиться умирать вовремя?