Глава 6 — Глава 6

Глава шестая Перевод и адаптация с китайского языка: Шу Ин (书影 - Shū Yǐng) Вскоре процессия прибыла к резиденции дувэя. Охранники, увидев самого Ся Цзинши, перепугались и бросились докладывать. Игнорируя следующих за ним Нин Фэя и Сяо Вэйжаня, Ся Цзинши быстрым шагом пересек сад, направляясь к беседке. Все здесь было так знакомо и естественно – эту усадьбу он сам подарил Исяо, и она не изменила здесь ни единой черепицы. В его памяти Исяо всегда была такой же открытой, как мужчина, на поле боя – стремительной и острой, как выпущенный на волю зверь. Но ее прямолинейность и неумение читать настроения других приводили к постоянным стычкам с генералами, поэтому он всегда держал ее при себе. А та последняя встреча четыре года назад – её выражение лица, когда стрела пронзила плечо, описанный Вэйжанем силуэт, молча смотрящий в небо – все это было для него совершенно чужим. При этих мыслях сердце Ся Цзинши сжалось, как от брошенного в воду камня, круги боли расходились все шире. Четыре года – достаточно, чтобы в глубине души запечатлеть эти потрясенные глаза, достаточно... Он резко замер. Исяо, с влажными распущенными волосами, полулежала на кушетке, в свободном халате, из-под которого выглядывали розовые пальцы ног. Не успел он разглядеть ее как следует, как она уже поднялась и шаг за шагом пошла к нему. От нее веяло ароматом после купания, каждый дюйм кожи, каждый вздох дышали удушающим соблазном. – Ваше Высочество, давно не виделись. Ся Цзинши спокойно хмыкнул, но слегка отступил назад, едва не задев табурет. – Ты еще помнишь дорогу назад? Исяо криво усмехнулась: – Столько времени не виделись, а Высочество все такой же холодный. Или вы сердитесь, что я не разбилась насмерть на том утесе? Он улыбнулся: – Если бы тебя бросили в стаю волков, выжила бы именно ты. Я понял это много лет назад. – Вот это встреча! – не выдержав, из-за ширмы вышла Сюэин, смерив Ся Цзинши взглядом. – Внешность так себе, а внутри и вовсе никуда не годится. Исяо, ну и вкус у тебя! Нин Фэй, уже помрачневший при ее появлении, теперь и вовсе вспыхнул: – И это называется благородной девицей? Подслушивает, а еще и дерзит! Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? – Отец учил: к разным людям – разное отношение. С благородными господами я и сама благородная девица. А с тобой мне и вежливой быть неохота! Что до него... Я знаю только, что четыре года назад он довел Исяо до прыжка с утеса. Плевать мне на его титулы! В могиле все равны – или он чем-то от нас отличается?! Она наступала на Нин Фэя, тыча пальцем. Тот, не находя слов, лишь злобно хмурился. Ся Цзинши скользнул взглядом по Сюэин и спросил: – Это кто? Сяо Вэйжань поспешно поклонился: – Ваше Высочество, это единственная дочь господина Лин Юйгуана, Лин Сюэин. Брови Ся Цзинши взлетели вверх: – Так это дочь Лин-гэ*? – Эй! – Сюэин тут же набросилась на него. – Кто это тебе "гэ"? Не фамильярничай! Он тихо рассмеялся: – Не буду спорить. Спроси у отца – сама узнаешь. Если по старшинству, то ты мне как племянница... Сюэин вскрикнула от ярости: – Не верю! Напишу отцу! – Топнув ногой, она подхватила подол и выбежала. Нин Фэй облегченно вздохнул: – Ваше Высочество, это гениально! Знай я, что можно избавиться от нее, назвавшись родней... Но Ся Цзинши нахмурился, глядя на Фу Исяо: – Я говорил правду. Но почему я не знал, что Исяо общается с дочерью Лин-гэ? Та невинно посмотрела на него: – Не зря дядя Лин твердил мне «научись отпускать». Видно, он и сам знал о вашем ледяном сердце! Дыхание Ся Цзинши на мгновение прервалось. Он пристально посмотрел на нее, голос оставался ровным: – Тебе приятно ранить меня словами? Его тихий вопрос потряс ее, лицо побелело. Он наблюдал ее смятение и говорил еще спокойнее: – Разве тебе самой не больно произносить такое? За мгновение Исяо овладела собой: – То сердце, что могло болеть, сгнило вместе с той Исяо четыре года назад. Теперь, что бы ни случилось, я, как мое имя, лишь улыбнусь – и все растает. – Растает? – Его взгляд скользнул поверх ее головы в окно. Незаметно наступил вечер, золотые лучи солнца, словно мечи, пронзали комнату. Нин Фэй и Вэйжань тихо удалились, оставив их наедине. Он повернулся, взял со стола серебряный лук и спросил: – Если ты больше не прежняя Исяо, зачем вернулась? – Я вернулась ради вас, – она подняла глаза, губы дрогнули в полуулыбке. – Я хочу знать: если я снова признаюсь вам в чувствах, вы снова откажете? – А если откажу? – тихо спросил он. Она смотрела прямо в него, чистые глаза, казалось, видели его насквозь: – Тогда я вернусь в Пинлин. Мы расстанемся навсегда. Я выйду за того, кто будет меня любить, постараюсь полюбить его, рожу ему детей. Спустя годы, возможно, я случайно расскажу ему о вас. Скажу, что вы были ошибкой моей юности, смешным эпизодом жизни. Я забуду вас и даже не узнаю при встрече... Ваше Высочество, это тот ответ, который вы хотели услышать? С каждым ее словом сердце Ся Цзинши сжималось. Сквозь туман он услышал свой собственный спокойный голос: – Да, именно так. Так будет лучше. Да, это к лучшему. Разве не этого он хотел? Вопреки ожиданиям, Исяо не разозлилась. Так же спокойно она ответила: – Хорошо. Я соберу вещи и уйду. Этот лук – ваш подарок. Возвращаю его. Стиснув зубы, подавляя странное чувство, он с усилием улыбнулся: – Ты... не хочешь погостить здесь несколько дней? Она, не оборачиваясь, пошла во внутренние покои: – Неужели несколько дней изменят ваше решение? Он молчал. Вещи Исяо уместились в небольшой узелок. Проходя мимо, она остановилась и тихо спросила: – Ваше Высочество, скажите... Были ли за эти четыре года хоть мгновения, когда вы... вспоминали меня? В голове Ся Цзинши зазвенело. Он стиснул зубы, но не смог совладать с нахлынувшими чувствами и сдался: – Сюэин впервые в Лучэне. Если ты не спешишь, покажи ей город от моего имени! Сам понимая натянутость предлога, он опустил глаза и поспешно вышел. Исяо села рядом с Сюэин, тревожно потянув ее за руку: – Тебе не душно так лежать? – Ты точно решила, что он твой? – Сюэин не шевелилась, без сил распластавшись на циновке. С тех пор как пришел ответ от отца, она пролежала так уже почти час. Даже самый невнимательный заметил бы: Ся Цзинши и не думал всерьез просить Исяо быть хозяйкой. Под предлогом экскурсий с Нин Фэем и Вэйжанем он изолировал Сюэин. А письмо отца окончательно добило ее: Ся Цзинши действительно был другом ее отца. Если Исяо выйдет за него, ей придется называть ее тетушкой! Черт возьми, она не собиралась просто так становиться младшей! Поэтому... – Исяо, давай вернемся в Пинлин. Господин Лу совсем неплох, да и богат. Если... – Она замолчала, увидев входящего, затем взорвалась: – Опять ты! Нин Фэй тоже помрачнел: – Я тоже не в восторге! – Не в восторге от чего? – раздался голос сзади. Нин Фэй застыл. Увлекшись перепалкой, он не заметил приближения. – Ни… ни от чего, Ваше Высочество. Я провожу госпожу Лин, – поспешно сказал он, грубо хватая Сюэин. – Пойдем, покажу тебе город! И, не дав ей опомниться, выволок из комнаты. * Гэ – старший брат, также так называют близких друзей немного старше по возрасту.