Глава 46 — Глава 46

Глава сорок шестая Перевод и адаптация с китайского языка: Шу Ин (书影 - Shū Yǐng) Фэн Сиян закусила губу, но не проронила ни слова. Ся Цзинши протянул ей исправленный список и, заметив её выражение лица, смягчил голос: – Когда князь поручил тебе подготовить подарки, он имел в виду не только это. Но не переживай – видно, что ты приложила усилия. Начало всегда трудное, а у тебя уже неплохо получилось. Пусть будет по этому списку. Увидев, что Сиян не уходит, он поднялся из-за стола и направился к выходу: – У князя есть дела. Делай, что считаешь нужным. Его фигура растворилась за дверью, прежде чем она успела что-то ответить. Её взгляд упал на развернутый лист бумаги с узором "пятицветного дракона" – когда она вошла, слуга как раз растирал тушь. Видимо, он собирался что-то писать... – Госпожа ищет книгу? – слуга прервал её размышления. – Библиотека там. Фэн Сиян покачала головой, но прежде чем она заговорила, снаружи раздался странный голос: – Ваше высочество, отдохните! Ваше высочество, отдохните! Это был тот самый попугай. Птица, казалось, не заметила ухода Ся Цзинши и продолжала без устали кричать на веранде. Сиян смотрела на неё несколько мгновений, затем внезапно повернулась к слуге: – Кто подарил этого попугая Его высочеству? Слуга слегка опешил, но почтительно ответил: – Простите, госпожа, я не знаю. Фэн Сиян лишь улыбнулась и вышла. Она прошла уже довольно далеко, но раздражение всё ещё клокотало в груди. Не в силах сдержаться, она обернулась. Может, ей показалось, но манера речи попугая до боли напоминала Фу Исяо. Самый великий день в жизни девушки – свадьба. Мать Сюэин, Сюэ Нинсу, была образцовой аристократкой. В день церемонии она встала на рассвете, совершила молитву с благовониями, а затем собственноручно облачила дочь в алые свадебные одежды. Даже Сю Му, обычно безалаберная служанка, в этот день была необычайно серьёзна. Следуя ритуалу, она расчёсывала волосы Сюэин гребнем, смоченным в цветочной росе, приговаривая: – Первый расчёт – до конца жизни. Второй – до седин. Третий – до внуков. Четвёртый – до благополучия во всех четырёх сторонах света... Внезапно её голос дрогнул, и слёзы покатились по щекам: – С сегодняшнего дня барышня больше не будет нашей... Сю Му так грустно! Сюэин покраснела: – Что значит "не наша"? Я просто выхожу замуж, я же не бродяжка, которую отец выгнал из дома!.. Если бы я знала, что, назвав тебя Сю Му (Гнилое Дерево – прим. переводчика), сделаю тебя ещё глупее, я бы дала тебе имя Хоу Цзин (Обезьяний дух– прим. переводчика)!" Сю Му вытерла слёзы и обиженно пробормотала: – Барышня могла бы дать Сю Му имя получше... У соседских служанок имена – Ван-эр, Шань-эр, даже самое простое – Фан-эр… (Традиционные имена со значениями: Нежная, Благоухающая– прим. переводчика) А у нас то Сю Му, то Хуадяо (Цветочная резьба – прим. переводчика), то Мао Се (Волосатый краб – прим. переводчика)..." Сюэин нахмурилась, но, увидев, как мать строго подняла бровь, тут же замолчала и покорно подняла лицо, позволяя наносить макияж. "Чтоб тебя! Если бы у меня были глаза на затылке, я бы так на тебя посмотрела!" Да, у других служанок были имена, связанные с цветами и ароматами, но Сюэин считала это вульгарным. Она потратила уйму времени, подбирая уникальные имена, которые "не встретишь ни на земле, ни на небе". "Сю Му" она объясняла так: "Сухая древесина встречает весну". Почему? Потому что раньше служанку звали "Чунь Ни" (Весенняя грязь – прим. переводчика). Сюэин просто заменила один иероглиф – так и появилось "Сю Му". Из всех имён это нравилось ей больше всего. Но только сегодня она узнала, что все её старания пропали даром. Сю Му не только не была благодарна, но и презирала это имя! – Держи. Сюэ Нинсу протянула дочери красную помаду. Сюэин послушно прижала губы к бумаге. – Сю Му права, – мать нежно поправила чёлку дочери. – После свадьбы ты примешь фамилию мужа и перестанешь быть Лин. Я сначала была против брака с чиновничьей семьёй, но отец сказал, что Нин Фэй – надёжный юноша, а семья Нин – строгая и достойная. Только тогда я успокоилась... Голос её дрогнул: – Девушка, выходя замуж, превращается из кусочка материнского сердца в соломинку в глазах свекрови. Ты больше не сможешь позволять себе капризы. Понимаешь? Сюэин нежно прижалась к матери: – Я же такая послушная! Свекровь будет любить меня так же, как мама! Не волнуйся! Сюэ Нинсу рассмеялась сквозь слёзы и легко ткнула дочь в лоб: – Вот болтушка!.. Сюэин, желая развеселить мать, театрально откинулась – но потеряла равновесие и с грохотом рухнула на пол. "Как перевёрнутая телега" – спустя годы Сю Му всегда вспоминала этот момент, рассказывая о свадьбе. С того дня, как Нин Фэй сообщил Сюэин, что Фэн Сиян слегла из-за перемены климата, девушка молилась, чтобы та не выздоровела до свадьбы. Она не хотела, чтобы Сиян присутствовала там, где должна была быть Исяо. Но Небеса не вняли её просьбе. Теперь ей предстояло кланяться в ноги Сиян, которая явилась на свадьбу в статусе княгини. Но она не стала. Лишь слегка склонила голову. Ся Цзинши равнодушно произнёс: – Мы все свои. Церемонии не нужны. Прежде чем распорядитель успел объявить начало церемонии, в зал вбежал стражник: – Послы из Суша прибыли! Говорят, специально к свадьбе!.. Фэн Сиян вскочила, радостно воскликнув: – Из Суша?! Кто именно приехал? В зале воцарилась тишина. Десятки холодных, осуждающих глаз уставились на неё. Сиян почувствовала неловкость и торопливо села, шепнув Ся Цзинши: – Прости, я...Он лишь кивнул, прервав её: – Ничего. Впустите их.