Мир, который мы видим, — лишь пять процентов правды: за пеленой веков прячутся падшие бессмертные и твари, что подглядывают из щелей яви. Скромный настоятель горного храма нашёл лазейку — горсть галлюциногенных грибов, и вот он уже ползёт по ожившему святилищу, а на спине повисло что-то невидимое и голодное. Не протянешь сутки — останешься там навсегда; выживешь — получишь очки для боевых техник, которых официально не существует. Сколько ещё грибов съесть, чтобы узнать, что скрывают статуи богов, — и уцелеть, чтобы этим воспользоваться?

Мир, который мы видим, — лишь пять процентов правды: за пеленой веков прячутся падшие бессмертные и твари, что подглядывают из щелей яви. Скромный настоятель горного храма нашёл лазейку — горсть галлюциногенных грибов, и вот он уже ползёт по ожившему святилищу, а на спине повисло что-то невидимое и голодное. Не протянешь сутки — останешься там навсегда; выживешь — получишь очки для боевых техник, которых официально не существует. Сколько ещё грибов съесть, чтобы узнать, что скрывают статуи богов, — и уцелеть, чтобы этим воспользоваться?