— Ришу. Волк разрушения, что некогда был моим господином.
Завершив утренний моцион и убедившись, что Ришу наконец-то уяснил команду «сидеть», я как раз перешел к обучению трюку «дай лапу». И тут, как по заказу, явился Лудиль с этой своей пафосной тирадой.
— Что ты задумал на этот раз?
Следом, мерно постукивая посохом по полу, неспешно вышел Кадаль.
— Ой, как забавно. Прежний Ришу никого к себе не подпускал, а нынешний такой милашка. Но, прости уж, я все равно смотрю на него с легким подозрением.
Мишт кокетливо пожала плечами, и ее копна золотистых волос всколыхнулась в такт движениям.
Поскольку Ришу еще совсем кроха, долго держать парадную позу у него не получается – задние лапы то и дело разъезжаются в стороны.
— Хм? О чем это вы вообще?
За успешно поданную лапу я наградил ученика кусочком вяленого мяса. Обычная сушеная говядина без специй, но для него – предел мечтаний.
— Перед тобой дикий бог, который до потери сил заставлял содрогаться сам ветер и крушил кости земли. Он жил лишь ради своих прихотей, не слушал ничьих советов и перегрызал глотку любому, кто смел встать у него на пути.
— Так ты у нас, оказывается, был альфа-самцом?
Я обхватил мордашку Ришу ладонями и начал энергично ее тискать.
— Альфа?…
— Альфа – значит вожак номер один. Псы по природе своей следуют за лидером стаи. Если в стае заводится кто-то непокорный, для вожака это лишний стресс, оттого он и становится свирепым. Чтобы зверь вписался в человеческий уклад, человек обязан взять на себя роль неоспоримого лидера, иначе несчастны будут оба.
«Не поднимать его выше своих плеч, есть самому первым…» Ох, как же хочется порой потащить его с собой в кровать, но приходится сдерживаться. Если мы хотим жить по законам людей, главным в доме должен быть человек.
— Но ведь Ришу – волк, не так ли?
— Ришу вообще-то дух…
Мишт и Кадаль заговорили одновременно, перебивая друг друга.
— Для волков правила те же. Или у духов какая-то иная психология?
Я продолжал возиться с Ришу, пока тот не повалился на спину, извиваясь от восторга. «Где же тут почесать? О, кажется, за ушком – самое оно».
Лудиль наблюдал за этой сценой с крайне сложным выражением лица, но я предпочел этого не замечать.
— Бывает, что суть следует за формой, а бывает и наоборот. В моей памяти Ришу остался как существо речистое и весьма одаренное интеллектом. Будь начеку.
Кадаль, конечно, мудр, но высокий интеллект и инстинкты – вещи разные, так что бабушка надвое гадала. В данный конкретный момент Ришу просто запредельно мил.
— Вот когда заговорит, тогда и будем думать.
Я легонько похлопал щенка по круглому, как мячик, пузику и поднялся на ноги.
— Спасибо, что зашли и предупредили. Я ценю вашу заботу.
Видимо, они решили намекнуть мне на осторожность, пока Ришу не вернул былое величие. Мило с их стороны.
Стоило мне поблагодарить Кадаля, как он, словно смутившись, тут же растворился в воздухе.
— Береги себя! Ты ведь для меня очень важен.
Мишт ослепительно улыбнулась и тоже исчезла. «Ну и кокетка. Хотя, скорее всего, я для нее просто ценный источник маны».
— Великий одинокий волк…
Пробормотал Лудиль и последовал за остальными.
Глядя на то, как Ришу азартно охотится за моими лодыжками, я подумал, что Лудилю пора бы расстаться со своими иллюзиями. Если это актерская игра, то наш «одинокий волк» достоин всех театральных премий мира.
Что ж, пора заняться завтраком.
Я извлек из Хранилища пышный формовой хлеб, нарезал его ломтиками и отправил тоститься. Когда кусочки стали золотистыми и аппетитно захрустели, я щедро сдобрил их сливочным маслом и кисло-сладким сливовым джемом.
«Толстые мягкие куски – это, конечно, классика, но хрустящие тосты сегодня как-то больше по душе». К ним добавились глазунья с жидким желтком, бекон и сыр. Довершили картину салат с сыровяленой ветчиной и тарелка горячего супа.
И, разумеется, финальный штрих – кофе. Я использовал матерчатый фильтр, но заметил странность: кофейные масла совершенно не проступали на поверхности. Воспользовавшись Оценкой, я выяснил, что здешний хлопок настолько плотный, что впитывает весь жир без остатка. Неудивительно, что вкус получается чистым и плоским, совсем как при использовании бумажных фильтров.
«Признаваться в том, что я не чувствовал разницы, пока не заглянул в чашку, я, конечно, не буду». Главное ведь – это создать правильное настроение.
Я устроился у окна, наблюдая за редкими снежинками. За последние дни сад преобразился благодаря новым кустам и деревьям, но сейчас тонкое снежное покрывало стерло границы между моими владениями и подножием горы.
У меня еще оставался порошок для ускорения роста растений, но ковыряться в земле под снегом – удовольствие сомнительное. Подождем до оттепели.
А теперь самое приятное – сегодня я забираю ванну! В предвкушении водных процедур я отправился прямиком к гончарам.
— День добрый! Ну как, готово?
— О, явился! Заходи, заходи. Все в лучшем виде.
Стоило мне переступить порог мастерской, как старый мастер приветствовал меня широкой улыбкой.
Эмалированные красавицы величественно стояли в центре помещения. Ножки сверкали позолотой. Одна ванна – моя, на классических «львиных лапах», а вторая – с опорами в виде изящных морских раковин.
Именно ракушки я планировал показать заказчику-аристократу. Львиные лапы казались слишком уж вычурными, а морская тематика – и к воде поближе, и смотрится на редкость удачно.
— И вот еще, то, что ты просил отдельно.
— О, огромное спасибо!
Мастер протянул мне горшочки для соли и сахара. Для сахара – глазурованный внутри, чтобы не превращался в монолит от сухости. Для соли, напротив – пористый, из обожженной глины, чтобы «дышал» и не мок. Внешне они выглядели как идеальный дуэт, отличаясь лишь оттенком декора.
Благодаря мастеру моя кухня постепенно обрастала по-настоящему полезными вещами.
Материалы для отделки ванной комнаты уже были закуплены, и я буквально горел желанием поскорее все собрать. «Но вот вопрос: как дотащить эту махину до дома? Нанять повозку? Так путь-то неблизкий, да еще и в другую страну…»
Пока мастер распорядился упаковать выставочный образец для дворянина, я попросил завернуть и свою ванну. Сделав вид, что за ними приедет багажная карета, я выставил груз у обочины и приготовился «ждать».
Щедро одарив рабочих монетами на чай, я дождался, пока они скроются в дверях мастерской. Парни были по уши в делах, так что караулить повозку вместе со мной они точно не собирались.
«Хранилище – вещь незаменимая, но вот эти маневры с крупногабаритными грузами посреди города порой изрядно утомляют».
Обновлено: 10.04.2026