Кадмус, разумеется, не мог не заметить, как в таверну разом ввалилось несколько десятков человек. Его изумрудно-зеленые глаза цепко просканировали новоприбывших.
Они были облачены в плотные зимние одежды, отороченные мехом, — наряд, не слишком привычный для юга Вестероса. На груди у каждого, будь то мужчина или женщина, красовались гербы благородных домов. Но самой важной фигурой, безусловно, был человек в центре.
Серые глаза, каштановые волосы средней длины, внешность хоть и не выдающаяся, но исполненная величия. Герб с лютоволком на его камзоле словно кричал о том, кто перед ними, особенно когда рядом стояли его жена, сыновья и дочери.
Дом Старков из Винтерфелла.
Кадмус и не ожидал, что встретит столь высоких персон, едва успев выйти из своего лесного затворничества. Его зеленый взгляд быстро выхватил молчаливого юношу с черными волосами и серыми глазами. В нем было больше от Старка, чем в любом другом из детей Эддарда.
Джон Сноу.
Глядя на парня, Кадмус с разочарованием отметил отсутствие какой-либо Огненной ауры вокруг него. Это подтверждало, что Джон Сноу — и впрямь бастард Эддарда Старка. Впрочем, оно и понятно.
Рейгар и Лианна живы. Будь Джон истинным сыном Рейгара, король и вторая королева Семи Королевств ни за что не позволили бы отправить мальчика на Север и растить как бастарда. Такое могло случиться лишь при условии, что Лианна умерла бы родами, а у Эддарда хватило бы решимости выкрасть ребенка у отца.
Мысли роились в голове Кадмуса, но он перестал разглядывать северную свиту. Все его внимание переключилось на курицу в тарелке — на удивление вкусную, хоть ей и не хватало приправ.
Пригубив пиво, Кадмус незаметно сплюнул жидкость обратно в деревянную кружку и с неверием уставился на Геральта.
— Как ты можешь это пить?
— Привыкнешь, — равнодушно отозвался Геральт.
Пойло было дрянным, зато дешевым. Оно согревало холодными ночами и уж точно было безопаснее воды, в которой вечно плавала какая-нибудь зараза.
На этот раз глаза закатил уже Кадмус. Ну уж нет, к такому он привыкать не собирался! Больше он и глотка не сделает этой «конской мочи».
Полезши в свой кошель, Кадмус извлек изящную бутылку вина и налил себе бокал. Вино было слегка сладковатым, но по горлу разлилось приятным теплом. У него имелись и по-настоящему волшебные напитки, но их он доставать не стал — такие редкости берег даже от самого себя.
Вдохнув восхитительный аромат вина, Геральт перевел взгляд со своего пива на бокал Кадмуса. Заметив в зеленых глазах мага провокацию и веселье, он понял: парень ждет, что он попросит налить и ему.
Попросит ли Геральт вина? Ответ был очевиден: нет. Он скорее будет давиться конской мочой, чем унижаться ради выпивки.
Видя, что Геральт с равнодушным видом цедит пиво, Кадмус испытал разочарование. Он бы дорого дал, чтобы увидеть, с каким лицом ведьмак будет его просить.
— Парень, на нас смотрят, — произнес Геральт низким голосом, сделав глоток. Он кожей чувствовал, что все внимание в зале приковано к их столу.
— Должно быть, почуяли аромат вина, — невозмутимо отозвался Кадмус.
Помимо дивного вкуса, напиток источал искушающий запах. Люди тянулись к нему, словно пчелы к цветку. Красно-фиолетовая жидкость в бокале переливалась, притягивая взгляд красотой, и распространяла тонкий, едва сладковатый, бархатистый аромат.
— Какое счастье, что рядом со мной сидит жуткий ведьмак. Не будь его, некоторые уже полезли бы на рожон, — с улыбкой заметил Кадмус, оглядывая зал.
Впрочем, Кадмус кое-что недооценил. А именно — спесь одного Наследника Железных Островов.
К столу с ухмылкой приблизился Теон. Это был худощавый, но миловидный юноша с черными волосами и смуглым лицом. Вид у него был такой, словно все вокруг его забавляло, а губы кривила самодовольная усмешка.
— Почем вино? — спросил он, не стирая улыбки.
Он не поздоровался, сочтя это лишним. Приветствовать подобных бродяг, по его мнению, было ниже его достоинства.
— Я что, похож на торгаша, маленький кальмар, брошенный своим папашей? — глядя на Теона, с улыбкой произнес Кадмус. Голос он не понижал, так что его слова отчетливо разнеслись по залу.
Северяне с азартом наблюдали за назревающей сценой, особенно Джон Амбер, прозванный Большим Джоном.
Желваки на скулах Теона дрогнули. Он смерил фигуру в плаще и капюшоне холодным, полным унижения взглядом. На плаще не было герба — значит, перед ним не дворянин. Положив руку на эфес меча, Грейджой буквально прорычал:
— Как ты смеешь так разговаривать со мной, Наследником Морского Трона?!
От звука его громкого, яростного голоса в таверне повисла тишина. Все взоры в этот миг обратились к угловому столику.
— Маленький Кальмар, если ты обнажишь меч, я отправлю твою голову твоему папаше-насильнику на Пайк. Пусть похоронит тебя рядом с твоими дохлыми братьями. — Кадмус невозмутимо отпил вина. В его веселом тоне сквозила смертельная угроза. Он терпеть не мог, когда ему угрожали, особенно те, кого он глубоко презирал.
Лица северян озарились восторгом; они заколотили кулаками по столам, создавая шумную, наэлектризованную атмосферу. Уж если кто и ненавидел Грейджоев, так это Север. Тысячелетиями флотилии Железных островов совершали набеги на их земли.
Во время Восстания Грейджоя против дома Таргариенов Бейлон Грейджой преклонил колено перед Рейгаром после сокрушительного поражения. Теон стал наследником Железных островов именно тогда, когда два его брата, Родрик и Марон, погибли в битве у Сигарда.
По спине Теона пробежал холодок, и он невольно отступил. В глазах мелькнула тень сомнения, но тут же сменилась напускной уверенностью. Однако стоило ему потянуться к мечу, как рыжеволосый юноша положил тяжелую ладонь ему на плечо и посмотрел пристальным, глубоким взглядом.
— Прошу прощения за поведение моего друга. Он перебрал в дороге, — произнес Робб спокойным, но вполне искренним тоном.
— Ничего страшного, Наследник Винтерфелла. Но впредь советую быть осторожнее, — с улыбкой ответил Кадмус, переводя взгляд с Робба на Теона. — Некоторые меняют свою натуру, лишь пройдя через великие страдания.
Робб нахмурился: слова таинственного незнакомца показались ему туманными, но он кивнул и увел Теона прочь.
— Это единственный сын Бейлона Грейджоя? — Геральт с любопытством проводил Теона взглядом.
Он слышал о старом лорде Пайка — том самом, что поднял мятеж против дома Таргариенов, сочтя короля Рейгара I слабым правителем.
В итоге восстание продлилось около двух лет и было жестко подавлено силами Таргариенов. Бейлон лишился Морского Трона, двоих сыновей и едва не потерял голову. Он выжил лишь потому, что Король не желал ввергать Железные острова в хаос, а желающих занять место Пайка попросту не нашлось.
— Ему повезло, что король отдал его под опеку лорда Эддарда. Иначе, с репутацией дома Грейджоев, Теон наверняка скончался бы от какой-нибудь хвори или просто «несчастного случая», — саркастически усмехнулся Кадмус.
Дорн никто не любил, но Железные острова презирали еще сильнее. Этих насильников и грабителей ненавидели все без исключения.
Геральт кивнул, соглашаясь. Репутация Эддарда Старка из Винтерфелла была и впрямь безупречной, если не считать внебрачного сына. Впрочем, в глазах ведьмака, обладавшего крайне высоким либидо, это едва ли тянуло на серьезный грех.
— Однако король весьма великодушен. Любой другой на его месте снес бы головы всем подряд, — спокойно заметил Геральт.
— Ведь восстание Баратеона закончилось всего тринадцать лет назад. Любое потрясение может ввергнуть королевство в еще больший хаос. Особенно учитывая, как растет могущество дома Ланнистеров, — рассудительно отозвался Кадмус.
По правде говоря, без Роберта, спускающего несметные тысячи золотых драконов ежегодно, золотые копи Ланнистеров еще могли приносить доход, пусть и не вечно.
— Королевство кажется единым, но это лишь видимость. Ланнистеры, Талли и Аррены заключили союз после восстания. Таргариены, Мартеллы и теперь Тиреллы удерживают хрупкое равновесие, — продолжил Кадмус. — Король уничтожил военную мощь Грейджоев, оставив их бессильными и неспособными на новый бунт в ближайшее время. Дом Старков пока держит нейтралитет, но кто знает, сможет ли королева Лианна убедить брата примкнуть к королю.
Геральт посмотрел на парня с удивлением. Он полагал, что лесной затворник далек от политики, но, похоже, Кадмус давно готовился к своему появлению при дворе Таргариенов.
— Турнир в Харренхолле обещает быть интересным, — с улыбкой заключил маг.
Обновлено: 22.01.2026