Глава 13 — Глава 13. «Новый клинок Татибаны»

Глядя на пустые, незрячие глаза Химэдзимы Гёмэя, Кудзё Татибана все же не выдержал и задал мучивший его вопрос. — Гёмэй, ты ведь ничего не видишь, как же ты умудряешься управлять повозкой? Услышав это, Гёмэй сжал четки и сложил ладони. — Господин Столп Звука, — ответил он, обратившись лицом к юноше, — пусть мои глаза и не видят, но мой слух необычайно остр. Наму Амида Бутсу! Эти слова заставили Татибану задуматься. Он верил Гёмэю, ведь и сам обладал обостренными чувствами. Взять хотя бы Тандзиро: тот по запаху мог чуять неладное, предсказывать опасность и определять силу или намерения врага. Даже его способность видеть «нить просвета» наверняка была частично связана с феноменальным нюхом. Раз уж у Гёмэя такой талант к восприятию, что если предложить ему семейную тренировку Татибаны – усиление пяти чувств? Если он преуспеет, то сможет открыть шестое чувство! А это фактически ключ к дверям Высшей сферы – Прозрачного мира. Тогда мощь Гёмэя возрастет многократно. Как-никак, это же будущий сильнейший Столп Корпуса – Столп Камня Химэдзима Гёмэй! Даже если он не завершит все обучение и не откроет шестое чувство, это все равно усилит остальные четыре. А позже Татибана научит его контролировать сосуды и мышцы. Глядишь, Гёмэй войдет в Прозрачный мир досрочно. В оригинальной истории Гёмэй достиг этого лишь в двадцать семь лет, в смертельной битве против Первой Высшей Луны, Кокусибо. К сожалению, в тот же день он и погиб – от активации Метки и тяжелейших ран. Татибана не собирался скрывать свои секреты; он хотел изменить судьбу этого доброго великана. Татибана привел Гёмэя на окраину городка Тосе, на то самое место, где он обычно тренировался с Кувадзимой Дзигоро. — Гёмэй, в моей семье из поколения в поколение передается метод тренировки чувств, — начал он. — Завершив его, человек обретает шестое чувство. В моем роду его называют Светлое Сердце Меча. Оно позволяет без слепых зон замечать малейшие изменения в окружении, а при должной концентрации – даже видеть внутреннюю структуру предметов. У тебя есть к этому талант, и сегодня я научу тебя этим упражнениям! Гёмэй опешил. Конечно, он мечтал «видеть», но просто так принять столь ценную семейную технику? Его совесть не позволяла пойти на такую корысть. — Господин Столп Звука! Благодарю вас, но мне это не нужно. Наму Амида Бутсу! Татибана закатил глаза и отрезал: — А я говорю – нужно! Ты член Корпуса. Станешь сильнее – спасешь больше невинных жизней. Сказать, что тебе это не нужно, значит признать, что ты не хочешь их спасать! И вообще, с чего ты взял, что это легко? Думаешь, я поучу тебя – и ты сразу все освоишь? В моем роду Кудзё за тысячу лет лишь двое смогли открыть шестое чувство и достичь Светлого Сердца Меча! После такой тирады Гёмэй не нашелся что ответить. Поколебавшись, он решительно произнес: — Господин Столп Звука, я безмерно благодарен! Я приму вашу доброту и направлю ее на помощь нуждающимся. Наму Амида Бутсу! — Ладно, не теряй времени, начнем! — Махнул рукой Татибана. Он учил Гёмэя просто потому, что ему так хотелось. Прошло три дня. На ту же лесную поляну Гёмэй явился во всеоружии, неся свой особый клинок Нитирин. Хотя называть это «клинком» было странно. Оружие, выкованное из алой песочной стали и алой руды, не имело с мечом ничего общего. Татибана едва сдерживал смех: в правой руке Гёмэй держал шипастый шар на цепи, в левой – огромный топор, а соединяла их общая цепь. Этой штукой не шеи рубить, а головы в кашу превращать! Сам Татибана тоже пришел не с пустыми руками. Сегодня он наконец-то получил свой новый клинок Нитирин, выкованный по образцу его старого длинного меча. Раз пришло новое оружие, нужно его испытать. Сначала он хотел позвать Кувадзиму Дзигоро, но тщеславный старик, дорожа репутацией перед главой, который все еще гостил у них, не захотел позориться и отказался от дуэли. Пришлось Татибане довольствоваться Гёмэем. Нет, Гёмэй не был слаб, но он практиковал Дыхание Камня всего год, так что уступал Кувадзиме. Если бы он уже достиг уровня Столпа, то наверняка унаследовал бы этот титул, ведь нынешний Столп Камня совсем одрях и его навыки пошли на спад. Впрочем, вернемся к месту поединка. Сегодня в лесу было оживленно. Помимо главных героев, на поляне присутствовали глава Корпуса и бывший Столп Звука Кувадзима Дзигоро. Кроме того, сюда стянулись все свободные от заданий члены отряда Какуси, расквартированные неподалеку, чтобы увидеть этот «финальный бой». Кудзё Татибана медленно обнажил свой новый меч. Рукоять была обвита сине-желтыми шнурами, а гарда искусно выполнена в форме молнии. У основания лезвия красовались выгравированные иероглифы: «Истребитель демонов». Клинок был отполирован до зеркального блеска, от одного взгляда на его кромку возникало ощущение остроты, режущей самый воздух. Массивный обух остался необработанным, сохраняя иссиня-черный цвет руды. Этот контраст черного и белого выглядел потрясающе. Татибана удовлетворенно кивнул: вот это настоящий клинок Нитирин! В следующую секунду клинок словно ожил: от самой рукояти по лезвию поползло тусклое желтое свечение. Татибана сделал пару пробных взмахов, привыкая к весу, и повернулся к противнику. — Я готов. Начнем! Гёмэй кивнул: — Наму Амида Бутсу! Дыхание Камня, первая форма: Извивающийся гидроцит! Шар и топор, подобно двум метеорам, за мгновение преодолели двадцать метров и с сокрушительной энергией обрушились на неподвижно стоящего юношу.