Рано на рассвете я собрал всё необходимое для охоты и покинул своё новое укрытие. Это был район вблизи опустевшего зоопарка, но живности здесь почти не осталось. Многие звери, даже мутировавшие и приспособленные к новым условиям, давно покинули эти места или стали кормом для более сильных существ.
Я направился глубже в сторону промышленного сектора. Там, среди разграбленных магазинов и полуразрушенных станций, ещё могли встречаться выжившие формы.
Моя поступь была лёгкой и почти бесшумной, а благодаря недавним мутациям я перестал опасаться разведывательных дронов. Раньше приходилось замирать, прячась под обломками или в тени, но теперь их сенсоры попросту не успевали зафиксировать мой след. Для них я стал частью пейзажа, которая казалась слишком незаметной, чтобы быть обнаруженной.
У меня же присутствовала некая уверенность, что я сумею найти ресурс, необходимый для повышения ранга. Быть может, это была глупая самонадеянность, однако заимствованный инстинкт хищника говорил иначе. Поэтому я не сильно торопился и время от времени останавливался, отмечая путь и зарисовывая в блокнот каждый ориентир или важное здание. Всё как и раньше.
Не менее важным был поиск полицейского участка, в котором могли сохраниться ценные материалы, немного амуниции или подходящие патроны для пистолета.
Я понимал, что обычное оружие вряд ли сможет нанести существенный урон мутантам высокого ранга, но всё же надеялся на другое. На то, что моя новая способность позволит уравнять шансы.
“Умение видеть уязвимости живых существ можно совместить с огнестрельным оружием. Если хорошенько приноровиться, тогда даже простой пистолет окажется наиболее полезным.” – Отметил я у себя в голове. – “Но в идеале бы найти что-то посущественнее. Автомат или дробовик…”
По пути я, как обычно, развернул своё чутьё на максимум и охватил участок в два-три квартала, не забывая про тренировку глубокой фокусировки. Применял её на случайных сородичах, специально выбирая тех, кто находился в труднодоступных местах – высоко на крышах, в закрытых квартирах или на пределе «видимости».
Подобные манипуляции позволили ещё лучше понять и освоить концепцию активации навыка, но сильно нагружали разум. Сейчас я мог продержаться в таком состоянии не больше трёх секунд, после чего происходил принудительный откат фокусировки, словно мозг сам защищал себя от перегрузки. Раньше интервал между последовательными применениями, не вредящих рассудку, составлял почти минуту, однако благодаря постоянным тренировкам мне удалось сократить это время почти в два раза.
Каждая попытка всё равно оставляла после себя след перенапряжения, но быстро оправившись, я становился немного способнее. Этот внутренний механизм крепчал и развивался, чем-то напоминая процесс, когда параметр «Влияние» усиливался, стоило мне перешагнуть через очередной порог своих возможностей.
Я глубоко вдохнул, потом тихо выдохнул, чувствуя, как разум снова входит в привычный ритм.
“Мне больше нельзя продолжать злоупотреблять фокусировкой… Дальше буду полагаться только на восприятие.” – Подумал я, став ещё осторожнее.
Впереди начинался район, где угадывался след выживших. Выбранный путь не должен был привести к их базе, ведь я намеренно обошёл предполагаемый центр скопления людей к внешнему периметру, но даже так стоило приберечь силы и сохранить чистый рассудок.
Последующие несколько кварталов обошлись без внезапных встреч, а через пару перекрёстков впереди показалась вывеска: «Чунцинское народное полицейское управление».
Я замедлил шаг. Участок выглядел тихо, но здесь запах живых ощущался наиболее ясно. Было несложно догадаться, что люди тоже приходили сюда за оружием, патронами и хоть какой-то защитой, дабы иметь шанс противостоять инфицированным. К тому же, прилегающую к зданию территорию усеивали трупы зомби. Окна на первом этаже были заколочены, дверь выглядела перекошенной и едва ли не падала с петель, а на стене рядом с входом кто-то оставил отметку углём: грубый крест, обведённый кольцом.
“Не думаю, что здесь осталось что-то полезное, но всё же следует проверить.” – Допустил я мысль, тихо снимая топор с пояса, пока взгляд скользил по заколоченным окнам.
Подойдя к перекошенной двери, я медленно потянул её на себя и сделал шаг внутрь. В помещении царил тусклый полумрак, но моё чутьё уже выстраивало картину пространства: ровные очертания стен, ведущих далеко вглубь здания, повороты коридоров, пустоты и ниши. Всё это складывалось в чёткую схему полицейского участка, но присутствия людей пока не наблюдалось.
Первое, что привлекло внимание, тихий, неестественный звон – еле слышное постукивание металла о металл. Присмотревшись, заметил: у самого входа, на уровне колен, висели пустые консервные банки, свисающие с потолка на тонкой леске. Простая, но эффективная звуковая ловушка.
Я аккуратно обошёл её и двинулся дальше, стараясь держаться ближе к стене. Впереди тянулось несколько помещений – одно просторное, с металлическими стеллажами, другое поменьше, будто изолированное от остальной части здания. Тем не менее, ни одно из них не напоминало склад или оружейную комнату, поэтому я прошёл мимо, не задерживаясь.
Ничего полезного пока не попадалось. Повсюду лежал мусор, но в отдельных помещениях обнаружились матрасы и разбросанные окурки, а в одной из комнат я нашёл бочку для сжигания. На дне тлели серые угли, что могло означать лишь одно – полицейский участок обжили. Его всё ещё продолжали использовать как временное пристанище, так что задерживаться здесь надолго было неразумно.
Я быстро обошёл одно помещение за другим, не позволяя любопытству взять верх, и вскоре наткнулся на единственную закрытую комнату. Путь преграждала массивная железная дверь, покрытая мелкими вмятинами, как будто кто-то уже пытался открыть её, но безуспешно.
Сосредоточившись, я позволил восприятию распространиться через щели в дверном проёме и волной охватить пространство за преградой. Постепенно перед глазами проступили очертания комнаты: металлические шкафы вдоль стен, несколько ящиков на полу, аккуратные ряды полок. Помимо этого, в глубине хранилища застыла худощавая фигура зомби, скорей всего забытого там с момента начала эпидемии.
– Похоже, я нашёл то, что искал. Только осталось вскрыть эту дверь… – Произнёс я и провёл рукой по металлу. – Посмотрим, насколько ты упрямая.
Я вставил остриё топора в узкую щель между створками и осторожно надавил. Металл едва заметно поддался, но тут же послышался неприятный звон – на лезвии появился небольшой скол. Я выдохнул сквозь зубы, а потом попробовал снова. Ударил плечом, надеясь сорвать замок, потянул ручку на себя и, упёршись ногой в стену, приложил максимум усилий.
Все попытки оказались тщетны. Даже с моими повышенными физическими возможностями дверь громко скрипела и трещала, однако оставалась неподвижной. Пришлось отступить и как следует поразмыслить.
Здесь требовалось знание или навык. Умение вскрывать замки? Чего у меня, конечно же, не было. Либо что-то другое… Менее аккуратное. То, что Вожаку не по силам.
Решение пришло внезапно. Я быстро вернулся на улицу, закрыл глаза и, сделав глубокий вдох, принялся выискивать среди сородичей наиболее развитых особей.
Даже в глубине окраин, где власть по-прежнему принадлежала людям, зомби не исчезли. Я ощущал их на своём внутреннем радаре, словно зелёные точки, мерцающие в сознании и смещающиеся при каждом движении своих реальных тел. Большинство сородичей, застряв ещё на первых этапах эволюции, были медлительны и почти слепы, но кое-где всё же вспыхивали более яркие, насыщенные огоньки.
Я сосредоточился, вычленяя один из таких огоньков. Этот сородич и был мне нужен, однако призвать его силой своего разума я не мог. Радиус восприятия значительно превышал возможности контроля: чутьё охватывало 250-300 метров, тогда как разум едва дотягивал до сотни. И даже эти скромные сто метров стали доступны лишь недавно, за счёт окрепших способностей Вожака.
Так как сородич не попадал в зону моего влияния, мне ничего не оставалось, кроме как самостоятельно сходить за ним.
Специально выбранным существом являлся зомби силового типа. Третий ранг – редкая находка для окраин. Очевидно при жизни он был мускулистым спортсменом, и после обращения мутация лишь приумножила его физическую силу и мышечную массу. Кожа потемнела, вздутые жилы натянулись, а руки увеличились в несколько раз. На изуродованном теле сохранились блеклые татуировки, но в целом от прежнего человека остались только смутные очертания.
Со временем он мог бы подняться до четвёртого, более грозного ранга, способного крушить стены и переворачивать грузовики, но теперь это стало недостижимо. Нижняя челюсть полностью отсутствовала, вероятно, оторвана взрывом или утрачена в жестокой схватке за территорию. Без неё он не имел возможности поглощать мясо, и это лишало его шанса на дальнейшее развитие.
– Ну что, здоровяк, поможешь мне? – Произнёс я, словно у этого лишённого разума создания действительно был выбор.
Инстинкт заставил его грозно прохрипеть и дёрнуться на звук человеческой речи, но, не обнаружив присутствия пищи, он быстро затих. В пустые, мутные глаза вновь вернулось спокойствие.
Он медленно зашагал, двигаясь прямо по центру дороги. Я вёл его тонкой нитью разума, что связывала нас через расстояние, а сам держался в тени, стараясь оставаться незаметным. Один раз пришлось резко сместить поток влияния и увести неповоротливого зомби к обочине, когда по улице промчался джип.
Машина была оборудована по всем правилам выживания: металлические листы, решётки на стёклах и длинные заострённые шипы на окровавленном капоте, из-под которых свисали свежие куски плоти. Крышу и бампер украшали вполне настоящие человеческие черепа, по-видимому некогда принадлежащие зомбированным людям.
Даже в такое время кто-то пытался выделиться. Пафос на фоне отчаяния – странная смесь, которая вызывала во мне лишь усталое равнодушие.
“Только не останавливайся… Езжай себе дальше. От этого всем будет лучше.” – Прошептал я в мыслях, удерживая здоровяка в стороне от дороги, пока джип проносился мимо.
Я понимал, что само столкновение с машиной едва ли сломит эту гору мышц, но потеря конечности или её повреждение могло значительно снизить возможности зомби. Мне же была необходима вся его сила, чтобы вскрыть ту проклятую дверь в полицейском участке. Так что пришлось минимизировать риски.
Когда шум мотора стих, я снова направил здоровяка вперёд, и вскоре впереди показалось знакомое здание.
К счастью, массивное тело зомби третьего ранга всё ещё умещалось в дверной проём. Когда он протискивался, петли жалобно хрустнули, после чего и без того расшатанная створка не выдержала. Входная дверь рухнула, подняв облако пыли.
– Надеюсь, с той железякой будет так же. – Пробормотал я, следуя за сородичем.
Каждый шаг здоровяка отзывался гулким эхом, а моя собственная поступь тонула в этом монотонном звуке. Привыкший к тишине и осторожности, я ощущал лёгкое раздражение. Идти рядом с таким шумным спутником было почти невыносимо, но я понимал – во мне противилась та самая частица новой природы, что принадлежала скрытному хищнику, предпочитающему тень и внезапность.
Я подавил этот внутренний дискомфорт и зашагал дальше.
Мы дошли до конца коридора. За углом уже маячила дверь в оружейную комнату, и я остановился, отправив здоровяка вперёд. Не было нужды стоять рядом. Мне хватало этого расстояния, чтобы иметь возможность координировать его действия.
– Бей. – Тихо приказал я, когда сородич достиг двери.
Массивные кулаки здоровяка обрушились на металл. Гулкий лязг стал разноситься по коридору, замок скрипел, петли дребезжали, но дверь пока не поддавалась.
Я увеличил контроль, направляя силу сородича немного точнее, чтобы удары приходились именно туда, где металл был слабее. Иногда заставлял его бить плечом, наваливаясь на дверь всем огромным телом, и уже в следующий момент замок не выдержал.
“Как и предполагалось, он справился лучше меня. Хотя мозгов ему всё равно не хватает…” – Подметил я в мыслях, наблюдая за тем, как сородич по инерции продолжает лупить уже открытую дверь. – Достаточно.
Он послушно остановился, тяжело выдыхая воздух через разорванную гортань.
Между шестым и третьим рангом лежала целая эволюционная пропасть, но мышечная масса в своём чистом виде не знала чётких границ. С этим следовало смириться и принять как таковое.
Пространственное восприятие не передавало всех деталей, поэтому я достал фонарик, шагнул в оружейную комнату и внимательно осмотрелся. Луч света заскользил по стенам, заставив дёрнуться худощавого зомби-полицейского, стоявшего в углу хранилища. Я не обратил на это внимания. От него остался только скелет и почти высохшая оболочка, которая могла упасть даже от лёгкого дуновения ветра.
Арсенал оказался вполне приличным. Имелись стандартные карабины, пистолеты, пара снайперских винтовок, ящики с патронами, аккуратно промаркированные и покрытые тонким слоем пыли. На стенах висели ремни, бронежилеты и каски. Всё было добросовестно сложено, хотя некоторых комплектов явно не хватало.
– Видимо, когда началась эпидемия, полиция не успела вовремя среагировать… Или просто не придала происходящему серьёзности. – Пробормотал я себе под нос, обводя взглядом помещение.
Ассортимент был огромен, однако я не собирался брать всё подряд. Мне хватило бы одного автомата и комплекта патронов к нему, но всё равно я чувствовал себя чужим среди этих рядов снаряжения. Каждая маркировка на ящиках, вроде «5.56×45», «7.62×39» или «12/70» – напоминала, что мне категорически не хватает знаний о боеприпасах и огнестрельном оружии.
Луч фонарика скользнул по дальнему углу комнаты. Там продолжал стоять ослабленный голодом сородич в полицейской форме, которая свисала с него мешком, словно тряпка на швабре.
Вероятно, раньше он работал на этом складе и знал об оружии лучше любого постороннего. Я же имел редкую возможность поглотить его мозг, чтобы наконец-то восполнить свои пробелы, но здесь имелись и явные минусы.
Во-первых, разум низкорангового сородича был испорчен временем. Вместо ясных знаний он мог передать мне хаотичные обрывки информации и искажённые воспоминания, больше вредящие моему рассудку, нежели приносящие пользу.
Во-вторых, до следующего повышения ранга оставалось всего-ничего.
“Если в процессе поглощения шкала опыта достигнет максимума, тогда этап эволюции застанет меня не в самом подходящем месте.” – Прокручивал я в своих мыслях все опасные моменты. – “Но мне нужны эти знания… А другой возможности может и не подвернуться.”
Каждое неверное действие, каждая ошибка могли оказаться фатальными. Я всегда старался держать это в своей голове и не хотел допустить ни малейшей оплошности, однако понимал, что рисков никак не избежать. Оставалось только отбросить сомнения и быть готовым к последствиям.
Обновлено: 15.02.2026