— Я...
Элли, погруженная в глубокие раздумья, наконец разомкнула губы.
— Карсис. Отныне ты будешь жить в соседней со мной комнате.
«Я хочу защитить тебя, Карсис».
Это было крайне импульсивное решение.
Она знала, что вес этих слов отнюдь не мал.
— Я слышала, что рыцари-хранители императорской семьи живут в маленьких комнатах, прилегающих к покоям монархов. Это нужно для того, чтобы быстро среагировать, если во дворце случится нечто неподобающее. Пусть сейчас я всего лишь юная леди, дочь герцога, но вскоре я стану кронпринцессой. Поэтому, если я сошлюсь на заботу о собственной безопасности, никто не посмеет возразить против того, что ты будешь жить в соседней комнате.
Для оправдания, придуманного на ходу, это звучало довольно убедительно.
Элли протянула ему руку.
— Пойдем, Карсис.
Взгляд Карсиса, устремленный на нее, слегка дрогнул.
Вскоре он склонил голову.
— ...В тот день всё было так же.
Голос, ставший еще тише, сорвался с его губ.
— В тот день вы, юная леди, точно так же протянули мне руку. Грязному ребенку, оборванному и покрытому пеплом, словно сточная крыса.
Прекрасная Элизабет, вытащившая его из ада.
— После встречи с вами мой мир изменился. Для меня, жившего лишь потому, что я родился, рука, протянутая вами, была чем-то большим, чем просто чудо.
Элизабет стала для него самим спасением.
— Я знаю. Когда вы станете кронпринцессой, я больше не смогу быть рядом с вами.
От слов Карсиса глаза Элли широко распахнулись.
Он знал.
Знал, что она постепенно пытается дистанцироваться от него.
Впрочем, разве это не естественно? Ведь она уже несколько раз отвергала его.
Так даже лучше.
Она как раз раздумывала, как бы отдалиться от Карсиса. Конечно, из-за непредвиденных обстоятельств ей пришлось сделать выбор, не входивший в планы, но сейчас она считала правильным четко обозначить границы.
— Ты прав, Карсис. Скоро я стану кронпринцессой, а в будущем — императрицей. В такой ситуации я не хочу, чтобы о наших отношениях стало известно другим.
— ...
— Я зову тебя в соседнюю комнату как своего рыцаря-хранителя. Помни, что иных намерений у меня нет.
Ее резкие слова в мгновение ока оборвали призрачную надежду Карсиса.
На его губах заиграла горькая усмешка.
— Пусть я и знал, что у этих отношений есть предел, это всё равно немного больно.
Однако, быстро стерев улыбку, Карсис опустился перед ней на одно колено.
— Я больше ничего не буду просить у вас, юная леди.
Затем он нежно прикоснулся губами к ее протянутой руке.
— Но, прошу вас, моя госпожа.
Он вел себя так, словно касался чего-то священного.
— Только до того дня, пока вы не покинете этот дом. Пожалуйста, не отталкивайте меня хотя бы это короткое время. Я буду жить тихо, сохранив эти воспоминания в своем сердце.
Горячее дыхание коснулось тыльной стороны ладони.
— Карсис...
Сердце Элли сжалось.
Ей было жаль, что приходится говорить такие слова. Сердце болело за тот суровый мир, в котором Карсису приходилось выживать всё это время.
Элли крепко обняла его, словно пытаясь утешить.
«Я обязательно сделаю тебя счастливым».
Глаза Карсиса расширились, будто он не ожидал, что она внезапно его обнимет.
Но вскоре он уткнулся лицом в ее плечо.
На его губах заиграла улыбка, более отчетливая, чем когда-либо прежде.
Последствия того, что она поселила Карсиса в соседней комнате, оказались серьезнее, чем ожидалось.
Уже ранним утром ее вызвали в кабинет герцога.
Элли украдкой поглядывала на герцога, который сидел на диване и пил чай.
Неужели ее собираются отругать?
Она невольно занервничала и сглотнула слюну.
— Я слышал, ты перевела Карсиса в соседнюю комнату.
Герцог Кретиан произнес это ровным тоном, не выражая никаких эмоций.
— Да. Я слышала, что в императорской семье для безопасности рыцари-хранители живут рядом с покоями. Скоро я стану кронпринцессой, поэтому ради безопасности велела Карсису занять соседнюю комнату.
Возможно, на Карсиса это и подействовало бы, но для того чтобы обмануть герцога Кретиана, оправдание было слишком нелепым.
Она благополучно прожила здесь более двадцати лет без всяких мер предосторожности, и вдруг теперь решила поселить стражника под боком ради безопасности.
Как и следовало ожидать, герцог Кретиан усмехнулся.
— Неужели кто-то здесь угрожает твоей жизни?
— Нет, но...
Элли всегда считала его просто любящим отцом. Раз он раньше позволил Карсису жить в особняке, она думала, что и этот вопрос решится легко.
Однако, встретившись с его холодным и суровым взглядом, она почувствовала, как пересохло в горле.
— Элизабет. Как ты и сказала, скоро ты станешь кронпринцессой. Что подумают люди, увидев твою близость с рыцарем-хранителем? Ты ведь не думаешь, что в императорском дворце об этом не узнают?
— ...Я знаю. Но видели ли вы комнату Карсиса? Не знаю, кто это сделал, но это был очень низкий поступок. Карсис для меня прежде всего как младший брат, и только потом — мой рыцарь-хранитель. Я не могу смотреть на то, как с ним так обращаются.
— Это было предсказуемо с того самого момента, как этот мальчишка неизвестного происхождения стал рыцарем нашей семьи. Ты ведь не могла назначить его своим хранителем, не будучи готовой к подобному? Карсис, уверен, тоже этого ожидал.
— ...
Как и сказал герцог, Карсис не просто ожидал этого — он принимал несправедливое обращение как должное.
И именно это заставляло Элли переживать еще сильнее.
Она ничего не ответила, лишь опустила голову.
— Говорю это из излишней заботы, но не вздумай искать виновного в издевательствах над Карсисом.
— ...Да, я понимаю. Поэтому только до того момента, как я отправлюсь в императорский дворец... Прошу вас, не препятствуйте моим действиям ради Карсиса.
Герцог взглянул на нее и коротко вздохнул.
— Если ты так настаиваешь...
— Тогда я пойду. С сегодняшнего дня у меня возобновляются уроки этикета в императорском дворце.
— Хорошо, я и так тебя задержал. Ступай.
— Да, отец.
Выйдя из кабинета, Элли поспешила вниз по лестнице, чтобы немедленно отправиться в императорский дворец.
Кто бы мог подумать, что она так сильно захочет пойти на уроки этикета.
Элли покачала головой и издала сухой смешок.
— Юная леди.
Как только она спустилась на первый этаж, к ней подошел Карсис, словно поджидавший ее.
Он смотрел на нее печальными глазами, явно беспокоясь о том, что ее вызывал герцог.
— Неужели из-за меня герцог вас...
— Верно. Меня отругали. За то, что я позволила тебе жить в соседней комнате.
— ...
Карсис понурил голову, будто ожидал такого исхода.
— Как я и думал, идея с соседней комнатой была плохой. С сегодняшнего дня я вернусь в свою прежнюю комнату.
— В этом нет необходимости. Я получила разрешение.
Карсис вскинул голову, его глаза округлились от удивления — он явно не ожидал, что герцог уступит.
— Так что не волнуйся и живи в соседней комнате.
— Но как...
— Об этом позже. А теперь — в императорский дворец. Иначе мы опоздаем.
Элли, которой было неловко пересказывать содержание разговора, уклонилась от ответа и ускорила шаг.
Она и сама поражалась тому, как сильно ей хотелось сегодня попасть в императорский дворец.
Но это чувство было мимолетным.
Едва прибыв на место, она тут же захотела вернуться домой.
«Черт».
Всего час назад она рвалась сюда.
Очевидно, за время сладкого отдыха тяжелые воспоминания успели приукраситься в ее памяти.
Элли цокнула языком, увидев баронессу Кэролайн, которая с порога устроила ей проверку, не забыла ли она всё, чему научилась.
К счастью, в свободное время она понемногу тренировала манеры благородной леди, поэтому баронесса не пришла в ужас. Хотя без нотаций не обошлось.
Когда короткий тест закончился и Элли смогла перевести дух, Кэролайн вернулась и преподнесла ей испытание, которое не шло ни в какое сравнение с предыдущими.
— Сегодня мы будем изучать то, что называют «цветком светского общества» — танцы.
— ...Танцы?
— Да. Я слышала, что танец юной леди Кретиан прекрасен, словно взмах крыльев бабочки. Могу ли я в этот раз рассчитывать на нечто особенное?
Нет, совершенно нет.
Если с остальным она как-то справлялась, то танцы были совершенно иной областью.
«Знай я, что так будет, нашла бы предлог и взяла частные уроки».
Элли не то что не умела «порхать бабочкой», она не знала даже элементарных шагов.
Она лихорадочно начала соображать, какую бы отговорку придумать на этот раз, чтобы избежать краха.
«Сказать, что подвернула ногу, когда спускалась по лестнице утром? Нет. Для этого я вошла сюда слишком уверенной походкой!»
Перебрав несколько вариантов, Элли мысленно хлопнула в ладоши.
«Точно! Скажу, что не могу танцевать без партнера. А если они подготовили кого-то для практики, я заявлю, что это мой первый танец в императорском дворце, пусть и тренировочный, и я непременно хочу станцевать его с кронпринцем!»
Как оправдание это звучало как полный бред, но сейчас ей было не до логики.
Разве не говорили, что Элизабет танцует великолепно?
Если обнаружится, что такая девушка в один миг забыла базовые шаги, это может вызвать ненужные подозрения.
Элли уже разомкнула губы, чтобы озвучить свою наспех придуманную ложь, как вдруг в дверь постучали и в комнату вошел мужчина.
— Ваше Высочество кронпринц!
Вошедшим был кронпринц Эрнст.
Баронесса Кэролайн первой узнала его и склонилась в поклоне.
— Я пришел посмотреть, как поживает моя будущая кронпринцесса. Надеюсь, я не помешал?
Обновлено: 04.04.2026