Туман над Академией окончательно рассеялся к восьми утра. Солнце лениво поднималось над зубчатыми крышами тренировочных залов, отбрасывая длинные тени по вымощенным дворам. Всё вокруг гудело в спокойной, выверенной рутине — кадеты торопились на лекции, инструкторы обменивались короткими кивками и замечаниями. Лишь один человек шёл медленно, с прямой спиной и пристальным взглядом, отмечая каждую деталь.
Иван Самойлов.
Он держал курс в зал "Альфа", где сегодня впервые должен был провести самостоятельное занятие. На входе его уже ждал лейтенант Шир, помощник по административной части.
— Ваша группа в строю. Проверку провёл. Никто не опоздал, — отчеканил он. — Записаны девять аристократов, шестеро потомственных военных, двенадцать простолюдинов, включая троих сирот из прифронтовой программы набора. Один — сын депутата Совета, но скрывает это.
— Будем смотреть не на родословные, а на шрамы, — отрезал Иван и шагнул внутрь.
Тренировочный зал встретил его ровным строем кадетов и звонкой тишиной. Все знали: это не просто преподаватель. Это тот, чьё имя стояло в приказах о наступлении, в донесениях о потерях, в наградах за решающие операции.
— Сегодня, — начал он спокойно, проходя перед строем, — мы начнём с простого. Стойка. Баланс. Основы ближнего боя без оружия. Всё то, что вы должны были знать ещё в первый год, но, судя по спискам травм — не знаете.
Он остановился, обернувшись к ним.
— Я не фронтовой мясник. Я — ремесленник. И моя работа — вылепить из вас тех, кто не погибнет в первую же засаде. Кто не упадёт при первом ударе в лицо. Кто не обнажит горло после второй потери. Если вы хотите стать знаменами Империи — вам придётся научиться выживать. А потом — убивать.
Молчание.
— Разминка. Станьте в круг. Десять минут — без команд, по памяти. Кто собьётся — бегает вокруг двора до звонка.
Некоторые улыбнулись. Другие напряжённо переглянулись. Круг сомкнулся, и начались упражнения. Иван смотрел внимательно. Через три минуты один из аристократов сбился в дыхании, второпях перепутал стойку.
— Имя?
— Аррон де Мистэль, виконт…
— Теперь — бегун. Вперёд.
Не повышая голоса, он добился главного — круг выровнялся, ошибки прекратились.
После разминки — блокировка, уклоны, работа в парах. Иван молчал большую часть времени, лишь изредка вмешивался: поправлял руки, корректировал вес, один раз остановил бой, чтобы показать, как не нужно бить.
Но кульминацией стало задание на равновесие.
— Центр. Доска на цепях. Один — стоит, второй — атакует, без оружия. Кто теряет равновесие — выбывает. Кто удерживается — проходит дальше.
Это было старое армейское упражнение, известное как "баланс боя". Не просто бой — умение управлять телом, дыханием, инстинктом.
На доску первым вышел Дасс. Сильный, устойчивый, сосредоточенный. Против него — Лир, молодой дворянин с быстрыми руками и резкими выпадами.
Бой был быстрым. Лир бил хлёстко, с амплитудой, но Дасс отрабатывал коротко, экономно. В финале — лёгкий поворот корпуса, толчок плечом, и противник свалился с доски, даже не поняв, как.
— Хорошо, — коротко сказал Иван. — Умение не в победе. Умение — в том, чтобы не проиграть.
Он посмотрел на остальных.
— Завтра — с оружием. Посмотрим, кто из вас держит клинок, а кто — иллюзии. У кого в руках — сталь. А у кого — стекло.
Когда строевая закончилась, кадеты разошлись медленно, каждый в своей тишине. Сегодня они впервые почувствовали, что Академия — это не просто школа. Это место, где оттачивают кость, мясо и волю.
Позже, уже вечером, Иван вернулся в свою комнату. Он медленно снял куртку, сел за стол, достал перо и открыл личный журнал.
"Группа неровная. Лир — вспыльчив, но с потенциалом. Дасс — устойчив, тихий, слушает. Остальные — пока тени. Не доверяют. И правильно."
Он отложил перо и подошёл к окну. Поля тренировок опустели, только фонари бросали жёлтые круги на брусчатку.
Тишина.
Иван прикрыл глаза.
Он знал: в этой тишине начинается настоящая работа.
Обновлено: 19.01.2026