Глава 11 — Глава 11. Ужасающее зрелище.

Хуан Синго горько усмехнулся и бросил на Чэнь Жаня странный взгляд: — Брат, сегодня ты уже не такой прямолинейный, как вчера. Вчера Чэнь Жань не торговался ни на юань, а сегодня вцепился в цену мертвой хваткой. — Люди ведь меняются, — с улыбкой ответил юноша. Видя, что Чэнь Жань не намерен отступать, Хуан Синго тяжело вздохнул: — Ладно, пусть будет по-твоему. Триста восемьдесят так триста восемьдесят. Что поделать, раз ты такой талантливый! Хуан Синго не стал медлить и сразу же попросил номер карты. Перевод на триста восемьдесят тысяч юаней ушел мгновенно. Люди его круга обычно имели высокие лимиты на переводы, чтобы дела не стопорились из-за банковских проволочек. Хотя во время распила камня Чэнь Жань сохранял внешнее спокойствие, получив подтверждение о переводе, он не на шутку разволновался. Триста восемьдесят тысяч! Это же целых триста восемьдесят тысяч юаней! Подумать только: еще вчера он с утра до ночи вкалывал за копейки. Сколько заказов на доставку, сколько поручений нужно выполнить, чтобы собрать такую сумму? А сегодня он заработал её чуть больше чем за час. И это было только начало! Теперь у него точно были деньги на лечение отца, да еще и долг Чжао Шуянь можно было вернуть. Сияя от счастья, Чэнь Жань поспешил завершить дела и уйти. Покинув рынок, он прямиком направился в банк. Из вчерашних пятидесяти тысяч у него осталось пятнадцать (тридцать пять ушло на покупку нового камня сегодня), плюс свежие триста восемьдесят — итого триста девяносто пять тысяч юаней. С учетом вчерашней мелочи на счету было почти четыреста тысяч. Хотя сестра говорила, что на операцию нужно двести тысяч, и тридцать он уже перевел вчера, Чэнь Жань решил не рисковать и отправил ей сразу триста тысяч юаней. Едва пришло уведомление о зачислении, Чэнь Кэкэ тут же перезвонила. На фоне слышался радостный голос матери. Обе были вне себя от восторга. Сестра коротко рассказала о состоянии отца: как только деньги поступили, больница подтвердила готовность к операции, шансы на успех были очень высоки. Чэнь Жань выдохнул с облегчением. Вскоре Кэкэ робко заметила, что такая огромная сумма им, скорее всего, не понадобится. — А вдруг не хватит? Пусть лежат, на всякий случай, — отрезал Чэнь Жань. Кэкэ согласилась, но после недолгой паузы всё же не выдержала: — Брат... откуда у тебя столько денег? — Заработал. — Но как можно столько заработать за пару дней? Чэнь Жань работал несколько лет, и обычно за весь год он присылал домой от силы тридцать-сорок тысяч. А тут — такая сумма за считанные дни. Кэкэ не могла унять любопытство. Она всерьез испугалась, не впутался ли брат в какую-нибудь криминальную историю. — Мамы сейчас нет рядом, ты можешь сказать мне правду? — тихо спросила она, явно стараясь, чтобы мать её не услышала. — Ты что, думаешь, я закон преступил? — Чэнь Жань сразу раскусил её страхи. — Я просто боюсь за тебя. Юноша хотел было всё объяснить, но вовремя осекся. Рассказ о суперспособности звучал бы еще менее правдоподобно, чем признание в преступлении. А если сказать про азартные игры на камнях, семья, не знающая тонкостей, решит, что он стал заядлым игроком. — Ладно, скажу правду: твоего брата окрутила богатая дамочка. — А?! — Кэкэ надолго замолчала. — Это... правда? — Ага. — И как она... характер у неё хороший? — Если бы характер был хороший, разве дала бы она мне триста тысяч? Стерва еще та! — Сказав это, Чэнь Жань почему-то представил лицо Чжао Шуянь и невольно рассмеялся. — Ты же меня разыгрываешь, да? — услышав его смех, Кэкэ с облегчением возмутилась. — Эх, ну считай как хочешь. Главное — я ничего противозаконного не делал, деньги чистые, так что не переживай. Если мама спросит — скажи, что на акциях заработал. В общем, ври что-нибудь позаковыристее, ей так проще будет поверить. Всё, мне пора работать, пока! Он положил трубку. То, что родные заподозрили неладное, было вполне естественно. Но раз его совесть была чиста, он не волновался. Узнав, что операцию отцу сделают уже сегодня, Чэнь Жань чувствовал смесь надежды и тревоги. Мать в трубке спрашивала, когда он приедет. Раньше у него не было денег даже на дорогу, теперь они были, но ему хотелось использовать каждую минуту, чтобы заработать еще. "Нищета — страшный учитель, и я слишком долго был её учеником", — подумал он. Кэкэ сказала, что операция начнется после обеда, так что ехать прямо сейчас смысла не было. Он решил дождаться результатов и тогда уже решать. "Если всё пройдет хорошо, задержусь здесь ненадолго, подниму еще денег. А если... Нет-нет-нет, никаких «если», всё будет отлично!" Чэнь Жань тряхнул головой, прогоняя дурные мысли. На часах был полдень. Он нашел небольшую лапшичную, чтобы перекусить. Уплетая лапшу, он прикидывал возможности своего дара. "Если я могу использовать его раз в десять минут, то за час это шесть раз. В сутках двадцать четыре часа — сто сорок четыре раза. Со вчерашнего дня прошло часов пятнадцать-шестнадцать, значит, я накопил около восьмидесяти-девяноста «зарядов». На камни я потратил уже больше семидесяти, осталось еще около дюжины". Двенадцать раз — немного, но возвращаться домой прямо сейчас он не хотел. Рынок «Цветы и птицы» огромен, наверняка здесь есть и другие лавки с нефритом. Он решил использовать оставшиеся заряды перед уходом. В лапшичной было людно. Чэнь Жань сел у самого входа. За соседним столиком примостился мужчина лет пятидесяти, рядом с его тарелкой стояла початая бутылка «Эргоутоу». Мужчина доел лапшу и начал жадно прикладываться к бутылке, осушая её большими глотками. Чэнь Жань поморщился. Если бы он не чувствовал резкий спиртовой запах, он бы подумал, что тот пьет обычную воду. "Ну и здоровье у мужика... Так хлестать в самый солнцепек. Совсем себя не жалеет". Впрочем, это было не его дело. Когда принесли его порцию с говядиной, Чэнь Жань сосредоточился на еде. Вскоре в дверях появилась девушка. Она заметно прихрамывала, одна нога у неё явно была повреждена. В тот же момент мужчина за соседним столом допил водку и, пошатываясь, направился к выходу. У дверей было несколько ступенек. Они встретились в самом проходе. Пьяный мужчина, не пытаясь уступить дорогу, качнулся и всем весом навалился на девушку. Та, потеряв равновесие на лестнице, вскрикнула и полетела прямо в сторону стола Чэнь Жаня. Юноша среагировал мгновенно: он обернулся на крик и успел подхватить её за плечи в тот самый момент, когда её голова едва не врезалась в острый угол стола. Однако девушка всё равно вскрикнула от боли — её ногу придавил пьяный дебошир. В Чэнь Жане вспыхнула ярость. — Эй! Ты как смотришь, куда прешь?! Чэнь Жань схватил мужчину за руку, намереваясь заставить его извиниться перед девушкой. Но едва его пальцы сомкнулись на плече незнакомца, перед глазами вспыхнуло ужасающее видение. Он увидел этого самого мужчину: глаза выкачены, всё лицо залито кровью, а нижняя часть тела, начиная от груди, превращена в кровавое месиво. Зрелище было настолько внезапным и тошнотворным, что в голове у Чэнь Жаня словно взорвалась граната. От дикого испуга он моментально отдернул руку.