Я моргнула и перевела взгляд с миссис Торнтон на Миллиама. Тот хмурился, слегка наклонив голову.
— Что вы имеете в виду под «странностями»?
Миссис Торнтон замялась, издав задумчивое «Хм...», но вскоре продолжила:
— Около недели назад мне стало казаться, будто в кладовой при лавке кто-то есть...
— Мадам, это же не просто «странность»! — встревоженно воскликнул Миллиам, опершись руками о край стола и развернувшись к миссис Торнтон.
В самом деле, если в лавке, где пожилая женщина живёт одна, кто-то повадился бывать — это, скорее всего, вор. И ситуация явно не из тех, что можно назвать просто «странной».
Я молча наблюдала за Миллиамом, который со всей серьёзностью расспрашивал, не пропало ли чего и заявила ли она в полицию.
Однако миссис Торнтон, выслушав его опасения, лишь покачала головой.
— Ничего не пропало. Если бы пропало, я бы сразу сообщила. На самом деле всё наоборот — вещи стали появляться. Например, ингредиенты, которые уже заканчивались и которые я только собиралась заказать.
История приняла неожиданный оборот. Это ещё что за сказки? Прямо-таки тайный помощник?
— Поэтому вчера вечером я набралась смелости и спряталась в углу кладовой, чтобы проследить.
— Мадам...
Миллиам вздохнул и приложил руку ко лбу с таким видом, будто хотел спросить, зачем она так рисковала.
Однако отважная миссис Торнтон лишь пожала плечами, будто в этом не было ничего особенного.
Она продолжила рассказ, и её голос звучал так живо, словно у воспитательницы в детском саду, читающей детям сказку:
— И вот, когда я почувствовала чьё-то присутствие, я увидела мужчину в красных меховых одеждах. Он нёс огромный мешок и как раз ставил что-то на пустую полку.
— ...Что?
— Это было настолько неожиданно, что я даже подумала: уж не мой ли покойный муж решил подшутить надо мной.
В следующий миг я заметила, как взгляд улыбающейся старушки скользнул к настенным часам. Улыбка миссис Торнтон стала ещё шире.
Вскоре послышался негромкий смех Миллиама. Я отвела взгляд от хозяйки лавки и посмотрела на него.
На его красивом лице, с которого мгновенно исчезла вся серьёзность, играла мягкая улыбка.
— Вы всё так же любите шутить, миссис Торнтон.
— О боже, господин Кентвуд. Неужели вы думаете, что я лгу?
— Просто я знаю, что в вашей кладовой нет освещения.
Миллиам с улыбкой ответил на притворно обиженный вопрос миссис Торнтон.
Затем он взглянул на меня, ища поддержки.
Пойманная этим внезапным взглядом, я на мгновение задумалась о связи между отсутствием света и рассказом миссис Торнтон.
И тут я невольно приоткрыла рот. Ах, вот оно что.
Убедившись, что я поняла, Миллиам снова повернулся к миссис Торнтон и продолжил:
— Как же вы узнали, что одежда на мужчине была красной? Если бы вы прятались в тёмной кладовой со свечой, он бы вас заметил.
Человек, решивший спрятаться в тёмной кладовой, чтобы проследить за кем-то, вряд ли стал бы зажигать свечу.
Это означало, что когда миссис Торнтон якобы видела того мужчину, вокруг было совершенно темно, а в такой ситуации невозможно различить цвета одежды.
Словом, довод Миллиама заключался в том, что история миссис Торнтон противоречила сама себе.
— К тому же мужчина в красных мехах с огромным мешком... Мадам, хоть погода и стала прохладнее, не рановато ли Старцу Ели приходить со своим мешком подарков?
Миллиам сказал это со смехом.
Старец Ели? Я невольно склонила голову, услышав незнакомое имя, но лишь на мгновение.
Старик в красных мехах с мешком подарков, появляющийся зимой... Образ Санта-Клауса был настолько очевиден, что даже я не смогла сдержать улыбки.
Миссис Торнтон, молча выслушав шутливые замечания Миллиама, наконец рассмеялась вместе с ним.
Это был смех ребёнка, чью шалость раскрыли.
— Как легко я попалась. Хоть это и была выдумка на ходу, признаю — я была не слишком убедительна.
Миссис Торнтон покачала головой, сокрушаясь о потере былой сноровки.
Миллиам, с улыбкой наблюдавший за ней, прищурился и заметил:
— И всё же вы выглядите довольной.
— Конечно, ведь я достигла своей цели.
— У вас была цель? Я думал, вы просто решили нас разыграть.
— Ох... Как бы мало у меня ни было дел, я бы не стала разыгрывать молодых людей без причины.
Махнув рукой, миссис Торнтон смущенно пояснила:
— Я просто хотела задержать вас подольше и несла первое, что пришло в голову. Не ожидала, что вы так быстро всё съедите.
— Хотели нас задержать? Но зачем...
— На самом деле есть кое-кто, с кем я очень хотела познакомить господина Кентвуда... А, вот и она.
В этот момент раздался звон колокольчика, и дверь лавки открылась.
Сидя лицом к входу, я без труда разглядела нового посетителя.
Вошедшей оказалась девочка лет четырнадцати-пятнадцати.
— Я пришла, миссис Торнтон! ...Ой?
Девочка, бодро поздоровавшаяся с хозяйкой, широко раскрыла глаза, заметив Миллиама, который повернулся на звук.
— Заходи, Анна. Посмотри, кто к нам заглянул.
Я не видела лица Миллиама, так как он сидел спиной, но в его приглушённом шёпоте: «Анна?» — слышалось явное удивление.
— О боже, господин Кентвуд!
Девочка, чьё имя, видимо, было Анна, почти выкрикнула его имя и быстро подбежала к столу.
Почти в то же мгновение Миллиам поднялся, опершись на спинку стула.
Когда он встал, Анна уже стояла рядом с миссис Торнтон, сияя глазами и глядя на него снизу вверх.
— Миссис Торнтон, как она...
— Она помогает мне в лавке с недавних пор.
«Знаете, в моём возрасте уже тяжеловато справляться в одиночку».
Сказав это, миссис Торнтон, посмеиваясь, незаметно пододвинула свой стул ближе ко мне.
Похоже, она хотела дать Анне и Миллиаму возможность поговорить вдвоём.
Я смотрела то на щебечущую девочку, не скрывающую радости от встречи, то на Миллиама, который отвечал ей, глядя сверху вниз с теплотой и гордостью в глазах.
Затем я украдкой перевела взгляд на миссис Торнтон, пристроившуюся рядом со мной.
Потому что внезапно в голове мелькнула одна мысль.
Миссис Торнтон, с гордостью наблюдавшая за парой, почувствовала мой взгляд и повернулась. На её лице всё ещё играла добрая улыбка.
Я позвала её как можно тише, чтобы те двое не услышали.
— Послушайте, мадам.
— Да, господин барон.
— Случаем, та первая юная леди, которую Ми... господин Кентвуд приводил сюда, это...
— Хо-хо, господин барон, а вы весьма проницательны.
Глаза пожилой дамы довольно сощурились.
Продолжая наблюдать за Миллиамом и Анной, она прошептала мне всю историю так же тихо, как и я.
По её словам, когда-то Анна была кем-то вроде предводителя детей из трущоб, которые выживали за счёт воровства и карманных краж в этих краях.
В начале своей карьеры следователя Миллиам, как обычно заглянув в лавку, поймал Анну на краже хлеба. Но вместо того чтобы сдать её полиции или арестовать самому, он завёл её внутрь.
Он велел Анне искренне извиниться перед миссис Торнтон.
Затем усадил её за стол и заказал гору всякой выпечки и десертов.
Странно это или, наоборот, естественно, но всё это досталось Анне.
Миссис Торнтон рассказала, что после того дня, когда Миллиам долго просидел с девочкой, кормя её сладостями и беседуя о том о сём, Анна, словно по волшебству, бросила воровать.
Вместо того чтобы покушаться на кошельки прохожих или хлеб в лавках, Анна вместе с другими детьми стала помогать местным жителям, выполняя различные поручения и мелкую работу.
Это была история, похожая на сказку.
Где добрые люди проявляют милосердие и человечность, и хоть это кажется нереальным, всё равно хочется верить в правдивость случившегося.
Слушая миссис Торнтон, я молча наблюдала за профилем Миллиама, который гладил Анну по голове.
И почему его и без того безупречное лицо кажется сейчас ещё красивее? Может, виной тому эта только что услышанная история?
Пока я предавалась этим праздным мыслям, до моих ушей внезапно донеслась фраза из щебетания Анны:
— Вчера я видела Святую Арию. Святая просила помочь раздать хлеб детям в округе...
— Святую?
— Да! Святую из Ордена Мейсона. Господин Кентвуд, разве вы не знаете?
— Нет, я знаю, но...
При внезапном упоминании Ордена Мейсона Миллиам на мгновение посмотрел на меня.
Поскольку я тоже сразу взглянула на него, наши глаза встретились. Однако, учитывая обстановку, мы оба промолчали.
Этот мимолётный визуальный контакт прервался, как только Анна продолжила свой рассказ.
Святая Ария, значит.
Мало им Книги пророчеств, так у них ещё и настоящая Святая есть в этом фальшивом культе...
Я задумчиво поскребла шею, но вскоре тряхнула головой.
Не те мысли для спокойного погожего дня, наполненного вкусными десертами и душевными историями.
Пусть это время и кажется бессмысленным для сюжета — ведь Окно системы ни разу не открылось.
Но всё же я человек, а не игровой персонаж, а людям иногда просто необходим такой отдых.
Обновлено: 20.02.2026