Столовая главного особняка, залитая утренним светом. Внутри суетились слуги, готовя завтрак для хозяев.
За ореховым столом, стоящим в самом центре, сидели граф Бейли, графиня и Эдвард.
Слуги то и дело с опаской поглядывали на графиню. В последние дни её нрав стал особенно колючим, и угодить ей было непростой задачей.
Даже если это были пустяковые домашние дела, на которые она раньше не обратила бы внимания, стоило им хоть немного раздражить её, как весь день слуг сопровождали выговоры, а порой и побои.
Особенно скверным характер графини становился во время семейных трапез. Завтрак и ужин были единственными моментами, когда она могла видеть своего равнодушного мужа.
Слуги за её спиной вовсю строили догадки о причинах такого поведения.
Проницательные горничные, собравшись вместе, шептались, что графиня не успокоится до тех пор, пока из уст графа не прозвучит приказ выгнать Эрика из флигеля.
Сегодняшний завтрак мало чем отличался от других. Салат из свежесобранных овощей, тонко нарезанный хлеб, пирожные, бисквиты, а также серебряный чайник и чайная чашка.
Тонкий аромат роз, принесённых из сада и пышно расставленных в вазе, лишь усиливал холодную атмосферу.
В тишине, нарушаемой лишь звуком льющегося в пустую чашку горячего чая, первой заговорила графиня.
Она пристально посмотрела на скатерть и вскинула бровь.
— Госпожа Вианна, кажется, на прошлом завтраке я ясно дала понять, что к завтрашнему дню её нужно заменить. Скоро я официально приглашу госпожу Сесил. Ты хочешь, чтобы на репутации нашего дома появилось хоть малейшее пятно из-за этой грязной тряпки?
— Простите, госпожа. Я обязательно заменю её позже.
Несмотря на то, что Вианна была старшей горничной и прожила здесь более двадцати лет, перед графиней она лишь покорно склонила голову.
Услышав это, граф Бейли наконец оторвал взгляд от тарелки и посмотрел на жену.
— Довольно. Впрочем, я вижу, ты и вправду собираешься вскоре пригласить госпожу Сесил.
— Да. Раз уж церемония помолвки состоялась, нашим семьям стоит сблизиться как можно скорее до свадьбы. После свадебной церемонии они будут жить отдельно. Нужно звать её чаще, пока есть возможность. К тому же, нам многое нужно обсудить по поводу подготовки к свадьбе.
Злобный взгляд графини в мгновение ока сменился ласковой улыбкой.
— Хорошая мысль.
— В конце концов, мы должны первыми пригласить и принять госпожу Сесил, чтобы Дом Сесил признал нашего Эдварда и относился к нему с должным уважением. Вы даже не представляете, сколько сплетен ходит в светском обществе об этом браке. Состояние Дома Сесил в будущем полностью перейдёт нашему Эдварду.
— …
— Все завидуют и пристально наблюдают. Поэтому и вы, как можно скорее, даруйте Эдварду статус, соответствующий его положению. Только тогда Эрик перестанет вести себя так заносчиво.
Несмотря на многозначительный, подгоняющий взгляд графини, граф молча пригубил чай.
Видимо, её раздражало это молчание, потому что она не унималась:
— Сколько вы ещё собираетесь держать Эрика во флигеле? Вы сами должны выставить его за дверь. Мне просто стыдно смотреть в глаза людям в светском обществе, да и перед здешними слугами неловко.
— Он — ребёнок, который только что вернулся с войны. Если бы не Эрик…
— Да, да. Я уже сыта по горло этой историей и не желаю больше о ней слышать. Только благодаря этому он и получил статус второго сына. Если бы не тот случай, осмелился бы он вообще вписать своё имя в род Бейли! Всего лишь отродье вульгарной служанки!
— Довольно!
Грохот! Граф с силой ударил по столу, и звук эхом разнёсся по комнате.
Он пристально посмотрел на раскрасневшуюся графиню.
— Эрик также будет присутствовать на приёме, когда мы пригласим госпожу Сесил. Там вы официально представите его ей.
— Невероятно… Неужели мои слова для вас пустой звук?
— И Эрик останется здесь на некоторое время, чтобы помогать мне управлять металлургическим предприятием нашего рода. Поэтому впредь относитесь к нему должным образом. И советую вам выбирать выражения.
— По… подождите… Эрик остаётся здесь? Будет управлять предприятием рода?!
Сухие губы графини задрожали. Её растерянный взгляд был прикован к мужу.
Право управлять делами рода принадлежало исключительно главе рода.
Доверить это Эрику для графини было немыслимо.
Наследование рода — это было единственное, что должен был получить её старший сын, Эдвард.
Она отчаянно пыталась понять мысли мужа. Её рука невольно сжала ткань платья в районе бешено бьющегося сердца.
Эдвард, который молча наблюдал за происходящим, видя, как бледнеет лицо матери, осторожно вмешался:
— Отец, прошу вас, возьмите свои слова назад. У меня тоже есть идеи на этот счёт.
Внезапный низкий голос заставил графа и графиню перевести взгляды на Эдварда.
Эдвард начал планомерно излагать свои мысли, которые обдумывал всё это время:
— В будущем я также планирую постепенно перенимать различные предприятия Дома Сесил. Многие из них весьма прибыльны и имеют огромный потенциал. Я буду шаг за шагом работать над тем, чтобы Дом Бейли со временем взял их под своё руководство.
— Какая чудесная мысль, Эдвард!
От слов сына взгляд графини немного смягчился. С другой стороны, брови графа нахмурились ещё сильнее.
— Это идея графа Сесила?
— Нет, но… в конечном счёте, это те дела, которыми я буду руководить. Если это пойдёт на пользу моему роду…
— Жалкий мальчишка.
Граф тут же покачал головой.
— Ты действительно думаешь, что граф Сесил не разгадает твои очевидные помыслы? Он — человек с выдающейся деловой хваткой, пользующийся полным доверием императора. Именно из-за твоих ничтожных амбиций мне так трудно доверить тебе род!
— О-отец…
— Поразмысли на досуге о том, как сильно твои слова позорят наш род! Глупый и никчёмный малый!
Разгневанный граф вскочил со своего места и стремительно вышел.
Графиня обиженно посмотрела мужу в след, после чего схватила стакан с водой и осушила его залпом.
— И в чём же ты был не прав?! Вечно он со своей неуместной гордостью!
— Матушка, успокойтесь.
— Управлять предприятием?! Какие такие великие дела он ведёт в этом роду, что так задирает нос! Это всё потому, что он не понимает, как изменилось твоё положение! Он один не осознаёт, насколько важно породниться с Домом Сесил! Человек, который совершенно не смыслит в том, как устроен мир!
— Нет, матушка. Слова отца тоже не лишены смысла.
Когда из уст Эдварда вырвался тяжёлый вздох, глаза графини округлились.
— Не падай духом. Твой отец — тот, кто своими руками довёл род до упадка. Если старший сын заявляет, что спасёт его, отец должен быть благодарен тебе до конца жизни. Ни о чём не беспокойся и просто отправь приглашение госпоже Сесил.
— А как же… Эрик?
Графиня на мгновение задумалась, а затем её губы тронула едва заметная усмешка.
— Думает, я не смогу его позвать? Пускай приходит и опозорится. Какая нелепость — бастарду находиться на официальном приёме. Он сам сбежит оттуда, сгорая от стыда.
Видимо, в голову ей пришла какая-то идея, потому что с воодушевлённым лицом она принялась не спеша жевать хлеб.
«Если не хочешь уходить по-хорошему, я с радостью вышвырну тебя вон».
На её лице, скрывающем бурю мыслей, вновь воцарилась безмятежная улыбка.
«Пожалуйста, прекрати. Нет, умоляю, пощади. Вытащи меня из этого ада».
Она отчаянно пыталась вырваться из его стальной хватки, из власти силы, что жаждала её, нет, буквально поглощала, но чем сильнее она билась, тем крепче становились его объятия.
Накопленная горечь превращалась в боль, а боль — в ярость. Но перед этим мужчиной всё было тщетно.
В его присутствии она становилась маленьким, беспомощным существом. К большому сожалению.
«Я хочу увидеть Эдварда. Хочу быть рядом с ним. Прямо сейчас…»
В этот момент тихий, приглушённый голос, зовущий её, вернул её ускользающее сознание.
— Личная служанка! Вы в порядке?! Эй, иди скорее сюда! Она пошевелилась!
— О боже! Госпожа служанка!
Тело было совершенно бессильным, Ария не могла пошевелиться, лишь её глаза резко распахнулись.
Она безучастно уставилась в коричневый потолок, а затем перевела взгляд на источник шума.
Там, глядя на неё широко раскрытыми глазами, радостно восклицали горничные.
— Какое счастье! Она пришла в себя!
— Личная служанка, вы слышите нас?!
«Что произошло?» Ария из последних сил попыталась приподняться.
Пока она недоуменно озиралась по сторонам, горничные, вытирая её холодный пот, заговорили:
— Мы так рады, что вы очнулись! Если бы не молодой господин Эрик, всё могло закончиться очень плохо!
— Он нашёл вас без сознания и даже привёл врача! Правда, из-за этого пострадала дверь.
Горничная указала рукой на вход, и Ария посмотрела в ту сторону.
Дверь, выбитая с невероятной силой, валялась на полу, разломленная на две части.
Человек, который довёл её до такого состояния, снова привязал её к этому месту. Ария тяжело вздохнула, не зная, как теперь смотреть в глаза Эрику.
Видя её состояние, горничные тихо прошептали:
— Пока не беритесь за тяжёлую работу, предоставьте её нам, и просто отдыхайте. Похоже, вам пришлось очень нелегко в последнее время.
Несмотря на эти слова утешения, Ария мягко покачала головой и поднялась с постели.
Как бы то ни было, это были её обязанности. Она не хотела доставлять неудобства другим.
[Ничего не случилось, пока я была без чувств?]
Увидев записку Арии, одна из горничных словно что-то вспомнила и повысила голос:
— Днём к господину Эрику заходила старшая горничная. Я краем уха слышала, что завтра вечером состоится приём в честь госпожи Изабеллы. Кажется, она настойчиво просила молодого господина обязательно присутствовать на ужине.
Обновлено: 20.02.2026