Кабала сидела в своём кабинете, изучая список девушек, отобранных в качестве новых стипендиатов Национальной академии.
Перед ней внезапно появилась полупрозрачная красная птица.
Она сделала широкий круг над головой Кабалы и опустилась ей на палец. При ближайшем рассмотрении это была не птица, а сгусток света в форме птицы.
Кабала в замешательстве наклонила голову.
— Для прибытия в Ронхейм ещё слишком рано.
Она убрала документы со стола, освобождая место, и резко подула на сгусток света.
Тотчас же фигурка птицы рассыпалась в пыль, а на столе Кабалы из сияющих букв сложилось послание.
«В Авене на нас напали неизвестные. Личности установить не удалось. Под предлогом того, что императорские рыцари не смогли отразить атаку, принцесса наказала их и оставила позади. Мы отправляемся в Ронхейм. По прибытии немедленно приступим к выполнению задания».
Это был краткий отчёт, лишенный каких-либо личных суждений. Его прислал соглядатай, которого Кабала приставила к Хлое.
Стоило Кабале подуть во второй раз, как сияющие буквы развеялись в воздухе, не оставив и следа.
— Неизвестные? — Кабала нахмурилась. — И Хлоя воспользовалась этим как предлогом, чтобы избавиться от рыцарей..?
Кто и с какой целью напал на группу Хлои, создав помеху её планам?
Ей это совсем не нравилось.
Более того, сама мысль о том, что Хлоя наказала рыцарей, казалась нелепой. Кабала не верила, что этот слабохарактерный и невыносимо скучный ребёнок способен на подобное по собственной воле.
«Это дело рук маркиза Родриана?»
Этот темный тип наверняка манипулировал Хлоей. Кабала недовольно цокнула языком.
— Глупая девчонка.
Она отправила её туда, чтобы та следила, не замышляет ли Каллиус чего подозрительного, а она, похоже, послушно превратилась в его марионетку.
Кабала раздражённо вздохнула, предполагая, что Хлоя по своей наивности просто последовала указаниям Каллиуса и прогнала рыцарей.
Пока она массировала виски, в дверь постучали.
— Это Днеф, сестра.
— Входи.
В кабинет привычной походкой вошёл Днеф. Его суровый вид говорил о том, что он готов вступить в бой в любую секунду.
Кабала глубоко откинулась на спинку кресла и спросила:
— А что со священной реликвией? Нашёл?
Для неё вопрос возвращения утраченной священной реликвии сейчас был куда более насущным и важным, чем действия Хлои.
Днеф покачал головой.
— Прошу прощения.
Взгляд Кабалы стал острым.
Днеф доложил, опустив глаза:
— Похоже, она покинула пределы императорского дворца. Нам следует искать, сосредоточившись на версии, что её украла и сбежала та цыганка.
— Ха, — Кабала тяжело вздохнула и прислонилась головой к креслу. — Обыщите все аукционы и черные рынки.
Если вор украл сокровище, он постарается как можно скорее обналичить его. Поскольку это вещь, добытая незаконным путём, велика вероятность, что священная реликвия будет тайно продана на черном рынке.
Кабала подавила гнев и заговорила подчёркнуто элегантным голосом:
— Если она осядет в чьём-то частном хранилище, найти её будет непросто. Мы должны отыскать её до этого момента.
— Да.
— И это всё?
Слегка вздохнув, Кабала прищурилась и посмотрела на Днефа. Её взгляд по-прежнему был пронзительным.
— Не разочаровывай меня больше, Днеф.
Она плавно поднялась и грациозно подошла к нему. Её нежная рука мягко коснулась щеки Днефа, покрытой мелкими шрамами.
— Ты должен постараться, чтобы я не пожалела о том, что нашла тебя, когда ты был всего лишь беглецом.
Её мягкий, низкий голос ласкал слух Днефа.
Днеф сглотнул и кивнул.
— Да, сестра.
Кабала слегка улыбнулась и прошла мимо него.
— Я устала. Очень утомительный день. Нужно немного поднять себе настроение.
Днеф прекрасно понял, что это значит.
— В ваших покоях уже подготовлена новая девушка.
Этот ответ пришёлся Кабале по душе. Она довольно улыбнулась и неспешно вышла из кабинета.
Утро на севере наступало быстрее, чем на юге.
Сильный ветер и метель, которые всю ночь не давали спать, неистово сотрясая ставни, исчезли, словно их и не было. Небо, озаренное рассветом, было абсолютно чистым.
Ещё до восхода солнца на улицах Авены было так же многолюдно, как днем.
Когда я вышла, кутаясь в одежду, которую Ламия помогла мне надеть, пока я едва разлепляла глаза, снег на дорогах уже был полностью расчищен.
«Какие трудолюбивые люди».
На юге развита культура светской жизни с поздними ужинами и балами, поэтому люди не встают рано утром. Глядя на толпы людей, суетящихся под ещё темным небом, я почти путалась — рассвет сейчас или вечер.
«Ух, холодно».
Стоило покинуть постоялый двор, как холодный воздух остро полоснул по лицу, и я невольно вздрогнула. С каждым выдохом в воздухе рассеивались облачка пара.
Желая поскорее сесть в карету, я огляделась и встретилась взглядом с Каллиусом, который проверял седло лошади.
— Доброе утро.
— Да, маркиз. Хорошо ли вам спалось?
Мы обменялись короткими приветствиями. Поскольку с самого отъезда из императорского дворца мы постоянно были вместе, за это время я немного к нему привыкла.
Я улыбнулась ему в ответ.
«Кажется, он улыбается чаще, чем я думала».
При первой встрече из-за его бесстрастного лица и острого взгляда я приняла его за жесткого и пугающего человека, но чем больше я его видела, тем больше убеждалась в обратном.
Особенно после прибытия на север. Он даже шутил со своими подчиненными и смеялся в голос.
Я засмотрелась на него и попалась.
— Почему вы так на меня смотрите?
— А, нет, ничего.
— Я кажусь вам странным? У вас было именно такое выражение лица.
Я вздрогнула и извинилась:
— Правда? Простите за бестактность. Я ничего такого не имела в виду, просто вы напомнили мне одного знакомого...
— Знакомого?
— Да, друга.
Каллиус слегка приподнял бровь.
— Вы имеете в виду того самого «самого дорогого друга», о котором упоминали ранее?
Я вспомнила, как в карете невзначай завела разговор о Кале, и мысленно охнула.
— А, ну...
Я попыталась отделаться общими фразами, но Каллиус проявил настойчивость.
— Удивительно, что друг Императорской принцессы похож на меня. Моя внешность сильно отличается от жителей юга. Откуда родом этот ваш друг?
Этот вопрос интересовал и меня саму.
— Ну... Я как-то не спрашивала.
— Вот как.
Каллиус слегка склонил голову набок. Видимо, ему показалось странным, что я называю человека дорогим другом, но при этом не знаю, откуда он родом.
«Нужно покаяться в своей невнимательности».
Учитывая прошлую жизнь, я знала этого друга десятки лет, но так и не выяснила его происхождение. Даже мне это казалось странным, что уж говорить о Каллиусе.
Однако Каллиус не остановился на этом и продолжил расспрашивать о Кале.
— Что это за человек? Если это не будет нескромным, я хотел бы послушать о нём подробнее.
Я не могла рассказать ему всю правду о Кале, поэтому намеренно сменила тему.
— Холодно. Где карета? Я хочу поскорее сесть внутрь.
И это не было просто отговоркой. Вчера, когда я ненадолго выходила из кареты, одежда из шкуры нянка защищала от ветра, так что холод был терпим. Но стоять вот так на открытом воздухе было невыносимо — даже мех нянка не спасал. Температура тела стремительно падала, я начала дрожать.
К счастью, Каллиус не стал больше настаивать. Однако его следующие слова повергли меня в шок.
— Отсюда мы не сможем ехать в карете.
— Что? Тогда как же..?
— Придётся ехать верхом.
— Что-о? Но я ведь не умею ездить на лошади!
В отличие от меня, впавшей в замешательство, Каллиус оставался спокоен. Он понимающе кивнул, словно предвидел это, и сказал, что всё в порядке.
— Ваше Высочество, вы поедете вместе со мной.
— В-вместе?
Я представила, как сижу впереди Каллиуса.
«Это слишком близко, но... ладно! Я справлюсь!»
Я сжала кулаки и решительно настроилась.
— Хорошо. Полагаюсь на вас.
— Да, в таком случае...
Я собиралась взять Каллиуса за руку, чтобы взобраться на лошадь. Однако вместо того чтобы помочь мне подняться, он подхватил меня на руки и отдал своему подчиненному странный приказ:
— Привяжи нас покрепче.
«А? Привяжи?»
Пока я пребывала в недоумении, к нам подошёл рыцарь Каллиуса с огромным отрезом ткани. И прежде чем я успела что-либо сообразить, он принялся туго связывать нас с Каллиусом в единое целое.
«Что за..?»
Обновлено: 08.04.2026