В то время в гостинице рыцари императорской семьи и рыцари Каллиуса противостояли друг другу.
Рыцари Каллиуса намеревались обыскать этаж, где находилась Императорская принцесса, но императорские рыцари восприняли это как попытку вторжения на их территорию и разозлились.
— Я же говорю вам, на четвертый этаж не поднимался никто, кроме служанок Ее Императорского Высочества.
— Пожалуйста, посодействуйте нам, чтобы мы могли все проверить на всякий случай.
— Мы все проверили, когда входили. Вы нам теперь не доверяете?
Императорские рыцари вели себя заносчиво, обращаясь к рыцарям Каллиуса пренебрежительно. Это было открытое проявление неуважения.
К ним присоединились и служанки Хлои, встав на сторону императорских рыцарей.
— Ее Императорское Высочество спит, так что прекратите этот шум и уходите. Мы только что осмотрели комнату принцессы и вышли.
Слыша слова служанок, Алекс в одиночестве мучился от досады.
Все потому, что он знал: настоящая Императорская принцесса прячется в другой комнате, но не мог сказать правду.
Хлоя хотела сохранить в тайне то, что она лично сообщила о замеченном подозрительном человеке.
«Что же они там осматривали? Даже не знают, что в комнате принцессы лежит подставная особа».
Настоящая принцесса находилась за дверью, которую охранял Алекс.
Пытаясь сохранить доверенную ему тайну, люди Каллиуса, даже имея веское и убедительное основание — слова принцессы о том, что она видела подозрительного типа и просила провести обыск, — не могли надавить на императорских рыцарей.
У них был лишь слабый предлог: мол, один из подчиненных Каллиуса, кажется, заметил кого-то подозрительного, поэтому лучше бы все проверить.
Императорские рыцари повысили голос.
— Мы во все глаза смотрели! Если бы кто-то поднялся на четвертый этаж, он бы не скрылся от наших взоров!
Поскольку они так уверенно это заявляли, оставалось два варианта.
Либо императорских рыцарей кто-то подкупил, либо Хлоя солгала.
Алекс услышал шепот коллег, стоявших в том же коридоре.
— Это и правда странно. Мы были на третьем этаже, но никто из нас не видел, чтобы кто-то поднимался.
— Снаружи тоже стояли часовые. Если бы кто-то проник в здание извне, об этом бы сразу узнали.
Один из них произнес еще более тихим голосом:
— А вам не кажется это странным? Если слова принцессы — правда, почему она скрыла это от своих служанок и рыцарей и тайно пришла к нам?
Алекс вспомнил слова Хлои.
— Вы тоже считаете меня сумасшедшей?
А также то, почему она просила сохранить в тайне ее встречу с подозрительным человеком.
— Если я скажу об этом, никто из моей свиты мне не поверит. Поэтому, пожалуйста, сохраните это в секрете.
Коллеги рядом продолжали шушукаться.
— Может, это какое-то психическое расстройство? Никто не слышал в Императорском дворце слухи о том, что принцесса, кажется, сошла с ума? Я слышал об этом несколько раз.
— Я тоже слышал.
— Неужели это правда?
Хлоя обратилась за помощью к людям Каллиуса, говоря, что ее свита ей не поверит, но теперь и подчиненные Каллиуса сомневались в ней.
Эндрю, который, по его словам, слышал разговор принцессы со служанкой в карете, саркастично заметил:
— Либо принцесса сошла с ума и видит галлюцинации, либо она специально строит козни, чтобы спровоцировать конфликт между нами и императорской свитой.
— С какой целью?
— Откуда мне знать? Видимо, хочет что-то от этого получить.
— Ну да, южане вечно только и делают, что плетут интриги.
Общественное мнение было не в ее пользу.
Подчиненные Каллиуса все больше и больше сомневались в Хлое.
Алекс в замешательстве почесал затылок.
«На мой взгляд, она не казалась сумасшедшей и на заговорщицу тоже не была похожа!..»
Неужели его так наивно обвели вокруг пальца?
«Правда? Так оно и есть?»
Но все же.
«Даже если я чего-то не знаю, ее беспокойство за нашего господина казалось искренним».
Перед глазами Алекса все еще стоял отчаянный и жалобный взгляд Хлои.
«Может, у нее есть какие-то обстоятельства, о которых она не может рассказать?»
Пока Алекс пребывал в смятении, Каллиус прибыл в гостиницу.
Хавик быстро доложил о сути дела.
— ...В связи с этим нам пока не удалось его обнаружить. Простите.
Подобные дела следовало решать тайно и быстро.
Такая суматоха и неразбериха лишь давали скрывшемуся человеку время на побег.
Хавик виновато склонил голову.
Каллиус похлопал Хавика по плечу.
— Главное, что Императорская принцесса в безопасности.
Владелец гостиницы, поздно заметивший Каллиуса, подбежал к нему с мольбой:
— Маркиз Родриан, личности всех, кто работает в нашей гостинице, подтверждены. Это люди, которые работают здесь уже очень долгое время. Вы и сами часто бывали у нас, маркиз, так что знаете это.
— Прошу прощения за беспокойство.
— Ой, да что вы. Раз у нас такой важный гость, вы обязаны быть начеку, конечно. Просто я хотел, чтобы вы знали — мы действительно не имеем к этому никакого отношения...
Владелец гостиницы сокрушенно скривился.
Каллиус, видя беспокойство владельца, понял, что того что-то гложет.
— Я не буду винить вас ни в чем, так что говорите.
— Это правда? Только что я услышал от слуг, что они обнаружили пропажу одной униформы...
Хавик сурово прикрикнул:
— Почему вы говорите об этом только сейчас?!
— Т-только что! Я и сам только что об этом узнал. Мы действительно не понимаем, как это произошло.
Каллиус отдал приказ Хавику:
— Сообщи об этом императорским рыцарям и прорывайся внутрь. А я навещу Ее Императорское Высочество.
— Есть!
Подгоняемые новостью о пропавшей униформе и появлением своего господина, люди Каллиуса прорвали оцепление императорских рыцарей и поднялись на четвертый этаж.
Алекс, наблюдая за этим, испытал облегчение.
«Это не было ложью».
Его коллеги, которые только что рассуждали о том, не несет ли принцесса бред из-за безумия или не замышляет ли чего, лишь пожали плечами и вместе со всеми поднялись на четвертый этаж.
На их лицах читалось: «Ну, если нет, так нет», как будто это не имело большого значения.
Алекс почувствовал внезапный прилив обиды.
«Сначала болтали что вздумается!»
Конечно, это были его дорогие товарищи, а Хлоя — дочь врага, но он не понимал, почему так сопереживает ей, чувствуя несправедливость и гнев.
Учитывая, что Хлоя принадлежала к Императорской династии Иделиан, давним врагам, настороженность была оправдана, но безосновательные подозрения и обвинения из личной неприязни не казались правильными.
Казалось, все настолько любили Каллиуса, что их здравомыслие помутилось.
«И откуда у нашего господина столько нянек взялось».
Алекс и не осознавал, что сам ведет себя точно так же, забыв о собственном прошлом.
Каллиус направился прямиком к Хлое.
Хлоя в тревоге расхаживала по комнате, где пряталась, и, увидев Каллиуса, обрадовалась.
— Маркиз! Вы целы!
При виде ее сияющей улыбки облегчения одна бровь Каллиуса дрогнула.
— Вы беспокоились обо мне?
— Я слышала, что вы ушли один. Ничего странного не произошло? Например, за вами никто не следил?..
Каллиус вспомнил о нападении ассасинов, но покачал головой.
— Не произошло ничего, о чем стоило бы беспокоиться.
Не было нужды заставлять ее волноваться из-за таких неумелых убийц.
Слова о том, что Хлоя, которая раньше дрожала от страха, веря, что он людоед, теперь беспокоится о нем, показались ему забавными, и он даже позволил себе непринужденно пошутить:
— Жаль. Если бы такие люди нашлись, я бы мог вдоволь насытиться.
— ...!
Глаза Хлои округлились.
— Т-теперь, когда вы это сказали, это и правда могло произойти... Для маркиза это могло стать хорошей возможностью...
Хлоя едва слышно пробормотала под нос:
— А-а, так вот почему все были так спокойны!
— Что?
Каллиус в недоумении наклонил голову, не понимая, о чем она.
Однако он не успел расспросить подробнее, так как Хлоя сменила тему, словно это было неважно.
— Маркиз, я видела подозрительного человека. Я знаю, кто он. Это...
В этот момент с четвертого этажа донесся пронзительный крик. Это был женский голос.
Лицо Хлои побледнело.
— Ламия!
Люди Каллиуса услышали крик как раз в тот момент, когда, оттолкнув императорских рыцарей и служанок, ворвались на четвертый этаж.
— Это комната Ее Императорского Высочества!
Все бросились туда, но дверь была заперта.
Подчиненные Каллиуса, в полной мере используя свою внушительную комплекцию, легко выломали дверь и ворвались внутрь.
Посреди комнаты стояла одна лишь Ламия, вся в крови, и больше никого не было видно.
Она должна была использовать магию, чтобы притворяться Хлоей, но от сильного волнения вернулась к своему истинному облику.
Один из рыцарей поспешно спросил:
— Куда он делся?
Ламия в крайнем возбуждении указала на разбитое окно.
— Он выпрыгнул в окно!
Хавик, пробившийся сквозь толпу подчиненных, заглянул в окно.
В тот же миг кто-то закричал снизу:
— Поймали!
Подчиненные, проводившие обыск снаружи, махали руками, прижав какого-то мужчину к земле.
— Ах, какое облегчение.
Ламия тоже вздохнула с облегчением, услышав это.
— Этот сукин сын... Ой!
Выругавшись, она внезапно осела на пол.
Кровь потекла по ее руке, пропитывая ковер.
Вокруг уже все было забрызгано кровью.
Хавик бросился к Ламии и крикнул подчиненным:
— Скорее зовите врача! У нас раненая!
Обновлено: 08.04.2026