По какой-то причине её рыжие волосы стали чёрными, но это определённо была та самая воровка, которую я встретила в день обыска на складе Кабалы.
Я отчётливо помнила её лицо.
Однако на мои слова, которые были скорее упрёком, чем вопросом, воровка не только не задрожала от испуга, но и, напротив, ответила с раздражённым выражением лица:
— Какая ещё воровка? Я ничего не крала!
Голос её звучал крайне обиженно.
«Это верно».
Я и сама знала, что ей в тот раз так и не удалось ничего украсть.
Но всё же.
— Даже если ты ничего не украла, ты проникла в Императорский дворец с намерением совершить кражу, а значит, ты воровка.
Лицо воровки исказилось. Она издала резкий смешок.
— Меня похитили. А вы говорите, сами не зная ситуации.
«Похитили?»
О чём это она?
Я решила, что воровка несёт нелепую чушь, пытаясь выкрутиться из ситуации.
Я позвала её не для того, чтобы болтать.
К тому же, воровка она или нет — для меня не имело значения.
Я уставилась на неё и сердито спросила:
— Ты пыталась меня убить! Ты хоть понимаешь, через что мне пришлось пройти в тот день из-за тебя?
— Ну не могла же я позволить себе умереть?
— …!
От такой наглости я на мгновение лишилась дара речи.
«В этом есть логика, но… Нет, нет».
Я покачала головой, твёрдо решив не поддаваться на её уловки.
— Ты пыталась убить меня, а теперь бесстыдно притворяешься моей служанкой и следуешь за мной!
Но она, похоже, уже поняла, что я человек мягкий.
Пока я теряла самообладание, на её лице, наоборот, расплылась уверенная усмешка.
— Откуда мне было знать, что вы Императорская принцесса? Для принцессы вы на удивление ловко обчистили ту сокровищницу. И кто из нас тут ещё воровка?
— Что…?
— Я видела, как Императорская принцесса обыскивала сокровищницу и устроила там пожар.
«Как она могла это видеть?»
Впрочем, судя по тому, что ей удавалось скрываться в Императорском дворце, а потом незаметно прибиться к моей свите, можно было догадаться, какими необычайными способностями она обладает.
«Кажется, она использует магию иллюзий или что-то в этом роде».
Я изо всех сил старалась сохранять невозмутимый вид.
— Не понимаю, о чём ты.
Однако она продолжала наступать с полной уверенностью в голосе:
— А в итоге всё свалили на меня, представляете?
Она даже перешла к угрозам.
— Смешавшись со служанками, я слышала, что во дворце к вам относятся, мягко говоря, не очень. А что, если я пущу слух о том, что видела, как Императорская принцесса подожгла сокровищницу? Как думаете, что тогда будет?
Какая дерзость и бесстыдство.
Я лихорадочно соображала, что мне делать с этой женщиной.
Но прежде чем я успела придумать какой-то план, она сама предложила решение:
— Я тоже не хочу раздувать скандал. Как насчёт такого? Позвольте мне сопровождать вас, пока я не смогу безопасно сбежать от патрулирующих снаружи солдат, и тогда я буду держать язык за зубами.
Она указала в окно.
Там солдаты, разбившись на группы по два-три человека, показывали прохожим какой-то рисунок. Судя по всему, это была листовка о розыске с её портретом.
Она уверенно протянула мне руку.
— Давайте станем соучастницами. Как вам идея?
— ….
Я молча посмотрела на её руку.
«Если эту женщину поймает Кабала, мне тоже несдобровать. Выяснится, что сокровищницу ограбил кто-то другой. К тому же эта женщина точно знает, что преступница — я».
Помочь ей сбежать было выгодно и для меня самой.
Я пожала её руку.
Она широко и весело улыбнулась.
— Вот и славно, Императорская принцесса Хлоя. Я Ламия Йебллак. Надеюсь на плодотворное сотрудничество.
«И как она может улыбаться в такой ситуации?»
Ламия, чьё белоснежное лицо было усыпано веснушками, казалась особой весьма озорной.
Она была той, кто использовал уловку, чтобы подставить меня солдатам Кабалы вместо себя, а только что и вовсе нагло шантажировала.
Но когда я встретилась взглядом с её живыми зелёными глазами, во мне почему-то зародилось какое-то позитивное чувство.
Ламия, будто и не было никакой вражды, бодро спросила:
— А теперь вам нужно переодеться, верно? Я помогу. Я справлюсь получше тех служанок, что стоят снаружи. Они те ещё хабалки.
— Хабалки…? Что это значит?
— Ну, в смысле — невоспитанные.
А это ещё что?
Заметив, что я не понимаю, Ламия пробормотала: «Сразу видно, росла в тепличных условиях», и на мгновение задумалась, подбирая подходящее слово. Затем она хлопнула в ладоши, словно её осенило.
— Мерзкие! Несносные! Ну, это слово-то вы знаете? Совершенно несносные девицы.
— Пфф.
Я не сдержалась и прыснула, а Ламия весело рассмеялась следом.
Воровка и лгунья, но почему она не кажется мне плохим человеком?
Поистине загадка.
Переодевшись, я ждала Каллиуса в экипаже.
Каллиус расплатился с Рондой и поднялся в марету.
Увидев меня, он внезапно замер.
— ….
Я отвела взгляд, стараясь не смотреть на него.
Я сжала кулаки и стиснула зубы.
«А ведь говорили, что не странно!»
Не стоило слушать Ронду и Ламию.
«Но что поделать, если другой подходящей одежды не было».
Даже если бы я их не послушала, выбора у меня всё равно не оставалось.
Я, не глядя на Каллиуса, обиженно бросила:
— Не смейтесь.
— Хорошо.
— Но вы же смеётесь!
Когда я резко обернулась и возмутилась, Каллиус, даже не пытаясь скрыть улыбку, невозмутимо ответил:
— Просто внезапно вспомнил шутку одного из подчинённых.
— Лжёте.
Он не стал отрицать и продолжал улыбаться.
Оказывается, он умеет так весело смеяться.
«В такие моменты он так похож на Каля».
Каль точно так же улыбается, когда подшучивает надо мной.
При мысли о Кале моё сердце немного оттаяло.
Его улыбка была довольно приятной.
Но то, что он смеялся именно над моим видом, всё равно раздражало.
— Вам очень идёт.
— Лучше вообще ничего не говорите.
Я отвернулась в противоположную от него сторону.
«Как стыдно».
Только теперь я поняла, почему Ронда несколько раз переспрашивала, точно ли мне подойдёт детская одежда.
По объяснениям Ронды, одежда на мне была сделана из шкуры животного по имени Нянк.
Шкура нянка отлично защищает от воды и холода, поэтому жители Севера считают её первоклассным материалом.
И правда, в этой одежде было очень тепло. Даже жарко.
Проблема была в другом…
«Одежда, которая закрывает всё от макушки до пят».
Даю гарантию — ветер через этот наряд точно не проберётся.
Потому что в нём нет ни единой дырочки, даже на кончиках пальцев рук и ног!
Как сказала Ронда, шкура нянка очень дорогая, поэтому для детей шьют одежду такой формы, чтобы при минимальном количестве материала достичь максимального согревающего эффекта.
Дети быстро растут, и каждый год им нужно шить новое, поэтому на детскую одежду расходуют меньше шкур.
Я посмотрела на свои руки, которые были спрятаны в круглые окончания рукавов.
Оказалось, такая конструкция заменяет перчатки и обувь.
«Хорошо хоть большие пальцы отделены…»
Это был призыв терпеть неудобства ради минимальных затрат и максимальной эффективности.
В отражении окна я была похожа на бревно с руками и ногами.
«Какой позор».
Я изо всех сил старалась прикрыться плащом, который Ронда набросила мне на плечи, чтобы хоть как-то спрятать этот наряд.
Но из-за того, что руки были в «варежках», сделать это было непросто.
— Я помогу.
Каллиус, тихо посмеиваясь, придержал край плаща.
Я сердито выхватила плащ из его рук, сверкнув глазами.
— Не нужно!
После чего плотно закуталась в него, словно в одеяло.
Каллиус ещё раз подчеркнул:
— Вам правда идёт.
— Прошу вас, впредь никогда не говорите ничего подобного.
Видимо, моё искреннее чувство стыда передалось ему, потому что Каллиус перестал улыбаться и произнёс:
— Как только прибудем в Ронхейм, я найду вам нормальную одежду, так что потерпите немного. Сейчас это лучший вариант.
Мне оставалось только кивнуть.
«Да уж, лучше немного позора, чем замерзнуть насмерть».
Тем временем экипаж, тронувшийся в путь, быстро достиг магического круга телепортации.
Когда я из любопытства высунулась в окно, Каллиус предупредил:
— Лучше закройте глаза.
— Почему?
— Может закружиться голова.
С его словами всё вокруг залил яркий свет.
Магия пришла в действие.
Я широко раскрыла глаза и огляделась по сторонам.
Весь пол, на котором мы стояли, сиял странными узорами.
Вскоре я пожалела, что не послушалась совета Каллиуса закрыть глаза.
В одно мгновение все предметы и окружение перемешались в безумном вихре, и перед глазами всё поплыло.
— Ой… О-о-ох…
С моих губ невольно сорвался странный звук.
Дальше я ничего не помнила.
Каллиус наблюдал, как тело Хлои, наклонившейся к окну, начало заваливаться, и молча подставил руку.
— Ой… А-а-а…
Хлоя мешком рухнула прямо ему на руки.
— Я же говорил закрыть глаза.
Каллиус легонько коснулся носа Хлои, которая мгновенно уснула в его объятиях.
Это был обычный симптом для тех, кто впервые воспользовался магическим кругом телепортации.
Стоит ей вдохнуть прохладный воздух, и она быстро придёт в себя.
Каллиус смотрел на спящую Хлою и не переставал улыбаться. Его взгляд был прикован к ней.
Но вскоре он тихо, обеспокоенно вздохнул.
«Почему она такая лёгкая?»
Шкура нянка сама по себе довольно тяжёлая, но даже в костюме из неё он почти не чувствовал её веса.
«Нужно её как следует откормить».
Он очень осторожно уложил Хлою на сиденье.
Обновлено: 08.04.2026