Цин Лоло погибает под колесами грузовика в своем мире и приходит в себя в чужом теле — рядом с зеркалом, из которого на неё смотрит ледяная красавица с платиновыми волосами. Она — Селестина де Валуа, главная злодейка романа, которая третирует слуг, транжирит состояние отца на бриллианты и одержима герцогом Кассианом Эвергардом, героем войны, отвергнувшим её притязания. Обрывки чужой памяти подсказывают: прежняя хозяйка тела готовила Кассиану вовсе не примирение, а магический яд, который превратил бы гордого генерала в раба её воли. Лоло уничтожает улики и решает выжить по-своему — тихо, скромно, без прежней жестокости. Но чем меньше в ней остаётся от капризной аристократки, тем подозрительнее ведёт себя её заклятый враг: вместо привычного презрения в его глазах мелькает растерянность, а вежливость новой Селестины он принимает за хитроумную ловушку. Кассиан следит за каждым её словом, уверенный, что перемена — лишь новая маска чудовища, которое едва не погубило его репутацию и жизнь. Что он не подозревает — и чего боится сама Лоло, — так это того, что под доспехами непримиримого воина скрывается точно такая же душа не отсюда, вынужденная разыгрывать чужую роль и вслепую искать смысл в правилах этого жестокого мира. Двое чужаков, каждый убеждённый, что перед ним враг, начинают опасную игру взаимной слежки — и с каждой встречей всё труднее понять, кто кого обманывает, а кто просто отчаянно пытается выжить.

Цин Лоло погибает под колесами грузовика в своем мире и приходит в себя в чужом теле — рядом с зеркалом, из которого на неё смотрит ледяная красавица с платиновыми волосами. Она — Селестина де Валуа, главная злодейка романа, которая третирует слуг, транжирит состояние отца на бриллианты и одержима герцогом Кассианом Эвергардом, героем войны, отвергнувшим её притязания. Обрывки чужой памяти подсказывают: прежняя хозяйка тела готовила Кассиану вовсе не примирение, а магический яд, который превратил бы гордого генерала в раба её воли. Лоло уничтожает улики и решает выжить по-своему — тихо, скромно, без прежней жестокости. Но чем меньше в ней остаётся от капризной аристократки, тем подозрительнее ведёт себя её заклятый враг: вместо привычного презрения в его глазах мелькает растерянность, а вежливость новой Селестины он принимает за хитроумную ловушку. Кассиан следит за каждым её словом, уверенный, что перемена — лишь новая маска чудовища, которое едва не погубило его репутацию и жизнь. Что он не подозревает — и чего боится сама Лоло, — так это того, что под доспехами непримиримого воина скрывается точно такая же душа не отсюда, вынужденная разыгрывать чужую роль и вслепую искать смысл в правилах этого жестокого мира. Двое чужаков, каждый убеждённый, что перед ним враг, начинают опасную игру взаимной слежки — и с каждой встречей всё труднее понять, кто кого обманывает, а кто просто отчаянно пытается выжить.