Глава 17 — Глава 17. Как, вы еще не пара?

Глава 17. Как, вы еще не пара? Ближе к вечеру Фудзии Микако вошла в школьный тренировочный зал и тут же была перехвачена Даймоном Горо. — Фудзии, почему Кирю сегодня не было? — с ходу спросил физрук. — А я откуда знаю? Я заходила к нему в класс на большой перемене, его там не было. — То, что он прогулял, я и так в курсе. Я спрашиваю: почему? — голос Даймона Горо звучал так сурово и громогласно, что Микако невольно вжала голову в плечи. Осознав, что перегнул палку, учитель сбавил децибелы и повторил вопрос уже спокойнее: — Почему он не пришел на занятия? — Говорю же, без понятия! — развел руками девушка. — Вы же встречаетесь, разве нет? — рубанул Даймон Горо с присущей ему прямотой. — Нет! Мы не встречаемся! — в панике замахала руками Микако. — Я не нарушала школьных правил! Пожалуйста, не заставляйте меня чистить бассейн! — Успокойся! Правила запрещают неподобающее поведение и излишнюю близость в стенах школы, но никто не запрещает вам любить друг друга. — Э-э-э? — Микако вытаращила глаза на физрука, не веря собственным ушам. — Что «э-э-э»? — Даймон Горо легонько стукнул ее по макушке. — Я гоняю только тех идиотов, которые не умеют держать себя в руках и выставляют свои чувства напоказ. Если бы я наказывал каждого, кто просто влюбился, вас с Кирю давно бы исключили! А теперь отвечай: где его носит? Золотая неделя на носу, а после нее сразу начинаются отборочные! — Я правда не знаю! Потому что я правда не его девушка! — чуть не плача от безысходности, простонала Микако. Даймон Горо застыл, сверля ее недоверчивым взглядом. Казалось, она только что заявила ему, что Земля плоская или что марсиане высадились в Токио. Микако сгорала от неловкости, не зная, куда деть глаза. Выдержав долгую, гнетущую паузу, физрук озадаченно почесал затылок: — Но почему? Вы же целыми днями не отлипаете друг от друга. — Ну... я и сама не знаю почему, но... в общем, мы не встречаемся. И я понятия не имею, почему он сегодня прогулял. Разве школа не должна была позвонить ему домой и выяснить? — Дома только он и его младшая сестра. Днем там никого не бывает, — со вздохом пояснил Даймон Горо. — А если он заболел и валяется с температурой, то вряд ли сможет подойти к телефону. Сделаем так: я освобождаю тебя от сегодняшней тренировки. Сходи к нему домой и проверь, все ли в порядке. Не дай бог, что-то серьезное случилось. Как доберешься, позвони от него в школу и доложи обстановку. Адрес-то его знаешь? Микако кивнула. — Вот видишь! Ты даже у него дома бываешь, и после этого будешь заливать мне, что вы не пара? — усмехнулся физрук. Девушке нечего было на это ответить, поэтому она предпочла сменить тему. — Я могу идти? — Да, беги. И не забудь купить ему что-нибудь вкусненькое, раз уж идешь навещать больного, — напутствовал Даймон Горо, махнув рукой, и направился к остальным членам клуба, уже начавшим разминку. Оказавшись за дверью, Микако тихонько хихикнула и победно сжала кулак. Подхватив зачехленный бамбуковый меч, который она даже не успела достать, девушка вприпрыжку помчалась прочь из школы. Проводив ее взглядом, Даймон Горо пробормотал себе под нос: — Ну и кого она пытается обмануть? Детский сад, честное слово... Тем временем Кадзума находился в штаб-квартире «Сумитомо Констракшн». Спустя совсем немного времени после начала аудиенции у управляющего директора Охары, Кадзума с горечью осознал: этому солидному дяде было глубоко наплевать на их проблемы. Директор оказался непревзойденным мастером словесного айкидо. Кадзума из кожи вон лез, взывая к его совести, оперируя логикой и фактами, но в ответ получал лишь непробиваемую стену из вежливых улыбок и пустых корпоративных клише. Директор не сказал ни единого слова по существу. Самым обидным было то, что Кадзума даже не мог позволить себе сорваться и устроить скандал. Как-никак, перед ним сидел топ-менеджер огромной корпорации, который соизволил выделить целых полтора часа своего драгоценного времени какому-то школьнику, да еще и общался с ним подчеркнуто вежливо, как с равным. Любое проявление агрессии со стороны Кадзумы мгновенно выставило бы его неадекватным хамом. Промучившись полтора часа, Кадзума понял, что пора закругляться, иначе он рискует не сдержаться и врезать этому лоснящемуся «смеющемуся Будде» прямо по лицу. Черт возьми, я смог отмудохать целую банду якудза, но оказался бессилен перед этим вежливым японским бюрократом, мысленно кипятился Кадзума. Его раздражение росло в геометрической прогрессии, и кулаки непроизвольно сжимались. Тиёко, тонко чувствующая состояние брата, поняла, что тот находится на грани взрыва. Она незаметно, но мертвой хваткой вцепилась в его правую руку, не давая пустить в ход «железный кулак правосудия» и испортить директору его дежурную улыбку. Она отпустила его руку лишь тогда, когда директор лично проводил их до дверей своего роскошного кабинета. — Ненавижу этих корпоративных крыс, — процедил сквозь зубы Кадзума, оказавшись в коридоре. — Держу пари, вся эта грязная работенка отдела по переселению в итоге будет записана как гениальное управленческое решение этого самого директора Охары. Ожидавший их в приемной Огасавара услышал эти слова и испуганно зашикал на парня: — Тише вы! Отдел по переселению и директор Охара принадлежат к совершенно разным корпоративным кланам. Не болтайте того, чего не знаете! Но, к сожалению, в вашем случае мы действительно бессильны. Чтобы выкупить ваше додзё по старой цене, нужны десятки миллионов иен. Такими суммами распоряжается только центральный финансовый департамент, а они нам эти деньги ни за что не одобрят. — Выходит, это тупик? — обреченно спросил Кадзума. Последняя надежда таяла на глазах. Огасавара нервно промокнул лоб платком. В здании корпорации исправно работала центральная система кондиционирования, так что жарко ему явно не было. Видимо, пот прошибал его исключительно от нервного напряжения. — С нашей стороны — да, тупик, — виновато ответил агент. — Но, возможно, вам стоит нанять хорошего адвоката. Толковый юрист сможет прижать этот отдел по переселению и выбить для вас хотя бы рыночную стоимость. А гениальный юрист — так и вовсе продать с наценкой. Кадзума уже открыл рот, чтобы ответить, но Огасавара поспешно добавил: — Только будьте предельно осторожны. Насколько мне известно, отдел по переселению плотно сотрудничает с адвокатским бюро «Танака». Это новая, но очень агрессивная контора, они не брезгуют... Огасавара осекся, не закончив фразу, но по его выразительному лицу Кадзума и так все понял. Беспринципная корпорация, продажные адвокаты, отмороженные якудза — и все они сговорились, чтобы стереть в порошок брата и сестру, оставшихся без родителей. Классическая завязка для дешевого бульварного романа. Кадзума лихорадочно перебирал в уме альтернативные варианты. Может, взять кредит в банке? В эту эпоху японские банки раздавали деньги направо и налево, не особо заморачиваясь с проверкой платежеспособности и рисками невозврата. Но была одна малюсенькая проблема: он всего лишь старшеклассник. Какой бы щедрой ни была кредитная политика банков, выдавать ссуды несовершеннолетним они точно не станут. Даже если он придет к ним с гениальным, стопроцентно прибыльным бизнес-планом из будущего, его банально не пустит на порог охрана. А если чудом и прорвется, ни один кредитный менеджер не станет тратить свое время на бредни школьника. То, что директор Охара вообще согласился его выслушать, было поистине уникальным случаем. Кадзума тяжело вздохнул и поклонился Огасаваре: — Мы пойдем. Извините, что доставили столько хлопот. — Не стоит извинений. Я вас не провожаю, — ответил агент, отвешивая прощальный поклон. Как только Кадзума и Тиёко скрылись из виду, дверь кабинета приоткрылась, и в коридор выглянул директор Охара. Убедившись, что подростков больше нет, он жестом подозвал Огасавару. Тот немедленно скользнул в кабинет. — О чем ты вообще думал?! — с порога рявкнул директор, сбросив свою добродушную маску. — Этот психопат только сегодня утром чуть не убил Ито из отдела по переселению! А ты тащишь его прямо в штаб-квартиру?! Да если бы он тут сорвался и начал крушить офис, кто бы за это отвечал?! Встретился бы с ним в кафе на нейтральной территории, идиот! Огасавара низко опустил голову, чтобы директор не увидел выражения его лица. — Прошу простить мою оплошность! — громко и четко ответил он. К счастью для него, Охара не видел, что в глазах подчиненного не было ни капли раскаяния — лишь глубокое сочувствие к несправедливо обиженным подросткам. Заметь директор это сочувствие к «опасному элементу», Огасаваре бы несдобровать. Кадзума в мрачном молчании спустился на лифте на первый этаж. В его голове роились мысли о том, где же взять этот проклятый стартовый капитал. Кредит не дадут, додзё за нормальные деньги не продать... Неужели и правда придется набирать учеников и развивать школу с нуля? Но у него нет сертификата о полной передаче мастерства. Кто пойдет учиться к самозванцу? Получается, остается только один, самый долгий и скучный путь: зубрить учебники, поступать в престижный университет, пробиваться за счет спортивной стипендии, заканчивать бакалавриат и становиться послушным винтиком системы, тем самым «успешным членом общества». Социальная мобильность в Японии была практически нулевой. Перепрыгнуть из одного класса в другой было почти нереально. Единственным исключением был университет. Поступление в правильный вуз действовало как волшебный трамплин, мгновенно вознося человека на вершину социальной лестницы. Но ключевое слово здесь — «правильный». Девяносто процентов японских вузов, которые в Китае сошли бы максимум за ПТУ, не давали никаких привилегий. Настоящим билетом в высший свет считались только элитные университеты. Хочешь стать акулой юриспруденции или сделать головокружительную карьеру в полиции? Твой путь лежит в Токийский университет. Мечтаешь о дипломатической службе или международной карьере? Добро пожаловать в университет Софии. И так далее по списку. Кадзума почесал подбородок. А что, если поступить в Токийский университет и пойти работать в Главное полицейское управление? С его читерскими навыками кендо карьера там пойдет как по маслу. Заодно можно будет легально пересажать всех этих якудза, которые портят ему жизнь. Глядишь, и до улыбчивого ублюдка Ито Юсаку руки дойдут. Он так увлекся построением карьерных планов, что чуть не столкнулся с человеком, преградившим им путь. — Прошу прощения, молодые люди. Я бы хотел задать вам пару вопросов, — раздался хриплый мужской голос. Кадзума поднял глаза и увидел перед собой мужчину средних лет, чей потертый плащ и помятая шляпа прямо-таки кричали: «Я частный детектив или уставший от жизни коп из нуарного кино». И действительно, мужчина привычным жестом достал из внутреннего кармана удостоверение, на котором тускло блеснула золотая хризантема — герб японской полиции.