Глава 12 — Глава 12. Приятные хлопоты

Глава 12. Приятные хлопоты Кадзума с подозрением прищурился, глядя на сестру. — Ты это серьезно? — Абсолютно, — Тиёко коротко кивнула, отчего ее подбородок чиркнул по бамбуковому лезвию. — И не передумаешь? — на всякий случай переспросил он. — Не передумаю, — еще тверже ответила девочка. Кадзума медленно опустил синай и уже серьезным тоном поинтересовался: — Но почему? — Нормально вообще?! — возмутилась Тиёко. — Ты меня только что избил, отбил мне все руки, а теперь спрашиваешь почему?! Кадзума виновато скосил глаза на ее кисти. — Сильно болит? — Жить буду, пустяки, — отмахнулась она, но тут же пристально посмотрела на брата. — Знаешь, братик, мне кажется, пока я не видела, ты ушел куда-то очень далеко вперед. Ага, твой настоящий брат ушел так далеко, что уже в другом мире, а я просто занял его место, мысленно хмыкнул Кадзума. Но вслух он лишь натянуто улыбнулся и поспешил сменить скользкую тему. — Ладно, завтра подпишем бумаги, а потом будем думать, где покупать новый дом. — Новый дом... — мечтательно протянула Тиёко. — Было бы здорово жить где-нибудь с видом на море... Похоже, она действительно смирилась с потерей додзё и теперь на полном серьезе обдумывала его предложение, а на ее лице даже промелькнуло предвкушение. — Э-э-э, ну, жилье с видом на море стоит бешеных денег, — почесал затылок Кадзума. — Если только это не район Минато. Но не забывай, что с продажи додзё нам еще налоги платить придется, так что на роскошную виллу не рассчитывай. Если уж так хочется к морю, придется искать что-то в Окуре. — А при чем тут Окура? — удивленно захлопала глазами Тиёко. Кадзума мысленно чертыхнулся. Он до сих пор плохо ориентировался в токийской географии. Название Окура всплыло в памяти только потому, что именно там находился букинистический магазинчик из его любимого романа «Архивы библитеки Библия». Ему так нравилась уютная атмосфера этой книги, что он не раз представлял себя на месте героев, живущих в том районе. Вот и ляпнул первое, что пришло в голову. Видя его замешательство, Тиёко продолжила наступление: — Окура — это же вообще у черта на куличках! Это где-то под Камакурой, в префектуре Канагава! — Ну да, далековато, — неохотно признал Кадзума. — Зато виды там потрясающие! Представь: дом на склоне холма, рядом живописное шоссе вдоль побережья, а вдали виднеется Этадзима... — Какая еще Этадзима?! Она вообще в префектуре Хиросима находится! — Ой, то есть Эносима! Эносима, конечно! — поспешно исправился он. Оговорка произошла из-за старого китайского фильма «Ах, флот!», который крутили по внутренним каналам и который знали все дети из военных городков. Действие фильма как раз разворачивалось на Этадзиме. Тиёко смерила брата долгим, подозрительным взглядом, но в итоге решила не придираться к его географическому кретинизму. — Дом у моря в Окуре... звучит, конечно, заманчиво, — со вздохом произнесла она. — Но как мы оттуда в школу будем ездить? Это же через весь полуостров Миура пилить! Да в эпоху сёгуната это вообще были владения разных даймё! — Да я так, к слову пришлось, забей, — отмахнулся Кадзума. — Продадим додзё, и подыщем что-нибудь приличное здесь же, в Кацусике. Знаешь, я бы с удовольствием перебрался поближе к Сибамате... — А туда-то зачем? — снова удивилась сестра. — Да просто захотелось отведать водицы из Тайсякутэн, — с усмешкой ответил он. Тиёко звонко рассмеялась. Кадзума использовал отсылку к культовой японской комедии «Мужчине живется трудно», более известной в Китае как «История Тора-сана». Каждый фильм этой бесконечной серии начинался с монолога главного героя: «Меня зовут Тора-сан. Я родился в Сибамате, район Кацусика, в Токио. Меня вскормила вода из храма Тайсякутэн». Это был настоящий национальный феномен. Куда там современным блокбастерам! За двадцать шесть лет было снято сорок восемь фильмов, и на каждую премьеру японцы ходили целыми семьями. Естественно, семья Кирю не была исключением. Так что Тиёко шутку оценила. — Только попробуй превратиться в такого же оболтуса, как этот Тора-сан! — пригрозила она. — А что не так с Тора-саном? Он дарил радость всей Японии! — парировал Кадзума. — Ага, только при этом он был безработным бродягой, а когда изредка заявлялся домой, то приносил своей сестре Сакуре одни неприятности. Кадзума неловко кашлянул, спеша сменить тему. — Слушай, когда мы продадим додзё, тренироваться придется только в школьном клубе. — Да уж... — погрустнела Тиёко. — И таких вот спаррингов у нас больше не будет... — Если сильно захочется, всегда можно арендовать зал в районном общественном центре, — утешил ее Кадзума, ласково потрепав по голове. — К тому же, мы не переедем прямо завтра. У нас еще будет время, чтобы как следует попрощаться с нашим додзё. Девочка кивнула. — Угу. Понимая, что дело в шляпе, Кадзума сладко потянулся. — Ладно, пойду проверю, как там вода в ванной нагрелась. По негласным японским правилам, подобные хлопоты тоже лежали на женских плечах. Удел мужчины — вальяжно залезть в уже готовую ванну. Но сегодня, в честь того, что Тиёко проявила такое благоразумие и согласилась на продажу, Кадзума был не прочь слегка разгрузить ее от домашних дел. В виде исключения, разумеется. Но сестра окликнула его в спину. — Братик, постой! А как ты это сделал? — Сделал что? — обернулся он, хотя прекрасно понимал, о чем речь. — Ну это... вложил свои эмоции и волю в технику меча, как когда-то рассказывал папа... — Понятия не имею, о чем ты, — пожал плечами Кадзума. — Нормальная же техника была, что не так? Видя его искреннее недоумение, Тиёко и сама засомневалась. — Даже не знаю, как объяснить. От тебя исходила такая ледяная, пугающая аура. А каждый взмах меча был... ну... как бы это сказать... с таким воем рассекал воздух! Кадзума удивленно вскинул брови. — Это еще что за новости? Разве я во время удара выпускал из меча Гецугу Теншоу? Стоп. «Блич» с его Гецугой Теншоу выйдет еще лет через двадцать. Надо было сказать «Удар Небесного Дракона»... Нет, «Бродяга Кэнсин» тоже появится только в девяностых... Кадзума напряг память, но с ужасом осознал, что ни одна из знакомых ему анимешных отсылок в восьмидесятом году еще не существует. Слов для описания пафосных энергетических атак мечом банально не находилось. — Какую еще Гецугу? — недоуменно переспросила Тиёко. — Ну, это такая техника... когда из меча вырывается сгусток чистой энергии и разрубает все на своем пути, — попытался выкрутиться он с умным видом. Девочка окинула его крайне скептическим взглядом. — Братик, ты перечитал дурацкой манги? Какая еще энергия меча? Ты бы еще сказал, что можешь скрестить руки и стрелять лазерами, как Ультрамен! Кадзума смущенно почесал затылок, выдавив неловкую улыбку. Ну извините, мысленно огрызнулся он, я понятия не имею, какими терминами оперируют подростки в восьмидесятых! Вздохнув, Тиёко подняла с пола выбитый у нее синай и бросила брату. — Займись-ка лучше чисткой оружия. А воду для ванны я сама наберу. — Слушаюсь и повинуюсь, — с готовностью согласился он. Проводив сестру взглядом, Кадзума уселся в углу додзё и принялся за привычную работу по уходу за бамбуковыми мечами. Завтра они наконец-то избавятся от этого дома. Завтра он получит свой первый серьезный капитал и начнет путь к сияющим вершинам успеха, используя бесценные знания из будущего. Натирая синай маслом, Кадзума с упоением предавался мечтам: «Во что бы вложиться для начала? В Nintendo или в Sony?» Sony выстрелит только в девяностых, а вот Nintendo уже на низком старте перед выпуском легендарной Famicom, так что отдача от их акций будет быстрее. Вот только Nintendo — это семейный бизнес, их акции просто так на бирже не купишь, придется повозиться... Размышляя над этими приятными финансовыми дилеммами, Кадзума в полной мере ощутил всю сладость жизни попаданца.