Глава 7 — Глава 7

007. Так что немного мяса Лицо Моргана тут же оживилось. Похоже, он решил, что Ландо встал на его сторону. Будучи абсолютно уверенным в своей победе на дуэли, Морган, воспрянув духом и преисполнившись самодовольства, вперился в Майера злобным взглядом. Майер, переведя взгляд с неожиданно вмешавшегося Ландо на Моргана, согласился: — Я принимаю вызов. На лице Ландо на мгновение отразилось удивление. Но он тут же совладал с собой и кивнул: — Сегодня у меня есть неотложные дела, так что дуэль состоится завтра в полдень. Я, Ландо Беллинс, выступлю в качестве распорядителя. Если у кого-то есть возражения, говорите сейчас. Чтобы рыцарь выступал распорядителем на дуэли каких-то оруженосцев? Это было крайне редким явлением. А уж чтобы сам Ландо, которого называли сильнейшим во всём поместье, лично взялся за это — такое случалось и того реже. Никто не посмел возразить, и Ландо добавил: — Оруженосец. Верни мой меч. Ландо протянул руку Майеру. Тот двумя руками передал ему меч. Ландо пристегнул его к поясу и, больше не выказав ни малейшего к ним интереса, повернулся спиной. Когда этот образец рыцарской доблести удалился, Морган злобно оскалился и смачно сплюнул на землю. — Сегодня ты доставил мне немало хлопот. В качестве благодарности завтра я раздавлю тебя так, что ты больше никогда не посмеешь поднять голову. Взгляд Моргана, потиравшего ушибленную голову, которой Майер огрел его ножнами, был убийственно холодным. Словно предвкушая завтрашнюю расправу, он, сверкнув безумными глазами, толкнул Майера плечом и прошёл мимо. Остальные оруженосцы тут же гурьбой последовали за ним. Майер остался стоять один, как вкопанный. «Дуэль, значит». Майер Гарден, заточённый молодой господин. Трусливый юноша, который прежде мочился и падал в обморок от одного вида меча, — и вдруг дуэль. Да ещё и он, который толком-то и мечом взмахнул всего один раз в жизни. То, что никто, будучи прямым наследником рода Гарден, его не узнал, было, конечно, весьма неприятно, но Майер лишь криво усмехнулся. «Как ни странно…» Он почувствовал, как у него зачесались кулаки. Ему до смерти хотелось немедленно снова взмахнуть мечом. Его глаза, глубокие, словно синие озёра, вспыхнули решительным лазурным огнём. «…мне кажется, я не проиграю». Вектор как раз проверял, не получил ли кто-нибудь из бойцов ранений, когда к нему подошёл Ландо. Вектор шутливо отдал ему воинское приветствие. — Вы беседовали с оруженосцами. Неужели решили присмотреть себе кого-нибудь толкового? Вектор постоянно пилил Ландо за то, что тот ходил без оруженосца. Он твердил, что для рыцаря уровня Ландо позволять своим навыкам пропадать втуне — это чистое расточительство, и настойчиво советовал обзавестись учеником. Если бы Ландо согласился, Вектор был бы несказанно рад. Но Ландо лишь покачал головой. — Оруженосцы там вызвали друг друга на дуэль. — Оруженосцы — на дуэль? Ха-ха, вот это да! Если бы это услышали наши спесивые господа рыцари, они бы за такие слова шкуру с них спустили. Больше всего на свете рыцари ненавидели, когда оруженосцы начинали играть в рыцарей. — Поэтому я решил выступить посредником. — Вы, командир? — на этот раз Вектор изобразил преувеличенное удивление, услышав слова Ландо. Хотя, на самом деле, он и впрямь был поражён. Ведь для Ландо это было несвойственным проявлением участия. — Разве это вас интересует? — Тот мальчишка держал мой меч. Пришлось вмешаться. — О? — тот мальчишка, которому Ландо доверил свой меч… Вектор впервые видел этого оруженосца, но Ландо впервые проявил к кому-то из них интерес. — Вы что, и правда его не знаете? Не может быть, чтобы просто так… А! М-может, это ваш тайный сын? — Что за чушь!!! — Ну да, кто же не знает, что сэр Ландо — ужасный однолюб, — Ландо был воплощением невозмутимости, словно каменное изваяние. И тем не менее, он был женат на одной из первых красавиц Аувиса. Все ломали голову над секретом этого союза. Пока Вектор продолжал подшучивать, выражение лица Ландо внезапно изменилось. Он смерил Вектора холодным взглядом с головы до ног. — Ваше командование сегодня хромало. — Не хромало, просто строй у ребят немного нарушился. — Крейн. Маршал. Гаран. У них кровь. Вектор понял, что зря задел этого невозмутимого командира. Но осознание пришло слишком поздно. — К-командир, ребята сегодня сражались с рыцарским орденом, выложились больше обычного… — Значит, мышцы у них полностью разогреты, — на губах Ландо появилась леденящая душу усмешка. — Как и обещал, за каждого раненого — особая тренировка. Кажется, раненых пятнадцать? — У-у меня всего лишь царапина! — А у меня ссадина! Несколько упомянутых солдат подняли руки, уверяя, что их раны незначительны, но Ландо холодно отрезал: — Всё равно раненые. Пятнадцать человек — значит, пятнадцать часов. По часу на каждого. Солдаты, победившие Орден Железных Медведей, будучи всего лишь отрядом обычных пехотинцев, и тем не менее получившие в награду особую тренировку, принялись искать, на ком бы сорвать свою злость. Заместитель командира Вектор. «Если бы этот болтун не вздумал так неосторожно подшучивать над командиром…» «Это всё его язык без костей!» «Сегодня же вырву ему этот язык!» Пламя! Вектор почувствовал на себе прожигающие взгляды солдат и с трудом сглотнул. Ему показалось, что он скорее погибнет от рук собственных товарищей, чем от врага. — Чего стоите! Бегом!!! — раздался резкий, как удар хлыста, приказ Ландо, и солдаты «Виктора», взвыв от отчаяния, бросились бежать. — Хверун? — Вы вернулись, молодой господин, — у входа во флигель Майера поджидал Хверун. [Хверун Эшер: ★★☆☆☆] Однако, несмотря на его учтивый поклон, Майер заметил на его лице явное недовольство и усмехнулся: — Похоже, у тебя есть что сказать. — Ну почему вы так поступили! — А что я такого сделал? Хверун тяжело вздохнул. — Вы ведь ходили на тренировочную площадку Ордена Железных Медведей. — Неужели следил за мной? — Майер нахмурился, но Хверун с невозмутимым видом кивнул: — Да. — Какая наглость. И бесстыдство. — Разумеется. Если с молодым господином что-нибудь случится, в первую очередь спросят с дворецких. Как бы к нему ни относились, кровь — не вода. Хоть в доме и появился такой выдающийся приёмный сын, как Каил, Майер всё равно оставался наследником рода по крови, и это было неизменно. — Так ты с самого начала за мной наблюдал? — Да, — Хверун признался без утайки, словно говоря: «Раз уж так вышло, что скрывать». Но Майер не поверил, что это произошло случайно. «Кто же он?» Человек, чувствительный к его переменам. То, что доселе скрывавшийся наблюдатель внезапно показался, означало перемену в его настрое. Однако у Майера было слишком мало информации, чтобы строить догадки. У него едва заметно дрогнули веки, и он кивнул: — Просто… вдруг почувствовал, что всё будет в порядке. — И поэтому вы собираетесь участвовать в дуэли? Хверун был в курсе и этого. То, что он знал о событии, произошедшем каких-то полчаса назад, говорило о том, что его сеть осведомителей была куда шире, чем можно было предположить. — Теперь всё в порядке. — Действительно, вы выглядели вполне неплохо. Майер не стал ничего скрывать. Да и не пытался. То, что делал Хверун, было всего лишь проверкой, так что скрывать что-либо было бессмысленно. — Так ты собираешься мне помочь? — Мне кажется, вы совершили глупость. По крайней мере, Хверун, похоже, не собирался больше вмешиваться в это дело. Майер, глядя на него, усмехнулся и сказал: — Но ведь небольшую просьбу ты можешь выполнить? — Если это просьба… — Мясо. Принеси ещё мяса. Нужно как следует подкрепиться. В глазах Хверуна отразилось крайнее изумление. — М-мяса? Просить всего лишь мяса… Хверун прищурился, но тут же, словно смирившись, опустил взгляд. — Только мясо принести? — Бинты и лекарства тоже, — Майер указал на свои руки. Ладони, не привыкшие держать меч, от одного дня махания им покрылись волдырями и были далеко не в лучшем состоянии. — …И с такими руками вы собираетесь драться на дуэли? — Придётся. Если не буду, то не стану рыцарем. — Рыцарем? — Хверун удивлённо посмотрел на него. — Вы хотите стать рыцарем? Вы сильно изменились. — Много болтаешь. Разве я обязан отчитываться перед тобой о каждом своём шаге? — поскольку Майер не знал, по какой причине Хверун находится рядом с ним, он не считал нужным подробно ему всё объяснять. Хверун на мгновение замер, затем почтительно склонил голову перед Майером. — Прошу прощения. Я превысил свои полномочия. Каким бы брошенным ребёнком ни был Майер, он всё же оставался прямым наследником рода Гарден. Дворецкий Хверун не имел права задавать ему подобные вопросы. — Тогда я принесу всё, что вы просили. Хверун учтиво поклонился. Майер сказал ему в спину, когда тот уже уходил: — Не знаю, кто стоит за тобой, но обязательно передай ему, что я изменился. Я… я больше не собираюсь жить как раньше. Услышав эти слова, в которых сквозила неожиданная решимость Майера, Хверун на мгновение замер. Затем, снова коротко поклонившись, он удалился. Кто бы это ни был, теперь он узнает, что Майер изменился. Майер взял в руки меч, обронённый Гиллотом. «И мне нужно меняться». Вспомнив Несокрушимый меч Ландо, Майер почувствовал, как его глаза загораются от возбуждения. — Приветствую вас, мой господин. — Ландо. Ландо преклонял колено лишь перед одним человеком. Право на это имел лишь один — глава рода Гарден, Эриго Гарден. Эриго, снимая шлем, посмотрел на Ландо. — Я слышал, ты одолел Стена и его Железных Медведей. Молодец. Превратить обычных солдат в таких элитных бойцов… На похвалу Эриго Ландо лишь смиренно склонил голову. Тут его взгляд упал на шлем Эриго, забрызганный кровью. — Вам следовало бы поручить это мне, мой господин. Зачем вы сами отправились? — Какие-то ничтожества, — Эриго усмехнулся и указал пальцем на свой шлем. Управляющий тут же вытер капли крови с его шлема сухой тканью. — Так зачем ты пришёл, Ландо? Эриго, со звоном снимая доспехи один за другим, переоделся в лёгкую одежду и удобно устроился в кресле. — Ты ведь не приходишь, пока я сам тебя не позову. Раз ты здесь, значит, у тебя есть что сказать. Как и сказал Эриго, Ландо был чрезвычайно преданным и прямолинейным рыцарем. Поэтому он почти никогда не приходил к Эриго первым, если тот его не звал. Он был упрямцем, считавшим, что рыцарь должен защищать своего господина и его владения, а потому обязан быть предан своему долгу. — Прошу прощения. — Я не виню тебя, — Эриго отпил кроваво-красного вина. — Сегодня на тренировочной площадке я видел молодого господина. — Молодого господина? Ты говоришь о Каиле? Ландо покачал головой. Другие могли и не заметить, но от взгляда Ландо это не укрылось. В лице юного господина Майера Ландо увидел черты Эриго, и потому догадался, кто перед ним. — О молодом господине Майере. — Майер, — Эриго нахмурился. Но тут же разгладил морщины на лбу. — На тренировочной площадке? Похоже, солнце взошло на западе. — И завтра он собирается драться на дуэли. Ландо объяснил, как Майер оказался втянут в дуэль. Эриго, поглаживая подбородок, выглядел так, словно не мог поверить своим ушам. — Не упал в обморок, не обмочился. И не сводил глаз с твоего меча? — Да, мой господин. Эриго хмыкнул. — Я не то чтобы не надеялся. И не то чтобы не давал ему шанса. Хоть в нём и течёт моя кровь, но он упустил всё это, — Эриго крепко сжал подлокотники кресла. — Ни для кого не секрет, что после того, как десяток этих проклятых камергеров посмели убить капитана королевской гвардии, а разгневанная знать в ответ вырезала их самих, обстановка в империи стала крайне напряжённой. В такие времена нужен… — глаза Эриго сверкнули. — …сильный наследник. Поэтому я и усыновил Каила. Сказав это, Эриго поднял руку, показывая, что знает, что собирается сказать Ландо. — Кровное родство. Конечно, это важно. И я знаю, что ты недолюбливаешь Каила. Из-за его сомнительного происхождения. Но ты и сам знаешь, что его отвага и воинский талант — подлинные. Эриго обратился к Ландо: — Если этот мальчишка завтра победит на дуэли, приведи его ко мне. На слова Эриго о том, что он примет решение после того, как увидит сына, Ландо низко склонил голову. — Можешь идти. — Да, мой господин. Широкая спина прямодушного рыцаря исчезла за дверью. Эриго, нахмурившись, посмотрел в окно. «Майер… Майер». Выражение лица Эриго, повторявшего имя сына, было далеко не спокойным.