Глава 66 — Глава 66. Утопленница

**Глава 66. Утопленница** Насколько прочными были эти волосы, оставалось загадкой, но никакая прочность не могла спасти их от лезвия Артефакта Искажения. Срезанные пряди, извиваясь в предсмертной агонии, стремительно ушли на дно, растворяясь во мраке. В душе Фан Сю шевельнулось раздражение. Больше всего он ненавидел таких тварей: тех, что прячутся в тенях, нападают исподтишка и трусливо бегут после первой же неудачи, лишая его заслуженного удовольствия от расправы. Не медля ни мгновения, он мощным толчком устремился в глубину. Теперь, когда его Духовность была пробуждена, он двигался в воде с грацией хищной рыбы. Ориентируясь по Кровавому зрачку, он шел по следу отступающих волос. Вскоре, у самого дна, перед ним предстала истинная форма Искажения. Это был труп женщины. Облаченная в лохмотья белого платья, она медленно покачивалась в придонных течениях. Её кожа была мертвенно-бледной и одутловатой от долгого пребывания в воде. Лицо превратилось в кошмарную маску: раздувшееся, подгнившее, оно лишилось глаз — на их месте зияли две бездонные черные дыры. Из головы утопленницы росла невероятно густая копна черных волос. Они змеились по дну на многие метры, переплетаясь и шевелясь, напоминая огромное, живое гнездо гадюк. Взгляд Фан Сю стал еще более лихорадочным, а в его алом глазу запульсировал зловещий свет. Он бросился на труп. Почуяв угрозу, женщина-труп внезапно распахнула безгубый рот, извергнув беззвучный, но сокрушительный по своей ярости крик. Тысячи прядей волос, подобно стае водяных кобр, метнулись к Фан Сю. В водной стихии движения человека были скованы, и Фан Сю понимал, что не сможет отразить все удары одним лишь скальпелем. Но страха не было. Его Кровавый зрачок вспыхнул нестерпимым багрянцем. Под воздействием этой сверхъестественной мощи утопленница словно получила удар невидимым молотом. Она содрогнулась всем телом и издала жуткий, приглушенный водой вопль. Волосы, только что готовые растерзать врага, в ужасе отпрянули назад, сворачиваясь кольцами, точно щупальца напуганного осьминога. Пользуясь моментом, когда тварь зашлась в мучительной судороге, Фан Сю рванулся вперед. Кислород в легких подходил к концу, голова начала слегка кружиться, но он не собирался останавливаться. Искажение было прямо перед ним, и он жаждал заставить его познать истинную Боль. Почувствовав близость врага, утопленница выбросила вперед свои опухшие, мертвенно-бледные руки. Её когтистые пальцы, твердые как сталь и холодные как лед, сомкнулись на горле Фан Сю. Острая боль и удушье обожгли его сознание. Но вместо того чтобы отступить, Фан Сю оскалился в жуткой, искаженной гримасе восторга. Лицо его, всегда спокойное, теперь напоминало маску безумного палача. *Вжик!* Он с яростью обрушил скальпель на голову монстра. Острое лезвие вошло в лоб утопленницы и, словно сквозь мягкое масло, прорезало путь вниз. Лоб, переносица, челюсть — плоть расходилась, обнажая гнилую кость и серую массу разложившегося мозга. Благодаря способности «Боль», даже одного этого удара хватило, чтобы существо лишилось возможности кричать. Тело твари забилось в конвульсиях, словно под ударами электрического тока. Хватка на шее Фан Сю ослабла. Фан Сю не собирался давать ей передышку. Он занес руку для нового удара. На этот раз это был горизонтальный разрез. Скальпель прочертил на лице утопленницы кровавый крест. Те, кому доводилось разрезать спелый арбуз крест-накрест, знают, как он разваливается на четыре части. Точно так же теперь разошлась голова существа. Желая продлить агонию твари, Фан Сю специально не вкладывал всю мощь Духовности в этот удар, надеясь насладиться её страданиями подольше. Однако стоило скальпелю завершить свое движение, как тело утопленницы внезапно обмякло и замерло, превратившись в обычный кусок гниющего мяса. «Сдохла? Неужели Искажение, способное управлять рекой, настолько хрупкое?» — промелькнула скептическая мысль. И тут же он получил ответ. Черные волосы внезапно ожили. Они рывком отделились от головы трупа, свернулись в плотный темный ком и со свистом умчались прочь, исчезая в глубине с невероятной скоростью. Глаза Фан Сю сузились от ярости. Он понял: труп женщины был лишь марионеткой, сосудом. Настоящим Искажением были сами волосы. Он порывался пуститься в погоню, но тело достигло предела. Легкие горели, перед глазами плыли круги от нехватки воздуха. Скрепя сердце, он развернулся и поплыл к поверхности. *Плеск!* Фан Сю с шумом вынырнул на поверхность. Шэнь Линсюэ и остальные тут же устремили на него тревожные взгляды. Увидев, что это он, они облегченно выдохнули, но, заметив на его шее багровые отпечатки пальцев, вновь напряглись. — Брат Сю, ты жив?! Где эта тварь? — первым подал голос Чжао Хао. Фан Сю жадно хватал ртом воздух, не в силах сразу ответить. Лишь спустя минуту он прохрипел: — Ушла... Сама сущность — это волосы. Труп был лишь оболочкой. — Волосы? — Шэнь Линсюэ нахмурилась. — Сейчас не время для разговоров, — перебил её Фан Сю. — Пока оно отступило, нужно немедленно выбираться на берег! Они дружно заработали руками. На этот раз река не сопротивлялась, берег больше не ускользал вдаль. Вскоре измотанные люди вытащили на твердую землю Лю Шуая, который выглядел как выброшенный на берег кит. Не желая рисковать, они пробежали еще несколько десятков метров вглубь суши и только тогда позволили себе рухнуть на траву. — Нужно привести его в чувство! — распорядилась Шэнь Линсюэ. Она принялась ритмично давить на грудную клетку толстяка, пока тот не изверг из себя фонтан ледяной воды. Однако Лю Шуай всё еще не приходил в сознание. Его лицо оставалось пугающе бледным. — Ему нужно искусственное дыхание, — Шэнь Линсюэ перевела взгляд с Фан Сю на Чжао Хао. — Кто из вас займется? Фан Сю сохранял абсолютное бесстрастие. Чжао Хао же пришел в неописуемый ужас. Он посмотрел на пухлые, влажные губы толстяка и почувствовал, что лучше уж он съест горсть песка. — Почему не ты?! — выпалил он, глядя на девушку. Шэнь Линсюэ холодно усмехнулась: — Слышал про приличия? Здесь двое мужчин, с какой стати я должна это делать? — А «мужчина с мужчиной» — это, по-твоему, прилично?! — Чжао Хао отчаянно замотал головой. Каждая клеточка его тела вопила от отвращения. В этот момент Фан Сю молча поднялся и направился к Лю Шуаю. Шэнь Линсюэ удивленно приподняла бровь, а Чжао Хао замер, боясь дышать. Он хотел что-то сказать, но страх, что Фан Сю передумает и заставит его, пересилил всё остальное. Все ждали, что Фан Сю сейчас склонится над пострадавшим, но реальность оказалась иной. *Хлысть!* Размашистая, звонкая пощечина огласила берег. Фан Сю со всей силы приложил ладонь к щеке толстяка. Лю Шуай издал истошный вопль и подскочил на месте, как ошпаренный. — Ой! За что?! Кто меня ударил?! — И это сработало?.. — Чжао Хао ошарашенно захлопал глазами. Лицо Шэнь Линсюэ опасно потемнело. Она уставилась на толстяка взглядом, не предвещавшим ничего хорошего: — Так ты всё это время притворялся, жирная свинья? Лю Шуай тут же замахал руками, оправдываясь: — Какое «притворялся»?! Вы о чем?! Я клянусь, я только что в себя пришел!