Глава 5 — Глава 5

*Перевод: **Astarmina*** Когда Розерия вышла, в комнате воцарилась тишина. Весёлая атмосфера, царившая ещё несколько минут назад, полностью исчезла. Оставшийся один Айн выглядел необычно. Возникли ли какие-то проблемы во время завтрака? Слуги нервно переглядывались. Айн медленно повернул голову и внимательно оглядел слуг. При каждом его взгляде слуги задерживали дыхание и напрягались. Наконец его взгляд остановился на Ренише. — Рениша. Айн тихо позвал её. Та напряжённо подошла ближе. — Да, господин Айн. — У тебя были какие-то проблемы с моей матерью? Айн пристально смотрел ей в глаза. От его ледяного взгляда плечи Рениши вздрогнули. Мальчик заметил, как Розерия постоянно обращала внимание на Ренишу во время завтрака, и решил выяснить, в чём дело. — Ну... Рениша неловко отвела взгляд, но, почувствовав пронзительный взгляд Айна, инстинктивно поняла: если она ошибётся в своём ответе, будет опасно. — Простите!.. Я, должно быть, совершила ошибку из-за своего беспокойства! Рениша распростёрлась на полу, умоляя о прощении. По-видимому, Айн знал о перепалке между ней и Розерией. — Беспокойство? О ком ты беспокоилась? Айн издал насмешливый смешок. Его холодный взгляд был направлен на Ренишу. — Простите!.. Я превысила свои полномочия! Рениша, дрожа от страха, молила о прощении. Но взгляд Айна, устремлённый на неё, всё ещё был холодным. Его присутствие было настолько подавляющим, что никто не мог подумать, что перед ними десятилетний ребёнок. Все опустили головы и затаили дыхание. — Не вмешивайся, когда не просят. Айн предупредил её. Если она проигнорирует это предупреждение, Рениша больше не сможет быть его няней. — ...Прошу прощения. Голос Рениши дрогнул. Айн был явно разгневан. От мальчика, которого знала Розерия, не осталось и следа. Он не был невинным. Айнспеннер, которого знали слуги дома Чейд, был таким. Он уже был абсолютным и безжалостным хозяином для слуг. Айн вёл себя как ребёнок, улыбаясь и проявляя мягкость, только в присутствии Розерии. Никто не знал, почему Айн был так благосклонен только к Розерии. Возможно, он просто притворялся, имея другие планы. ******* Слуги были сбиты с толку. Внезапно проявлявшая тепло Розерия и Айн, взаимодействующий с ней. В зависимости от истинных намерений этих двоих слугам нужно было определить своё отношение к ситуации. Но понять их настоящие мотивы было невозможно. С их точки зрения, всё выглядело странно. И внезапная доброта Розерии, которая до недавнего времени презирала дом Чейдов, и Айн, притворяющийся невинным ребёнком перед ней. В глазах слуг образ Розерии был близок к худшему. С момента прибытия в особняк герцога она пренебрежительно относилась к ним. Они гордились своей работой в особняке герцога. И когда их внезапно начали высмеивать, естественно, у них возникло чувство неприязни к ней. Так у них сформировалось негативное отношение ко всем её действиям. К её дружелюбию с Айном, к её улыбкам в адрес слуг. Поведение этих двоих не могло быть искренним. — Герцогиня не может иметь чистых намерений. — Конечно же, нет. Люди не меняются за одну ночь. Слуги не доверяли Розерии. Они были уверены, что у неё есть какие-то скрытые мотивы. Но самым непонятным для них было поведение Айна. Понимание этого было важнее всего. Слуги искали Ренишу. Будучи няней Айна с самого его рождения, она должна была знать, что он задумал. — Рениша, ты же что-то знаешь. — Да, дай нам хоть какую-то подсказку. — ...Я тоже не знаю. Рениша ответила с разочарованным выражением лица. Другие слуги снова спрашивали, но она упорно молчала. На самом деле Рениша действительно ничего не знала. Ей самой было ещё более непонятно. Как только она допустила ошибку в отношении герцогини, Айн тут же предупредил её. Судя поэтому, он, казалось, действительно особенно относился к Розерии. «Но почему вдруг...» Рениша покачала головой. Должна быть какая-то причина, о которой она не догадывалась. В этом она была уверена. ******* Тем временем у Розерии был заметный упадок энтузиазма. Ещё недавно сближение с Айном наполняло её энергией. Казалось, она сможет адаптироваться к этому месту. Но после увиденного в коридоре — Касиуса и рыцаря, несущего окровавленного человека — её уверенность пошатнулась. Кроме того, Розерия Чейд из романа имела ужасную репутацию в доме герцога. Чем больше она презирала герцогский дом и слуг, тем больше они презирали её. Так она стала чужой в доме Чейдов, как масло, не смешивающееся с водой. Справится ли она? Закрадывались сомнения. Но она не могла сдаться так легко. Ей нужно было предотвратить превращение Айна в человека, подобного Касиусу. А для этого она должна была адаптироваться к жизни в особняке герцога Чейда. «Да, я не могу сдаться сейчас!» Розерия снова укрепила свою решимость. «Сначала покажу слугам, что я изменилась». Более того, у нее появилась новая цель. Она должна сначала завоевать их доверие, чтобы и Касиус мог хотя бы задуматься о том, чтобы поверить ей. Для этого ей нужно было улучшить свой образ в глазах слуг. «Я должна вести себя соответственно». Ей просто нужно было делать противоположное тому, что делала настоящая Розерия из романа. Она решила быть как можно более доброжелательной к слугам. Она думала, что они не станут плевать в улыбающееся лицо. Но хотя они и не плюнули ей в лицо, они могли сделать это за её спиной. Чего она не учла, так это точки зрения слуг, принимающих её новое поведение. Когда Розерия радостно улыбнулась слугам, они все напряглись. Что она собирается сказать с такой улыбкой? — Кто поставил эти цветы? Розерия указала на вазу с цветами на столе. — Я это сделала. Есть какие-то проблемы? Слуги переглянулись, и Бейджи, которая принесла и расставила цветы сегодня утром, вышла вперёд. Цветы не увяли и выглядели идеально. Она нервничала, боясь, что Розерия найдёт к чему придраться. — Нет, они просто прекрасны. Они поднимают мне настроение. Вопреки ожиданиям всех, Розерия широко улыбнулась и похвалила её. Наблюдавшие за этим слуги вздрогнули и застыли. — ...Благодарю. Но Бейджи, получившая похвалу, осторожно ответила, хотя и выглядела нервной и радостной одновременно. Розерия, решив, что это просто застенчивость, улыбнулась ещё шире. Бейджи, получившая похвалу, была новенькой, проработавшей менее года. Ей было всего четырнадцать, и она в основном выполняла поручения. Обычно она была неуклюжей и часто получала выговоры от старших. То, что она начала прислуживать Розерии, было не из-за каких-то особых способностей. Просто никто другой не хотел этим заниматься. Она была самой младшей, поэтому её фактически принудили к этому. Служение герцогине было физически и морально изнурительным. Розерия обычно резко реагировала даже на малейшие ошибки. Хотя в последнее время она, похоже, стала более терпима, расслабляться всё равно было нельзя. Особенно после того, как старшие слуги нашли Бейджи и дали ей несколько наставлений. — Герцогиня хорошо обращается с тобой в последнее время? — Да. На удивление хорошо. До этого момента Бейджи была довольна изменениями в поведении герцогини. Она начала думать, что её жизнь наконец-то становится легче. Но старшие слуги, казалось, видели её насквозь, качая головами. — Цк-цк. Мы знали, что ты так подумаешь, и поэтому пришли, чтобы предостеречь тебя. — Что? В чём проблема? — Бейджи удивлённо спросила. — Мы боимся, что ты наивно попадёшься на уловки герцогини. — Что?! — Герцогиня внезапно изменилась. Разве это не подозрительно? Наверняка у неё есть какие-то скрытые мотивы. — Так что будь осторожна. Возможно, она ждёт, что ты расслабишься и совершишь большую ошибку. — Д-да! Бейджи энергично кивнула, широко раскрыв глаза от удивления. Если бы не совет старших, она могла бы попасть в беду. Она чуть не расслабилась, думая, что герцогиня — хороший человек. «Я не должна терять бдительность!» — Бейджи укрепила свою решимость. Но она не ожидала, что её решимость окажет обратный эффект. Из-за постоянно крутящихся в её голове слов старших слуг, каждый раз, когда Розерия звала её, она заметно напрягалась и её тело цепенело. Естественно, она стала делать больше ошибок, чем обычно. В конце концов, помогая Розерии с платьем, она наступила на подол и упала, из-за чего платье порвалось. Но это было ещё не всё. Падая, она случайно зацепила лодыжку Розерии, в результате чего та тоже упала, больно ударившись. Это было немыслимо и абсолютно недопустимо. Бейджи оцепенела. Она искренне желала исчезнуть. И в этот момент все слуги подумали: «Это катастрофа!..» Слуги поняли. Она улыбалась всё это время именно для такого момента. Теперь она точно не будет сдерживаться. Они подготовились к худшему. И тут прозвучали совершенно неожиданные слова нежным голосом: — Ох, ты в порядке? — Что?.. Вместо гнева Розерия спрашивала Бейджи, всё ли с ней в порядке. Глаза всех слуг расширились, как у кроликов. — У тебя очень бледное лицо. Розерия обеспокоенно смотрела на лицо Бейджи. От этого та побледнела ещё больше, будто могла упасть в обморок в любой момент. — П-простите! — Хм? Розерия с широко открытыми глазами пристально смотрела на молодую служанку, затем поняла, что та испугана. — Похоже, ты сильно испугалась. Со мной всё в порядке, не беспокойся. — Правда? — Бейджи с недоверием спросила, её глаза блестели от слёз. — Да, действительно всё хорошо. Розерия, прищурив глаза в полумесяцы, успокоила молодую служанку. — С-спасибо. Но хотя Бейджи почувствовала облегчение, она также была сбита с толку, со слезами на глазах. Может быть, и в этом есть какой-то скрытый мотив, как говорили старшие? Что здесь происходит? Слуги никак не могли привыкнуть к, казалось бы, искренним изменениям в поведении Розерии и были в полном замешательстве. Более того, из-за этих изменений слуги стали получать неприятные взгляды. Все знали об этом, хотя никто не говорил вслух. Во время прогулки в саду после того, как она переоделась в новое платье, Розерия несколько раз подзывала к себе Бейджи с заботой. Внешне она выглядела как тётя, заботящаяся о племяннице. Именно тогда они впервые почувствовали этот взгляд, и после этого слуги часто ощущали, что кто-то сердито смотрит на них, но делали вид, что не замечают. Айнспеннер Чейд смотрел на них — что они могли с этим поделать? Чувствуя страшный взгляд Айна, слуги всё больше убеждались. Внезапные изменения в поведении Розерии только усиливали их подозрения. Она просто притворяется доброй из каких-то соображений.