«Ах...»
На следующее утро Ловелл проснулась со стоном. Тело ныло, каждое движение сопровождалось скрипом, словно напоминая о вчерашнем переполохе.
«Больно...»
Ловелл с трудом повернула голову к окну. Солнце стояло низко, а редкие облака лениво плыли по небу.
Некоторое время она просто смотрела вдаль, а затем, собравшись с силами, подошла к окну. Вид спокойного пейзажа заставлял вчерашние события казаться лишь дурным сном.
«...»
Однако Ловелл знала: с этого момента начнется утро, подобного которому она еще никогда не видела.
Вскоре ее мысли подтвердило письмо, лежавшее на столе.
Его доставил гонец из самого Императорского двора на рассвете. В письме в угрожающей форме предписывалось всем причастным хранить молчание о вчерашнем инциденте, чтобы не вызвать панику в Империи.
«Даже в такой ситуации они пекутся о своей репутации», — подумала Ловелл, едва дочитав.
Если станет известно, что демоны проникли почти к самой Столице, а Рыцарский орден заметил это слишком поздно и в итоге упустил их, репутация ордена и возглавляющего его Императорского двора будет растоптана.
«Впрочем, мне плевать».
Намерения Императорского двора не имели для Ловелл значения. Она уже давно оставила надежду на то, что Рыцарский орден или Император смогут помочь Арии.
Закончив утренние сборы, Ловелл сразу же направилась в комнату Арии.
— Леди, вам уже лучше?..
Но, открыв дверь, она увидела того, кого никак не ожидала встретить. Ловелл замерла на месте, продолжая сжимать дверную ручку.
Она перевела взгляд с бледной Арии, сидевшей на краю кровати, на стоящего рядом Сиона и приведенных им слуг.
— ...Молодой господин.
Ловелл сразу узнала брата Арии и своего бывшего работодателя.
Ее появление явно не вызвало восторга. Все, кроме Арии и Сиона, уставились на Ловелл враждебными, колючими взглядами.
«Пришел забрать сестру и привел только своих людей».
Ловелл стойко выдержала их взоры.
Слуги Дома Хайнштайн делились на «людей Сиона» и всех остальных. «Люди Сиона» были отобраны им лично и занимались в основном внешними делами, а не работой в поместье.
Их главной отличительной чертой была враждебность по отношению к Арии. Нескрываемая неприязнь к Леди — это было доказательством того, насколько сильно они пользуются доверием и защитой своего господина.
— Давно не виделись.
Пока Ловелл стояла в оцепенении, Сион заговорил первым.
Мягкая улыбка на прекрасном лице, так похожем на лицо Арии. Со стороны это выглядело как приветствие благородного и доброго аристократа, который рад видеть старого слугу.
— ...Да.
Бросив быстрый взгляд на профиль Арии, Ловелл через мгновение склонила голову в знак почтения.
— Верно. Ловелл. Мы как раз говорили о тебе.
Сион окинул ее взглядом с ног до головы и медленно сделал шаг в ее сторону.
— Я сделаю это.
В этот момент раздался голос Арии.
— Я сделаю это. Пусть будет так. Как пожелает брат.
Ария продолжала сидеть на кровати, не поднимая глаз от пола.
— ...?
В это мгновение Ловелл заметила, как на губах Сиона заиграла удовлетворенная улыбка. Холодная, скользкая усмешка, которую она уже видела раньше. Предчувствие беды охватило ее.
— Вот и славно. Хорошее решение.
Взгляд Сиона, до этого изучавший Ловелл, вернулся к Арии. Он лучезарно улыбнулся и повернулся к своим людям, которые начали доставать что-то из сумок.
— Что происходит... — начала было Ловелл, почувствовав неладное.
— Ловелл.
Но ее тут же прервали.
— Ты не могла бы выйти? Нам с братом нужно поговорить.
Ария глубоко вздохнула и произнесла это так, словно предостерегала Ловелл.
— ...
Несмотря на предупреждение, Ловелл хотелось возразить. Но решительный тон Арии не оставил ей выбора.
— ...Слушаюсь.
В конце концов Ловелл опустила глаза и бессильно ответила.
— ...Что это ты делаешь?
Поднимавшийся по лестнице Леон удивленно приподнял бровь при виде Ловелл.
Едва ступив на третий этаж, он увидел ее на корточках перед дверью, прижимающую ухо к замочной скважине.
— О! Идите-ка сюда на минутку.
Даже не дослушав вопрос, Ловелл схватила его за край одежды и потянула к себе.
— ...
У Леона уже не было сил удивляться, поэтому он послушно сел рядом, прислонившись спиной к двери. Понаблюдав за суетящейся Ловелл, он наконец спросил:
— И все-таки, чем мы занимаемся?
— Тсс!
Когда Леон заговорил в полный голос, Ловелл прижала указательный палец к его губам.
Леон слегка нахмурился и убрал ее руку, а Ловелл, посмотрев на него, снова зашептала:
— Вы ничего не слышите?
— Что?
— А, забудьте. В книге было написано заклинание прослушивания. Вы случайно не умеете его использовать?..
— Не умею.
— А? Почему?
— Рыцари не учат такие заклинания, они противоречат рыцарской чести. Рыцарь всегда должен действовать открыто и...
— Что? Какая еще рыцарская честь, если вы не можете применить нужную магию в нужный момент!
Должно быть, они слишком увлеклись спором.
Скрип.
Они и не заметили, как дверь рядом с ними открылась.
— А я как раз собирался пойти и поблагодарить тебя. Лифман.
Сион лениво обратился к двоим, сидевшим под дверью.
— Рад встрече, молодой герцог Хайнштайн.
Пока Ловелл хлопала глазами, Леон за долю секунды вскочил на ноги и невозмутимо поклонился.
Ловелл тоже поднялась, невольно задумавшись: была ли эта невозмутимость проявлением рыцарского достоинства или просто наглостью.
После этого последовало внезапное предложение Сиона вместе выпить чаю, и вот все четверо уже сидели в саду виллы.
— Хм, чудесный аромат.
В неловкой тишине, которую хранили остальные, Сион вел себя непринужденно и наслаждался запахом чая.
— ...
Ловелл следила за движениями его чашки. Золотистые волосы, развевающиеся на ветру, спокойные зеленые глаза, легкая полуулыбка.
Сидя в цветущем саду, он выглядел как аристократ с классической картины.
С другой стороны, Ария, сидевшая рядом, производила совсем иное впечатление. Ловелл видела, что та искра жизни, которая еще слабо теплилась в ней вчера, окончательно угасла. Сейчас Ария казалась человеком, потерявшим все краски.
— Прошу прощения, что не встретил вас лично.
Леон со звоном поставил чашку на стол и внезапно заговорил.
Ловелл моргнула, осознав, что почти сверлит Сиона взглядом.
— Ну что ты. Ты наш гость, не стоит беспокоиться о таких мелочах. Говорят, утром ты был в Штабе рыцарских орденов.
— Да. Нужно было сообщить о кое-каких деталях вчерашнего происшествия.
— Я очень тебе благодарен. То, что Ария сейчас сидит здесь живая и здоровая — несомненно твоя заслуга, Лифман.
Сион посмотрел на сестру взглядом, полным притворной нежности.
— Нет, я лишь вызвал Рыцарский орден.
Леон проследил за его взглядом, мельком глянул на Арию и медленно ответил.
— Ха-ха, не скромничай. Уверен, этот демон сбежал, испугавшись мощи магического рыцаря.
На самом деле Леон даже не видел демона, так что слова Сиона были ошибочны. Однако он не стал поправлять его, лишь коротко усмехнувшись.
— В знак благодарности я приглашу тебя в наше поместье в следующий раз.
— Брат.
Разговор прервался, когда Ария, молчавшая до этого, подала голос. От её напряженного тона все взгляды обратились к ней.
— Моя сестра слаба здоровьем, и семья с детства сильно за нее переживала. А после такого случая я, как брат, и вовсе места себе не нахожу.
Сион, не обращая внимания на прерывание, продолжал свою речь.
Скрип!
С неприятным звуком стул отодвинулся. Ария резко встала.
— Брат. Я плохо себя чувствую, поэтому пойду к себе.
Она смотрела на Сиона сверху вниз, чеканя каждое слово.
— Ловелл. Я свяжусь с тобой позже.
Сказав это Ловелл, Ария слегка кивнула Леону и быстрым шагом вышла из сада.
— ...Сестра повела себя невежливо.
Сион посмотрел на пустое место, где сидела Ария, и поставил чашку. Раздался негромкий стук фарфора о мрамор.
— Ничего страшного, — ответил Леон, сощурив глаза, но быстро вернув лицу бесстрастное выражение.
«Она выглядела так, будто вот-вот расплачется».
Леон стоял у ворот виллы, вспоминая недавнюю сцену.
Когда после неприятного разговора в саду Ловелл вернулась в дом, она была шокирована новостью о том, что Ария уже собрала вещи и села в карету.
— Как же так, я даже не успела попрощаться... — пробормотала она и бросилась к воротам.
Однако слуги виллы преградили ей путь. Они заявили, что им нужно срочно о чем-то попросить Ловелл, как бывшую служанку Дома Хайнштайн.
Ловелл замерла с растерянным видом, а затем, понурив темные брови, покорно побрела в сторону кухни. Дрожь в её фиолетовых глазах вызывала жалость.
— Ловелл была ребенком, которого очень ценили в нашей семье, — Сион, подошедший к Леону, прервал его раздумья.
— Но как только ты, Лифман, забрал её, случилось такое несчастье. Кажется, мы доставили тебе хлопот.
Леон повернулся к нему. Сион медленно растянул губы в улыбке и добавил:
— Все-таки ребенка из прислуги...
— Вам не стоит об этом беспокоиться, — тут же ответил Леон.
— Я её не просто «забрал». Мы сошлись характерами, так что молодому герцогу не о чем переживать.
Леон говорил ровным тоном, глядя прямо перед собой.
— ...Что ж, тогда я спокоен.
От этого ответа взгляд Сиона похолодел. Впрочем, когда Леон снова посмотрел на него, на лице молодого герцога красовалась все та же привычная безмятежная улыбка.
— Тогда до связи.
Сказал Сион напоследок, поднимаясь в карету.
— Вы были знакомы с молодым господином Сионом?
На обратном пути после этого сумбурного отпуска Ловелл пристально посмотрела на Леона в карете.
— Просто знаем друг друга в лицо. Мы не друзья, — безучастно ответил Леон, чувствуя на себе её колючий взгляд. — Наследник самого влиятельного герцогского рода империи и перспективный магический рыцарь — естественно, что мы знакомы.
— А, ну да.
Ловелл на мгновение нахмурилась из-за очередной порции самоуверенности Леона, а затем спросила о другом:
— Кстати, что значит «мне не нужно идти на допрос»?
— Я уладил срочные вопросы, так что тебе нет нужды ехать в штаб лично. По крайней мере, сейчас.
— А разве можно просто взять и не пойти, если я не хочу?
— Почему нет? Ты подверглась нападению демонов, вполне естественно, что твоё состояние нестабильно для допросов.
— Что? Но я абсолютно стабильна!
Ловелл, сидя на месте, покрутила корпусом и захлопала глазами.
— ...Стабильна ты или нет, сейчас тебе там делать нечего.
— Почему?
— Вчерашнее происшествие, если разобраться, случилось из-за того, что нынешний рыцарский орден не смог должным образом защитить империю. С какой стати ты должна идти к ним и делиться информацией, делая им одолжение? — раздраженно проворчал Леон, нахмурив брови.
Лицо Ловелл при этих словах выражало крайнее сомнение.
«Мелочный».
На самом деле, это слово Ловелл планировала произнести только про себя.
— Что?
— Хорошо. Мне и правда нужно время, чтобы прийти в себя, так что идти прямо сейчас было бы тяжеловато. Схожу позже сама.
Ловелл даже не заметила, что её мысль сорвалась с языка.
— ...И вообще. Столкнуться с демоном и даже подвергнуться нападению, но оставаться «абсолютно» стабильной, как ты — вот что по-настоящему странно, — сказал Леон, окинув её взглядом и едва не разинув рот от изумления.
— У меня нет времени на депрессию. Нужно быстрее прийти в норму, стать сильнее и вернуться на своё место, — твердо ответила Ловелл, глядя ему прямо в глаза. Её фиолетовые зрачки часто подрагивали.
«На своё место?»
До самого возвращения в поместье Леон в тишине размышлял над значением этих слов.
Обновлено: 20.02.2026