На следующее утро, как только я проснулась, ко мне пришёл Король Ядов.
Осмотрев рану на моём плече, он нанёс мазь.
— Фью-фью... Терпи, даже если больно. Воин должен уметь стойко переносить страдания.
— Всё в порядке. Мне совсем не больно.
— Как это не больно?! Рана ведь такая большая! Твоё маленькое плечико совсем почернело! Это что, тушка чёрной курицы или человек? — Непонятно было, призывает он меня терпеть или возмущается. Синяк действительно был, но не настолько тёмный, чтобы сравнивать его с чёрной курицей.
Однако, понимая чувства Короля Ядов, я решила просто промолчать.
— Фью-фью, фью-фью.
Король Ядов, только что ворчавший во весь голос, снова начал осторожно дуть на рану.
Его руки, наносившие мазь, были невероятно бережными, словно он боялся причинить мне боль.
Я смирно принимала лечение, а затем как бы невзначай спросила:
— Дедушка, а то лекарство, что ты давал мне в прошлый раз...
— Хм-хм... Какое именно?
— То, которое было в маленькой тыкве-горлянке.
— А, яд... Кхм! Да, я давал тебе снадобье. А что с ним?
— У тебя нет к нему антидота?
«Я скормила его Имуги», — прошептала я прямо ему на ухо.
Король Ядов, на мгновение застыв и уставившись в пустоту, перевёл взгляд на Хык-а.
В тот же миг Хык-а спрятал сушёную хурму, которую держал в обеих лапах, за спину и оскалился:
— Не отдам!
— ...Да не нужно мне оно, паршивец ты этакий, — проворчал Король Ядов с предельно разочарованным видом и продолжил:
— Антидота нет. Потому что это... не совсем яд.
— Если не яд, то что же?
— Ну, это просто...
Король Ядов замялся и поспешил сменить тему:
— Но зачем тебе обязательно давать ему антидот? Он ведь не выглядит больным.
— Мне кажется, лекарство действует как-то не так. Я хотела дать ему антидот, а потом отпустить.
— Отпустить? Почему?
«Потому что, если он останется со мной, он может погибнуть».
Скрыв свои истинные мысли, я шутливо улыбнулась и прошептала:
— Я не люблю змей.
Король Ядов усмехнулся.
— К сожалению, дело не в эффективности лекарства, а в том, что он наложил на тебя духовную печать. Я слышал, что чем величественнее священный зверь, тем преданнее он следует за тем, кого избрал своим хозяином. В природе всё закономерно: чем больше сила, тем выше цена.
— Ой! Но я же ничего не делала!
— Разве утята не следуют за первым встречным существом, принимая его за мать? Даже если ты ничего особенного не предпринимала.
Если это так, то дело плохо. Значит, он не уйдёт, даже если возникнет опасность.
Я спросила Хык-а:
— Хык-а, ты наложил на меня духовную печать?
— А что такое духовная печать?
Я пристально посмотрела на Короля Ядов.
— Как же так, «величественный священный зверь» даже не знает, что такое духовная печать?
— М-может и не знать! Ты что, дедушке не веришь?
Король Ядов смущённо кашлянул.
— Если не веришь, подожди, пока наступит его перерождение. Когда произойдёт перерождение, эффект лекарства исчезнет сам собой. Тогда ты поймёшь, что слова деда были правдой.
— И когда это будет?
— Откуда мне знать.
— Хык-а, когда у тебя перерождение?
— ...Не скажу, — кокетливо ответил Хык-а. Король Ядов, усмехнувшись, прошептал:
— Он не скажет, даже если будешь допытываться. Период перерождения — это время, когда они наиболее уязвимы, так что для священного зверя это всё равно что выдать свою слабость.
В общем, как только наступит перерождение, он уйдёт? Я немного успокоилась.
С облегчением на сердце я кивнула:
— Понятно.
— И не думай о том, чтобы его прогнать, лучше вырасти его как следует. Дед в своё время тоже искал священных зверей, чтобы изучать ядовитых тварей, но безуспешно. Дитя, тебе выпала невероятная судьбоносная встреча.
В оригинальной истории, кроме главного героя Ак У Рёна, никто не получал подобных даров судьбы.
— Хотя меня немного беспокоит его коварная змеиная натура... Но если ты будешь правильно его направлять, всё будет в порядке. Характер формируется под влиянием окружающих.
— Придётся мне стать богатой. Чтобы кормить его сушёной хурмой.
— Сейчас он ест только сушёную хурму, но после перерождения его вкусы изменятся. И не только вкусы. Он станет выше, да и внешность преобразится. Удивительно, правда?
Вовсе нет.
— Да, пожалуй.
— Так что расти его хорошо. Он станет для тебя великой силой.
Это не слишком меня утешило.
Сейчас он помешан на дешёвой сушёной хурме, но что, если после перерождения он захочет есть что-то вроде золотых слитков?
— Лечение закончено. Какое-то время старайся двигаться осторожнее. Тебе не дискомфортно?
— Совсем нет, очень удобно.
— Ах, точно. Ты уже придумала, что скажешь на совете?
— ...
— Что? Ещё не привела мысли в порядок?
— Да нет, не в этом дело... Дедушка, ты случайно не знаешь, что такое Асура?
— Разве императорский стол не называют «сура»?
— Я не об этом. Может, Будду тоже иногда называют Асурой?
— Ну, не знаю, впервые слышу о таком.
Я так и думала. В оригинале это слово ни разу не встречалось. Наверное, кого ни спроси — никто не будет знать.
Оставив эти мысли, я взяла Короля Ядов за руку.
— Теперь мне нужно только подобрать несколько камней и можно идти.
— Камней? И сколько тебе нужно?
— Десять.
Король Ядов, помолчав мгновение, невозмутимо произнёс:
— Я уже велел своему ученику собрать их. Пойдём.
Теперь понятно, почему он замер — видимо, в этот момент использовал передачу звука. Нагрузить ученика, который занимает в Культе Демонов высокий статус, сбором камней... Я тяжело вздохнула.
— Ох, я бы и сама справилась.
— Негоже такими крошечными ручками камни собирать. Если поранишься, дедушке потом только лишние хлопоты.
Король Ядов, убирая сумку с лекарствами, искоса взглянул на меня:
— Хм, хм... Раз уж ты ранена, дед донесёт тебя до зала совета на спине. Но только в этот раз! Поняла?!
«Вообще-то у меня рука ранена. И ты каждый раз говоришь, что это в последний раз, а сам постоянно меня носишь».
Вместо этого я крепко обхватила его за шею.
— Дедушка, ты лучший!
— Кхм! Это и так понятно, не стоит и повторять.
Лицо Короля Ядов стало невероятно гордым. Видеть, как он задирает нос и важничает, было так мило.
Я изо всех сил сдерживала смех.
— Пошли, дедушка.
— Ладно.
Я вышла наружу вместе с Королём Ядов. Хык-а последовал за мной.
Стоило нам выйти, как какой-то молодой человек протянул мне камни.
— Вот, возьмите, госпожа.
Это был У Мун, шестой ученик Короля Ядов, прославившийся своим мастерством в обращении с ядами.
Юноша с очень приятной, открытой улыбкой.
Несмотря на то, что его боевые навыки были не самыми выдающимися, его обожал не только Король Ядов, но и другие старейшины.
Говорят, это потому, что он часто выпивает со старейшинами, но я думаю, всё дело в его потрясающем дружелюбии.
— Спасибо.
— Обращайтесь в любое время. Если госпожа пожелает, я готов даже свои кости перетереть в камни.
У Мун подмигнул и низко поклонился.
Когда мы прибыли в замок Небесного Демона, все старейшины уже собрались в зале совета.
Они холодно воззрились на Короля Ядов, который принёс меня на спине.
— Опять он за свои хитрости...
— Кхм! Дитя, не ходи туда. От этих стариков несёт затхлостью.
— Ну что ты, дедушка... Пожалуйста, спусти меня.
Хык-а, увидев так много сильных людей, заметно насторожился. Видимо, боялся, что у него отберут сушёную хурму.
— Хозяйка, можно я подожду снаружи?
— И где ты будешь?
— На крыше.
— На всякий случай возьми одежду. Хурму не забыл? Людей есть нельзя.
— Понял.
В мгновение ока Хык-а превратился в огромного змея, подхватил одежду пастью и выскользнул в окно.
Старейшины с довольным видом закивали, словно наблюдая за выходками внука.
— Кажется, он накопил немало сил. У нашей госпожи не будет проблем с накоплением внутренней силы.
— И то верно. Внутреннее ядро такого священного зверя легко поднимет её уровень на один цикл.
— А из чешуи мы сделаем ей одежду. Защита будет что надо.
— Кости сварим и скормим.
Так вот оно что.
Я-то гадала, почему они всегда так плотоядно улыбались, глядя на Хык-а, хотя тот и не думал вести себя послушно.
Видимо, они воспринимали Хык-а как мой запасной эликсир.
Поцокав про себя языком, я подошла к Королю Трупов.
— Дедушка, посмотри на это.
Когда я показала ему Пэк А, его морщинистые глаза округлились.
— Когда это случилось?
— Вчера. С него вдруг начала слезать вся кора. Это нормально?
— А до этого были какие-то признаки?
— Он был тише обычного. Вообще-то он ужасно суетливый... то есть озорной, но в последнее время вёл себя смирно.
— Дай-ка дед посмотрит.
Король Трупов взял Пэк А. В тот же миг его рука начала бледнеть. Я в испуге схватила его за запястье.
— Ой! Дедушка! Ты в порядке?
Хотя его рука покрывалась инеем, словно от обморожения, Король Трупов оставался совершенно спокойным.
Медленно осмотрев Пэк А, он вернул его мне и внутренней силой вытеснил холод. Его посиневшая рука вскоре обрела нормальный цвет.
— Ну и характер у этого малого. Рассердился, что его трогает не хозяин... Нужно быть осторожной, чтобы никто случайно его не коснулся.
— Но раньше такого никогда не было?
— Ледяное дерево ближе к животным, чем к растениям. Чтобы накопить силу, оно впадает в спячку, а когда приходит время — проходит через перерождение. Дитя, это значит, что ты очень хорошо о нём заботилась.
— Но я ничего не делала?
— Как это не делала? Ты щедро делилась с ним холодом. А это задача не из лёгких.
— Каким бы мастером ты ни был, запас холода всегда имеет предел. Немногие обладают настолько чистой энергией льда, как ты.
— А, вот оно что.
— Поэтому до сих пор никому не удавалось довести ледяное дерево до перерождения. По правде говоря, дед и сам видит такое впервые.
Я спросила, потому что волновалась, но это оказалось пустой тратой времени. Уж не знаю, как дерево может проходить через перерождение, но раз проблем нет — и ладно.
Словно посмеиваясь над моими тревогами, Пэк А мелко задрожал.
Я бросила на него сердитый взгляд и подняла голову.
Двери распахнулись, и вошёл Небесный Демон. Сев в кресло, он пристально посмотрел на меня.
— Чхон Ри Хва, выйди вперёд.
— Да.
— Объясни, что с тобой произошло.
Стараясь максимально точно восстановить картину в памяти, я разложила камни и выпрямилась. Небесный Демон подпёр подбородок рукой.
— Что это?
— То, о чём нельзя сказать, обречено на исчезновение, а то, что нельзя увидеть, обречено на забвение.
Обновлено: 10.04.2026