]
С посадочной площадки роскошного прогулочного лайнера взлетел шаттл. Ни малейшей вибрации — если бы не вид за окном, я бы и не понял, что мы движемся. Сразу видно сверхдорогую модель для тех, кто родился с бриллиантовой ложкой во рту. Мой шаттл, который трясло так, будто он развалится от одного только запуска двигателя, и рядом не стоял.
— Ух ты, впервые вижу, чтобы сиденья в шаттле были как роскошные диваны. Мягче, чем моя кровать! — Вакаи прямо-таки светился от восторга.
— Стоило дожить до этого дня... И-хи-хи-хи! — вторил ему Калиц.
Они вовсю терлись о сиденья, наслаждаясь запредельной роскошью. Зрелище было позорное, но я не стал их останавливать. Обычным людям трудно даже просто взглянуть на такой шаттл, не то что прокатиться на нем, так что их можно было понять. К тому же я был не в том состоянии, чтобы обращать внимание на подобные мелочи.
Я ввел в левое предплечье антидот, приготовленный Калицем. Дышать стало немного легче, но мгновенного эффекта не последовало. Всё-таки это было средство, наспех сделанное на нижнем ярусе, где собрались младшие офицеры и им подобные, а яд уже успел слишком глубоко разойтись по организму. Впрочем, со временем должно стать лучше.
Несмотря на шум, который поднимали этот незрелый шут и зверюга, хозяйка шаттла хранила молчание. Я сплюнул кровянистую мокроту в стоявшее рядом ведро и спросил:
— Ты уверена? В том, что отделилась от своих друзей.
Пипинель, тревожно кусавшая губы, посмотрела на меня.
— ...Я не могу заставлять их участвовать в этом. Это было неизбежно.
— Верно.
Пипинель приняла решение атаковать пирата Бордана, но её друзья за ней не последовали. Оно и понятно: в случае провала они потеряют все привилегии отпрысков высшего общества и падут на самое дно. Конечно, даже в этом случае они вряд ли окажутся в моем положении, но для них это одно и то же.
Только сейчас Пипинель, кажется, заметила шута и зверюгу, устроивших бой подушками, и её лицо исказилось в гримасе.
— Что это ещё за существа?
— Мои подчиненные, — коротко ответил я, но тут же последовало возражение.
— Просто подчиненные? Вы уже забыли вчерашние воспоминания о том, как мы делили и радость, и горе? — возмутился Вакаи.
— Именно. К этому моменту мы уже товарищи в одной лодке, — добавил Калиц.
Пипинель окинула этих двоих, выкрикивающих свои лозунги, холодным взглядом. Когда она перевела глаза на меня, я просто пожал плечами:
— Это лучше, чем ничего.
В тот момент, когда Вакаи и Калиц уже собирались взорваться негодованием, из динамиков раздался голос пилота:
— Мы прибыли к линкору «Драко».
Очень быстро.
Не будет преувеличением сказать, что полет занял считанные мгновения.
Дверь шаттла бесшумно и плавно скользнула в сторону. За ней выстроились около сотни солдат. Несмотря на то, что это были рядовые, от каждого из них исходила мощная аура — настоящая элита. Они казались представителями другой расы по сравнению с солдатами Колонии.
Но еще больше поражало то, что все они были облачены в боевые костюмы — доспехи, позволяющие на равных сражаться с пользователями магической энергии уровня младшего офицерского состава. Капитан, стоявший в конце строя, выкрикнул:
— О, сородич Божественного Дракона! Приветствуем вас на борту!
Солдаты одновременно опустились на одно колено. Это было идеально, словно отточенный танец. И младшие офицеры, и офицеры, и командующие... даже сам капитан преклонили колени.
Потрясающее зрелище. Даже я был впечатлен, не говоря уже о Вакаи и Калице, но Пипинель, откинув волосы назад, невозмутимо прошла между рядами.
«Теперь понятно, почему она с первой встречи заговорила со мной на «ты»».
Когда такие высокопоставленные люди обращаются к тебе в высшей степени почтительно и ведут себя как слуги, ты перестаешь замечать кого-либо еще. Скорее, удивительно, что она не превратилась в совершенно невыносимую личность, как те подонки из романов. Пипинель мельком глянула на меня, и я, придя в себя, последовал за ней.
Когда Пипинель подошла ближе, капитан линкора «Драко» поднялся. Его глаза, принадлежавшие человеку средних лет, были острыми, как у хищника. Я инстинктивно почувствовал в нем силу. Его взгляд мгновенно просканировал меня, Вакаи и Калица.
— Кто эти люди позади вас?
— ...Мои товарищи.
По рядам прошел легкий ропот. Удивлен был не только капитан или офицеры, но и я сам. Ведь «товарищи» подразумевает равные отношения.
— Если моя память мне не изменяет, мужчина позади вас — это тот отщепенец, который в прошлом бросил вызов госпоже Ремесе ку Дрэгон. Вам известно об этом?
Когда Пипинель кивнула, капитан положил руку на бим-сорд на поясе и серьезно произнес:
— Пожалуйста, предъявите доказательство того, что вы — сородич Божественного Дракона.
Пипинель протянула руку и высвободила магическую энергию. На её ладони засияли плотные узоры, похожие на письмена или символы. Капитан выхватил из-за спины устройство, напоминающее сканер штрих-кодов в магазине, и провел им по руке. Раздался механический голос: «Совпадение подтверждено», после чего капитан глубоко поклонился.
— Прошу прощения за сомнения, госпожа Пипинель ку Дрэгон.
— Всё в порядке.
Это была процедура проверки на случай, если кто-то попытается имитировать внешность Пипинель. Вполне логично, но чтобы потребовать такого, нужно иметь немалую смелость.
Капитан заговорил снова, стараясь разрядить напряженную атмосферу:
— По какой причине вы вернулись на корабль? Устроить вечеринку в период учебно-боевой тренировки — это одно, но ваше пребывание на семейном линкоре может еще сильнее ударить по вашей успеваемости.
Капитан знал о вечеринке. Вряд ли Пипинель сама рассказала ему об этом. Учитывая шантаж, она скорее хотела бы это скрыть. Видимо, он узнал через собственную информационную сеть.
«Впечатляет, но всей подоплеки он не знает».
Похоже, он не придал этому большого значения. В конце концов, всегда найдутся незрелые отпрыски, устраивающие приемы для местных авторитетов во время учений.
— Ситуация изменилась. Капитан, немедленно начать подготовку к бою.
Решительные слова Пипинель вызвали новую волну шепота. Лицо капитана мгновенно посуровело. Но прежде чем он успел что-то сказать, Пипинель опередила его:
— Пираты испортили мой праздник. Это не что иное, как оскорбление моего Рода. Как сородич, я собираюсь покарать пиратов, не знающих своего места.
— ...Прошу вас, подождите. Данный линкор был направлен для вашего сопровождения, госпожа Пипинель. Разумеется, оскорбление Рода Дрэгон недопустимо, но мы должны дождаться одобрения главы Рода...
— Эй, дядя.
Я сделал шаг вперед. Капитан нахмурился. Мало того, что я, обладая гораздо более низким званием, прервал его, так еще и заговорил на «ты» — это не могло не вызвать ярости. Но раз уж элита высшего класса признала меня «товарищем», я не мог отступать. Если я сейчас прогнусь, это лишь даст им повод давить дальше.
Я осклабился, не обращая внимания на кровь в уголках рта:
— У нас нет времени на разговоры с тобой. Решай прямо сейчас. Будешь подчиняться или нет?
Капитан сжал кулаки. По его яростному взгляду было ясно, что он готов избить меня на месте. Однако это было бы крайним неуважением к Пипинель, которая представила меня как своего спутника.
Капитан хранил молчание. Подождав три секунды, я посмотрел на Пипинель. Поймав мой взгляд, призывающий её к действию, она зажмурилась на мгновение, а затем достала из-за пазухи некий жетон, похожий на печать власти.
— Капитан линкора «Драко», Дельчапогот. Как носитель символа Рода, я приказываю тебе.
Капитан вздрогнул и тут же опустился на одно колено.
— С этой минуты ты временно отстраняешься от должности. Перейди на эсминец внутри линкора и ожидай там приказа главы Рода.
— Слушаюсь.
Несмотря на абсурдность распоряжения, в его голосе не было ни капли протеста или недовольства.
«Невероятное зрелище».
Если рассуждать здраво, отстранение капитана линкора — корабля размером с город, несущего в себе эсминцы — офицером 4-го класса было бы полнейшим бредом с точки зрения иерархии. Даже если этот офицер — представитель золотой молодежи.
Но...
Этот корабль с эмблемой Рода Дрэгон принадлежал лично Роду. Флоты, принадлежащие Великим Родам, лишь формально числились в составе Федеральных сил, но по сути являлись их частными армиями. Поэтому приказы прямых потомков Рода, пусть даже подростков, были абсолютны.
— И еще! — Пипинель, прогнавшая капитана, повернулась ко мне. — Я назначаю офицера высшего класса Полскуро исполняющим обязанности капитана линкора «Драко».
Шок. От этого беспрецедентного назначения все присутствующие буквально лишились дара речи. Я и сам на секунду задумался, не наложил ли я на Пипинель какое-нибудь истинное гипнотическое заклинание, пока сам того не знал — что уж говорить об остальных.
Вместо того чтобы задавать глупые вопросы, я опустился на одно колено и благоговейно произнес:
— Слушаюсь.
Мы величественно вошли на мостик и взяли управление под свой контроль. По огромному кораблю мгновенно разнесся приказ о боевой готовности. Пипинель села в кресло капитана и устало потерла лицо.
— Если эта затея провалится, мне конец. Старейшины Рода признают меня окончательно никчемной.
Я промолчал, слушая эти унылые причитания. Во-первых, я не мастер утешать, а во-вторых, она была абсолютно права.
Объективно говоря, действия Пипинель выглядели так:
Пока другие обычные студенты в поте лица тренировались, она, пользуясь своим положением элиты, устроила вечеринку.
Весело пировала, а когда произошел инцидент с отравлением, взбесилась, как ребенок, у которого сломали любимую игрушку.
Вместо того чтобы передать дело соответствующим службам Федерации, она пришла в ярость, заявив об оскорблении её Рода.
Используя статус родителей, она даже сместила действующего капитана и захватила корабль для атаки.
...И на Земле, и в этом мире таких личностей называют «полнейшим отребьем». В романах или мангах такие персонажи обычно получают по заслугам, даря читателям чувство справедливости и удовлетворения.
Как и сказала Пипинель, если план провалится, ей крышка. Её будут называть мусором в человеческом обличье, ежедневно полоскать в СМИ, и она получит титул «худшей негодяйки-сестры», став прекрасным фоном и удобрением для того, чтобы Ремеса ку Дрэгон сияла еще ярче.
Я выждал драгоценные десять секунд, чтобы она успокоилась, и заговорил:
— Я хочу обсудить дальнейшие действия.
— ...А что тут обсуждать? Просто соберем флот, выстроим систему командования и атакуем, вот и всё, — буркнула Пипинель. Это действительно был очевидный ответ, и до недавнего времени я думал так же.
Я усмехнулся:
— Раз уж ты всё равно стала негодяйкой, почему бы не сыграть эту роль до конца?
[Бордан — точка зрения]
— Господин Бордан! Беда!
Дверь с грохотом распахнулась, прервав мой досуг. Я свирепо уставился на ворвавшегося подчиненного, не отрываясь от пышной груди женщины, сидевшей у меня на коленях.
— Ах ты щенок! Я же говорил не мешать, когда я с женщиной!
— П-простите, господин!
— Проваливай живо!
Я рявкнул в сердцах, но подчиненный не ушел. Вместо этого он указал пальцем наружу и, заикаясь, произнес:
— Возле Колонии появился боевой корабль Федерации.
— Что?! Что ты сказал?!
Я оттолкнул женщину и бросился вон из комнаты. Добравшись до ситуационного центра, я увидел на экране громаду федерального боевого судна. Сердце ушло в пятки, но, разглядев, что корабль всего один, и увидев на его броне эмблему рычащего дракона, я с облегчением выдохнул. А затем отвесил подчиненному подзатыльник.
— Он же всего один! К тому же нам и так было известно о прибытии прямого потомка Рода Дрэгон. Чего ты панику наводишь?
Будь они настроены враждебно, привели бы целую армаду, а главное — атаковали бы внезапно. В таком случае мы бы понесли огромные потери. Всё еще ворча из-за прерванного удовольствия, я победно улыбнулся.
«Этот парень Багишита... Похоже, у него всё получилось».
Прямой потомок одного из Семи Великих Родов и её друзья, внезапно прибывшие в это захолустье. Видимо, у них свои причуды: отложив учебно-боевую тренировку, они закатили вечеринку. Жалкое зрелище, проявление чувства собственного превосходства, но нам это только на руку. Это шанс завести знакомство с членом одного из Семи Великих Родов.
Поскольку вечеринка была неожиданной, мы не успели подготовить достойные подарки, но отправили всё самое редкое, что у нас было, и даже послали Багишиту, который съел собаку на соблазнении женщин. Мы просто закинули удочку, не особо надеясь на результат, но раз они прибыли сюда, значит, мы сорвали куш.
Один из подчиненных за пультом управления произнес:
— Босс. Корабль Федерации запрашивает общую связь со всей Колонией. Как поступим?
— Тц.
Вечно эти выскочки из великих семей пытаются выделиться при любой возможности. Наверняка собирается толкнуть речь о своем величии. Те, кто постарше, еще куда ни шло, но этой девчонке из Рода Дрэгон всего шестнадцать. Самый возраст, когда хочется внимания.
Это раздражало, но раз дела идут в гору, не стоило портить момент.
Я кивнул, и на экране появилось лицо юной, но красивой девушки. Скорее всего, сейчас её транслируют на всех экранах моей Колонии.
«А?»
Почему-то эта девчонка не выглядела довольной подарками. Напротив, от её облика веяло чем-то зловещим. В этот момент Пипинель ку Дрэгон закричала:
[Пират Бордан! Как ты посмел подослать своего человека на устроенный мною приём, чтобы отравить офицера Федерации! Это тягчайшее преступление против законов Федерации и несмываемое бесчестие для Рода Дрэгон, возглавляющего Семь Великих Родов. Именем меня, Пипинель ку Дрэгон, я покараю тебя!]
...Что?
От этих запредельных слов мысли на мгновение замерли. Из-за этого я упустил идеальный момент, чтобы прервать трансляцию.
Пипинель обнажила бим-сорд и направила его в сторону экрана.
[Все, кто не имеет отношения к пирату Бордану, сложите оружие и сдавайтесь. Любой, кто окажет сопротивление, будет наказан так же, как и Бордан!]
— П-прекратить! Немедленно отключите связь!
Экран погас. Мы прервали речь, но было уже слишком поздно. Я совершенно не понимал, что произошло, но реальность была предельно сурова и беспощадна.
ГРА-А-А-АХ!
Колонию сотряс мощный удар. Подчиненный, уставившийся в приборы, закричал, срываясь на визг:
— Вражеский корабль начал атаку!
О Боже...
Обновлено: 10.04.2026