Когда Иван Сергеевич Тургенев вошел в гостиную, его мать, Варвара Петровна Лутовинова, распекала дрожащую от страха служанку.
Это была властная и решительная женщина средних лет, с которой явно не стоило шутить. Несмотря на невысокий рост и некоторую худобу, когда она начинала выговор, слуга перед ней не смел и глаз поднять. Девушка лишь стояла, низко опустив голову, ее тело мелко дрожало, и лишь изредка она пыталась пролепетать что-то невнятное, но тут же испуганно умолкала.
И дело было не только в словах. Дойдя до пика гнева, эта богато одетая женщина внезапно вскочила и отвесила служанке две звонкие пощечины.
Впрочем, для десятилетней девочки побои были еще не самым страшным. Она даже чувствовала некоторое облегчение, ведь во всем имении Спасское-Лутовиново не было человека, который не знал бы крутого нрава помещицы Варвары Петровны.
Крепостных могли высечь за не вовремя убранный снег или разбитую посуду. Однажды она приказала привязать крестьянина в конюшне и пороть его несколько часов подряд, после чего тот остался калекой.
Бывало, она заставляла слуг стоять коленями на битом стекле или босиком на морозе, а некоторых заковывала в цепи для работ.
Как-то раз одного старого слугу сослали на поселение в Сибирь только за то, что он не успел снять шапку, когда она проезжала мимо, и его семейное положение не было принято в расчет.
Словом, истории о помещице Варваре Петровне были известны в имении каждому, так что пара пощечин считалась делом житейским.
К тому же, по правде говоря, подобные порядки в тогдашней России не были редкостью. Можно сказать, они встречались на каждом шагу.
Если одна сторона четко осознает, что другая полностью от нее зависит, какими станут их отношения?
Даже в более поздние времена находилось немало начальников, которые, обладая хоть какой-то властью, третировали подчиненных как рабов. Что же говорить о временах, когда помещик обладал почти безграничной властью над крепостным?
Но вернемся к делу. Увидев эту сцену, Тургенев спросил:
— Матушка, что произошло?
— Ослепла она, что ли! Я только вернулась, а она и не подумала подать мне чаю. Уж не бес ли ей глаза застил? — услышав голос сына, женщина медленно обернулась. Выражение ярости на ее лице мгновенно исчезло. Хотя она по-прежнему выглядела властной и суровой, черты ее заметно смягчились. — Милый мой Ваничка, зачем ты пришел?
— Отпусти ее, отпусти! Я сам налью тебе чаю, не стоит из-за таких пустяков мучить девчонку! — молодой человек, отличавшийся мягким нравом, казалось, был слегка раздосадован. Проводив служанку благодарным взглядом и велев ей поскорее уйти, он взял чашку, чтобы налить матери чаю.
Заметив это, Варвара Петровна, хоть и была недовольна его возражением, всё же промолчала. Когда молодой Тургенев поставил чай перед матерью, он с нетерпением произнес:
— Я прочел удивительный рассказ, совсем короткий. Матушка, позволь мне прочесть его тебе! Тебе непременно нужно это услышать!
— Хорошо, Ваничка, читай, — видя волнение сына, Варвара Петровна не стала его расстраивать. Она кивнула и, прихлебывая чай, приготовилась слушать.
Юноша, собравшись с силами, начал читать статью из журнала, стараясь передать всю надежду и крик души того бедного ребенка.
— «Ванька Жуков, девятилетний мальчик, отданный три месяца тому назад...»
Закончив чтение с глубоким чувством, Тургенев с надеждой посмотрел на мать, чье лицо оставалось бесстрастным, и поспешил спросить:
— Дорогая матушка, скажи, что ты об этом думаешь?
Умудренная годами Варвара Петровна, конечно, поняла, какого ответа ждет сын. Поколебавшись, она высказала свое мнение:
— Эта подлая чета не должна была так обращаться с внуком крепостного. Это не их собственность, как они смели так жестоко с ним обходиться? В нашем имении он никогда бы не подвергся подобному обращению.
— Как вы можете так думать?
Несмотря на то, что он прекрасно знал характер матери, молодой Тургенев посмотрел на нее с недоумением:
— Вы получили прекрасное образование, вы столько видели... Неужели вы не чувствуете, что на самом деле хотел выразить автор?
— Ваничка, неужели этого ответа недостаточно? — Варвара Петровна, не терпящая возражений сына, раздраженно ответила: — Что, по-твоему, хотел сказать автор? Да, он описал положение этого мальчишки, но разве мы в этом виноваты? Ты же знаешь, я подаю нищим и жертвую церкви, многие из моих знакомых и того не делают.
И разве ты не знаешь? Многие мои знакомые продают крепостных отдельно от их детей, и до сих пор это не вызывало никаких беспорядков. Возможно, действительность вовсе не такова, какой ее рисует этот неопытный автор. Как взрослый человек может понять мысли ребенка? В этом рассказе слишком много вымысла.
— Вы меня окончательно запутали, — Тургенев снова посмотрел на мать, не зная, что и сказать.
— Это потому, что ты слишком долго пробыл вдали от дома и забыл, как нужно управлять имением, — видя, что разговор зашел в это русло, Варвара Петровна решила поделиться опытом: — Ты думаешь, с крепостными легко сладить? Стоит тебе выпустить кнут из рук, и они перестанут работать. Дай им хоть малейшую слабину, и они за твоей спиной оберут тебя до нитки, да еще и грязью облиют, мечтая растоптать тебя!
Если ты не найдешь способа держать их в узде, не создашь образ непреклонного господина, они рано или поздно пойдут против тебя! Но нужно знать меру: если действовать неправильно, они могут сговориться...
— Довольно, матушка, довольно, — не в силах больше слушать эти речи, которые он слышал уже сотни раз, юноша почувствовал, как боль в его сердце, вызванная рассказом, стала еще острее. Он лишь махнул рукой: — Мне нужно уйти, у меня назначена встреча. На этом и закончим!
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 20.02.2026