В вагоне воцарилась гробовая тишина, которую нарушал лишь едва слышный гул кондиционера да тяжелое, прерывистое дыхание двоих людей.
Снаружи под деревом все так же неподвижно стоял бумажный человек. Его яркие одежды и застывшая ухмылка казались чем-то вечным, будто он находился здесь испокон веков – или же его подкинули всего мгновение назад.
Запертые двери и плотно закрытые окна давали призрачное чувство безопасности.
Машина превратилась в металлическую клетку, которая хоть и отделяла их от неведомой, жуткой опасности снаружи, но в то же время лишала путей к отступлению.
一 Брат Ли, ты звонишь в полицию, но разве они смогут нас найти? 一 Голос Шоуцзы дрожал, он не сводил глаз с бумажной куклы, боясь, что стоит моргнуть, и та бросится в атаку. 一 И вообще, если мы столкнулись с призраком, это по какой части? Уголовной или гражданской?
一 Смогут… Обязательно смогут! 一 Ли Буду стиснул зубы, пытаясь подбодрить и себя, и товарища. 一 Насчет кодексов не знаю, но нутром чую – дело пахнет керосином.
一 Они из госбезопасности, ребята умелые, 一 продолжил он, хотя его ладони насквозь пропитались холодным потом. 一 Ты когда на запрещенные сайты лазаешь, у них сразу пометка ставится. Даже если «инкогнито» в браузере включишь, все равно вычислят.
Он говорил уверенно, но на самом деле просто не знал, что еще предпринять. Время тянулось мучительно долго, каждая секунда казалась веком. Оба были напряжены до предела, словно натянутые струны.
Чтобы хоть как-то унять удушающий страх, Шоуцзы попытался завязать разговор, по-прежнему не отрывая взгляда от фигуры под деревом:
一 Брат Ли… Как думаешь… она может двигаться?
一 Не накручивай себя! 一 огрызнулся Ли Буду, хотя его собственное сердце болезненно сжалось. 一 Не подсказывай этой твари, мать её за ногу! А то послушает тебя и впрямь решит прогуляться, что тогда делать будем?
一 Это просто бумажная поделка! Наверняка ветром качает! 一 Он старался убедить в этом не только друга, но и самого себя.
В этот момент Ли Буду почувствовал, что шея затекла. Он инстинктивно повел головой, желая размять позвонки. В то самое мгновение, когда он отвернулся…
一 А-а-а-а!! Двинулась! Она двинулась! Брат Ли! Она шевелится!!
Шоуцзы взвизгнул, как кот, которому прищемили хвост. Он едва не подпрыгнул на водительском сиденье, тыча дрожащим пальцем в окно. Его лицо стало белее мела.
Ли Буду от этого вопля чуть душу не выронил, сердце едва не выскочило из горла. Он резко развернулся к окну…
Бумажный человек стоял на месте. Поза, улыбка, наклон головы – ничего не изменилось. По крайней мере, так ему подсказывала память, хотя уловить микроскопические изменения было почти невозможно.
Ночной ветер колыхнул цветную бумагу, но в остальном всё было тихо.
一 Ты чего орешь, идиот?! 一 прошипел Ли Буду, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. 一 Где она двинулась? Просто ветром дунуло! Ты меня до инфаркта доведешь!
Шоуцзы никак не мог отдышаться. Его глаза округлились, а рука, указывающая на куклу, ходила ходуном.
一 Нет… это не ветер! Брат Ли, когда ты голову отвернул, она… она голову повернула! Точно в нашу сторону! Клянусь, я ясно видел! Всего на миг! А как ты обернулся – снова замерла!
Он говорил предельно серьезно, с таким неподдельным ужасом, что это не было похоже на шутку или игру воображения. Глядя на то, как Шоуцзы едва не плачет, Ли Буду почувствовал, как внутри тревожно забило в набат.
Он знал: хоть Шоуцзы иногда и бывает пустозвоном, в такой момент он не стал бы врать.
一 Тебе показалось… Перенервничал, вот и померещилось…
Голос Ли Буду звучал неуверенно. Он снова впился взглядом в бумажную фигуру, словно пытаясь пригвоздить её к месту. Затем он хлопнул Шоуцзы по плечу и указал на сенсорную панель управления:
一 Твоя ласточка умеет аудиокниги читать?
一 Да… может. А что ты хочешь послушать?
一 Включай «Избранное» Мао Цзэдуна.
Шоуцзы на мгновение завис, но быстро нашел нужное в поиске. Вскоре из динамиков зазвучал густой, уверенный мужской голос, читающий текст. Знакомые с детства строки немного утихомирили первобытный ужас в их сердцах.
Хотя, конечно, в смысл они не вслушивались.
Наступило молчание, еще более гнетущее, чем раньше. Они больше не разговаривали. Всё их внимание было приковано к жуткой кукле. Они не смели даже моргнуть, словно ведя с ней безмолвный поединок.
Минуты через две глаза Ли Буду нестерпимо защипало. Он не выдержал и быстро моргнул.
И стоило его векам сомкнуться!
一 Опять! А-а-а! Она улыбается! Рот стал еще шире!!
Шоуцзы снова зашелся в истошном крике, граничащем с нервным срывом. Он даже судорожно дернул ручку двери, проверяя, заперта ли она.
Ли Буду вытаращился на улицу. Бумажный человек стоял на месте, но изгиб улыбки… неужели он и впрямь стал больше? Нарисованный тушью рот теперь казался более загнутым вверх, более зловещим.
Волна холода пробежала от пяток до самого затылка. Поддавшись панике, Ли Буду почувствовал, как его тело начинает бить мелкая дрожь.
一 Брат Ли… что-то не так… всё не так! 一 Шоуцзы вдруг осенило, и в его голосе прорезалось новое открытие. 一 Она… она как будто за тобой следит! Когда ты на неё смотришь – она не шевелится. Но стоит тебе отвернуться или моргнуть – она действует!
一 Чушь собачья! 一 выругался Ли Буду, но сердце екнуло. Он вспомнил: действительно, оба раза, когда Шоуцзы видел движение, он сам либо отворачивался, либо моргал. Неужели всё именно так?
Ощущение чего-то абсурдного и в то же время кошмарного накрыло его с головой.
一 Брат Ли! Ты… попробуй еще раз! Отвернись! Быстрее! Ну же!
Шоуцзы вцепился в эту догадку как в спасительную соломинку. Его голос дрожал от истерики.
Ли Буду не хотел. Меньше всего на свете ему хотелось проверять эту теорию. Но, глядя на обезумевшего от страха друга и на ухмыляющуюся куклу за окном, он стиснул зубы и решился.
一 Черт с тобой! Давай проверим!
Он резко повернул голову к Шоуцзы, так быстро, что в шейных позвонках отчетливо хрустнуло. И в ту же секунду!
一 Двинулась! Голова! Она голову повернула! Прямо на тебя смотрит!! 一 завопил Шоуцзы.
Ли Буду мгновенно обернулся назад.
Ему показалось, что голова бумажного человечка совершила едва уловимое движение, возвращаясь в исходное положение. Кукла всё так же смотрела вперед, но улыбка стала еще шире, словно высмеивая их тщетные попытки защититься.
一 Брат Ли, отвернись еще раз, 一 попросил Шоуцзы, сглатывая слюну.
Ли Буду на мгновение замешкался. Обычно, когда Шоуцзы говорил таким тоном, в его голове рождались совершенно идиотские идеи. Но частенько именно такие дурацкие методы работали против всякой чертовщины.
Ли Буду и самого охватил какой-то злой азарт, порожденный ужасом. Твою мать, неужели какая-то бумажка их одолеет?
Он снова резко отвернулся!
一 Опять! Рука! Она подняла руку! 一 взвизгнул Шоуцзы.
Резкий разворот обратно! Ему почудилось, что он видит смазанный след опускающейся бумажной руки.
一 Поворачивайся!
一 Нога! Она ногу подняла! Она идти сюда собралась!
一 Назад!
一 Глаза! У неё глаза вращаются! Она на меня смотрит! А-а-а-а! 一 Голос Шоуцзы перешел в надрывный плач.
一 Еще раз! Быстро!
一 Назад!
一 Снова!
一 Обратно!
Они будто впали в транс. Один исступленно вертел головой туда-сюда, другой срывающимся голосом докладывал о каждом жутком изменении в позе куклы.
Салон наполнился криками Шоуцзы и тяжелым дыханием Ли Буду. С каждым разом амплитуда движений бумажного человека росла: от легкого наклона головы до явных взмахов руками, шагов и даже наклона всего корпуса в сторону машины!
Улыбка куклы растянулась до неестественных пределов, занимая едва ли не половину лица. В нарисованных тушью глазах теперь читалась отчетливая, почти осязаемая злоба и жадность.
Она больше не таилась. Её движения становились всё более явными и быстрыми.
一 Хватит, брат Ли, не отворачивайся больше! 一 крикнул Шоуцзы. 一 Если ты еще раз отвернешься, мне кажется, эта тварь на нас прыгнет!
Ли Буду замер, вытаращив глаза и не смея шевельнуть шеей. Но надолго ли его хватит? Глаза уже болели от сухости, наливаясь тяжестью.
Внезапно Шоуцзы дрожащей рукой протянул телефон. Включил экран, нажал на камеру, выставил режим селфи. Раздался щелчок затвора.
На экране появилось фото: выпученные глаза Ли Буду и его напряженная шея.
Под пристальным взглядом друга Шоуцзы открыл этот снимок и развернул телефон экраном к окну, прямо навстречу бумажному человеку.
Ли Буду инстинктивно моргнул, но на этот раз… кукла не шелохнулась.
一 Твою мать, Ли Буэр, ты просто гений! 一 воскликнул Ли Буду, даже не заметив, как назвал друга по имени. 一 Не зря бабушка Чэнь говорила, что второго такого умника на свете не сыскать! Ты неповторим!
Он в порыве чувств даже обнял Шоуцзы.
Тот самодовольно поправил прическу:
一 А то! Думаешь, почему Ньютон и Гаусс родились раньше меня? Просто знали, что нужно подсуетиться, пока я не пришел и не затмил их своим талантом.
一 Ой, да ладно тебе. Я прямо чувствую, как умнею, просто вдыхая с тобой один воздух, 一 Ли Буду поднял большой палец вверх. Но затем «по-доброму» приобнял его за плечо: 一 Слушай, раз ты знал этот способ, почему сразу не применил?
一 Ну, я же видел, брат Ли, как ты увлекся, 一 невинно ответил Шоуцзы. 一 Решил, что ты в детство впал, в «море волнуется раз» с куклой играешь. Не хотел портить тебе веселье.
一 Ты…
Пока они препирались, уголки рта бумажного человека начали конвульсивно дергаться. Его тело задрожало. Экран телефона в руках Шоуцзы пошел рябью, изображение начало двоиться.
Ли Буду не успел договорить и даже не успел повернуть голову, как краем глаза заметил нечто снаружи.
Яркая бумажная фигура будто лишилась веса и, вопреки всем законам физики, рванулась с места. Раскинув руки, с улыбкой до ушей, она взмыла в воздух.
Словно огромная, пестрая летучая мышь, кукла метнулась прямо к их машине. Её движения были невероятно стремительными – никакой бумажной медлительности!
一 А-а-а-а-а!!
Ужас парализовал их. Перед лицом этой немыслимой угрозы сработали древние инстинкты.
Шоуцзы в панике вдавил педаль газа в пол, обезумев, он начал лупить руками по рулю, издавая нечленораздельные вопли. Мотор захлебнулся, машина заглохла, фары погасли.
В голове Ли Буду воцарилась абсолютная пустота. Мышцы одеревенели от страха. Он вскинул руки, закрываясь, словно это могло защитить его от нечисти. Его рот широко раскрылся в истошном, запредельном крике, какого он сам от себя не ожидал:
一 А-а-а-а-а-а-а!!
Крик прорезал тишину салона и разлетелся над мертвым участком дороги.
И тут произошло невероятное.
Бумажный человек, уже почти врезавшийся в стекло, в то самое мгновение, когда Ли Буду закричал, вдруг изменился. На его нарисованном лице, в этих глазах из туши, промелькнул почти человеческий, беспредельный ужас.
Словно он встретил своего самого страшного врага.
Тварь попыталась отпрянуть, сбежать, но инерция была слишком велика. Прямо перед широко раскрытым ртом Ли Буду воздух на мгновение исказился, создавая мощный невидимый вихрь.
Летящую куклу словно схватила гигантская рука и начала сжимать. Не издав ни звука, бумажное тело смялось, скрутилось и начало деформироваться прямо в воздухе.
Бумага и бамбуковые щепки затрещали под невидимым прессом. Огромный жуткий человек меньше чем за секунду превратился в тонкую струю разноцветной энергии, похожую на пучок шелковых нитей.
Раздался тихий свист.
Этот поток энергии, как вода в воронку, целиком втянулся в широко раскрытый рот кричащего Ли Буду.
И исчез.
Снаружи стало пусто.
Будто никакого бумажного человека никогда и не было.
Всё случилось слишком быстро, слишком странно, за гранью всякого понимания.
一 Кх… кха…
Крик Ли Буду оборвался. Он захлопнул рот, издав странный звук, будто подавился. Он так и сидел с поднятыми руками, зажмурившись.
Лишь спустя долгое время они осмелились приоткрыть глаза.
От куклы не осталось и следа. Она растворилась в ночи.
Глаза приятелей медленно округлились. В машине повисла тишина – на этот раз совершенно абсурдная.
一 Ик…
Через пару секунд Ли Буду громко и отчетливо икнул.
Странное чувство поднялось из желудка. Это не была тошнота. Напротив, он ощутил… необычайную сытость. Тепло быстро разлилось по телу, смывая холод и слабость, вызванные страхом. Он почувствовал небывалый прилив сил.
Но в то же время где-то на задворках сознания послышался едва уловимый шепот, похожий на шелест бумаги. Впрочем, звук тут же растаял.
Ли Буду выдохнул. Изо рта вылетело легкое облачко пара с запахом жженой бумаги и пепла, которое тут же рассеялось.
Они переглянулись. Лица обоих выражали крайнюю степень ошеломления.
一 За… заводи, 一 дрожащим голосом выдавил Ли Буду.
Чик-чик… Рррым!
Ключ повернулся, двигатель заурчал, в салоне снова вспыхнул свет.
Шоуцзы наконец обрел дар речи, хотя его голос напоминал шуршание наждака:
一 А этот… бумажный… куда делся?
Ли Буду машинально потрогал горло, затем живот. Лицо его было воплощением растерянности:
一 Я… я не знаю…
Они принялись лихорадочно ощупывать себя. Убедившись, что всё цело, немного успокоились. Но радость спасения меркла перед осознанием того, что произошло нечто совершенно немыслимое. Их привычная картина мира рассыпалась в прах.
И в этой мертвой тишине, сквозь щель в окне, вдруг донеслось тихое, призрачное пение.
Мелодия была странной и заунывной, похожей на старинный погребальный плач. Слова разбирались с трудом, долетали лишь обрывки фраз:
«Месяц тусклый… свет мерцает… звон в ушах… дух отлетает…» «В край теней… нет пути назад… кони да кареты… у ворот стоят…»
«Ждет невесту… алый наряд… косы заплетем… свершим обряд…»
Песня плыла в воздухе, казалось, она звучит отовсюду и ниоткуда, пробирая до костей своим ледяным спокойствием.
Ли Буду и Шоуцзы вздрогнули. Все их мысли об исчезнувшей кукле тут же вылетели из головы.
Они в ужасе уставились вперед, туда, откуда доносились звуки.
Там, посреди дороги, в дрожащем свете фонарей, возник силуэт.
Это была женщина. Она сидела спиной к ним прямо на асфальте, облаченная в ярко-красное, широкое одеяние, напоминающее древний свадебный наряд. Её иссиня-черные волосы каскадом спадали до самой талии.
Она медленно, размеренно проводила старинным деревянным гребнем по своим прядям. Её движения были изящны и полны достоинства.
И именно от неё исходило это тоскливое, леденящее душу пение.
Ли Буду и Шоуцзы оцепенели.
Обновлено: 12.07.2026