Седьмой район, штаб-квартира Банды Черной Змеи.
В ярко освещенном офисе было тихо.
Иллюзионист, исполняющий роль советника, медленно и изящно протирал золотые очки шелковым платком.
— Господин советник, люди, посланные за тем парнем, вернулись. — В кабинет, тяжело дыша, ворвался подручный с иссеченным шрамами лицом и негромко доложил:
— Сячжоу не нашли. В контейнере пусто.
Иллюзионист не прервал своего занятия и даже не поднял взгляда. Его голос звучал ровно:
— Ожидаемо. Он не дурак: разорвав контракт, он бы ни за что не остался на месте.
— Впрочем, — продолжил он, — куда может податься ничтожный простолюдин, даже не ставший спиритуалистом? Ему не вырваться из наших рук. Ищите не спеша.
В этот момент у подручного зазвонил телефон. Послушав трубку пару секунд, он с более чем странным выражением лица произнес:
— Господин советник… есть новости. Его выследили. Он вошел во Внутренний город.
— О? — Рука Иллюзиониста, протиравшая очки, на мгновение замерла. Уголок его губ изогнулся в предвкушающей улыбке. — А это уже любопытно. Нашел лазейку во Внутренний город?
Он снова надел очки.
Во Внутреннем городе действительно было несколько центров подготовки спиритуалистов для тех, кто не дотягивал до планки Университета Спиритуализма.
Но для выходцев из Внешнего города вход туда был заказан, если только они не подписывали кабальные контракты с крупными фракциями, фактически продавая себя в рабство.
— Похоже, пацан понял, что перешел нам дорогу, и в панике бросился искать защиты у других сил? — Иллюзионист пренебрежительно усмехнулся.
В его глазах Сячжоу был лишь забитой крысой, у которой в тупике остался один путь: продать себя в качестве пушечного мяса или подопытного кролика. Мысль о том, что Сячжоу мог поступить в Университет Спиритуализма, не задержалась в его голове и на секунду.
— Какая нелепость, — пробормотал он. — В такое место попадает только элита Внутреннего города. Огромная плата за обучение, проверка биографии… исключений не бывает.
Десять миллионов за учебу – это лишь порог входа, не говоря уже о том, что нужно быть добропорядочным гражданином Города Счастья в третьем поколении. Разве что он внебрачный сын какого-нибудь мастера седьмого ранга или имеет невероятные связи.
Но будь он такой важной персоной, разве гнил бы он в вонючем контейнере во Внешнем городе, питаясь лапшой быстрого приготовления?
— Проверьте, — Иллюзионист легонько постучал пальцами по столу. — Разузнайте, какая именно сила его приютила. Если это те, с кем нам не с руки ссориться, так и быть – сделаем им одолжение и забудем об этом.
— Но если это какая-нибудь второсортная шайка… — В глазах Иллюзиониста блеснула жестокость. — Тогда дайте ему понять: Банда Черной Змеи хоть и заправляет во Внешнем городе, но и во Внутреннем имеет друзей. За разрыв нашего контракта придется платить.
В этот миг в комнату вбежал еще один приближенный. Его лицо было бледным как полотно:
— Господин советник! Беда! Иллюзионист… Иллюзионист мертв!
Улыбка мгновенно застыла на лице советника. Он быстро прошел в потайную комнату в глубине офиса. Там рядами стояли мерцающие хрустальные шары, каждый из которых был связан с жизнью одного из спиритуалистов банды.
Он остановился прямо перед шаром, под которым была табличка с именем «Иллюзионист».
Некогда прозрачная сфера теперь была покрыта паутиной трещин, а свет внутри нее полностью погас.
— Действительно мертв… — Советник глубоко вздохнул и прижал ладонь к ледяному треснувшему хрусталю, активируя свою способность.
В его сознание хлынул обрывистый поток информации. Последний запечатленный образ – холодное лицо Сячжоу.
— Это он его убил… — Лицо советника исказилось от ярости.
Раздался хруст. Хрустальный шар окончательно рассыпался в его руке, осколки впились в ладонь, и алая кровь закапала между пальцев.
Ситуация в корне изменилась. Разрыв контракта – это лишь пощечина, но убийство ключевого члена банды – это удар по самым корням организации!
Если Сячжоу не умрет, как Банда Черной Змеи сможет удержать авторитет в Городе Счастья? Кто вообще станет с ними считаться?
— Хорошо! Очень хорошо! — Прорычал он сквозь зубы. — Плевать, к кому ты прибился, ты сдохнешь!
Хотя «Кодекс общественной безопасности Города Счастья» запрещал открытые расправы во Внутреннем городе, он, как юрист, знал сотню способов превратить чью-то жизнь в ад, не нарушая закона.
— Раз уж ты зашел во Внутренний город, где чтут «правила», я уничтожу тебя этими же «правилами».
Советник что-то вспомнил, и на его губах заиграла жестокая усмешка:
— Говорят, дядя Сячжоу задолжал кучу денег во Внутреннем городе?
Ну что же, пора сообщить той конторе по выбиванию долгов, что племянничек объявился.
— И еще: где этот его дядя? Найдите его и схватите немедленно. Я хочу лично содрать с него проценты.
***
Внутренний город.
Вивиан привела Сячжоу в административный центр университета. Исключительный статус Университета Спиритуализма подтверждался даже тем, что прямо здесь можно было оформить карту личности Внутреннего города.
Они направились прямиком к VIP-окну, предъявив личный знак госпожи Розы.
Сотрудник мгновенно подобрался и без лишних вопросов включил «зеленый свет» по всем пунктам.
Прошло всего десять минут, и в руки Сячжоу легла абсолютно черная карта с золотым тиснением по краям.
— Это ваша карта личности. Она уже привязана к реестру Университета Спиритуализма, что дает вам статус гражданина Внутреннего города.
Как только пальцы Сячжоу коснулись карты, в его голове раздался мелодичный сигнал уведомления:
[Дзинь! Обнаружен легальный счет владельца.]
[Системная награда зачислена: 200 000 юаней!]
Уголки губ Сячжоу слегка приподнялись. В этом городе карта личности служила одновременно и банковским счетом.
Вивиан привычно сделала несколько пассов над консолью своего терминала:
— Так, с картой закончили, доступ я тебе открыла. Теперь тебе нужен личный терминал.
Во Внешнем городе сигнал ловил лишь в немногих местах, поэтому терминалы там почти не покупали – да и стоили они непомерно дорого для местных. Но во Внутреннем городе без него никуда: еда, жилье, транспорт – все завязано на это устройство. По сути, аналог смартфона из прошлой жизни Сячжоу.
Пока они шли к торговому центру на территории кампуса, Вивиан деловито перечисляла льготы:
— Как ученик мастера, ты будешь получать ежемесячное пособие в три тысячи юаней, оно будет падать прямо на карту. Плюс бесплатный доступ к инфраструктуре и возможность посещать дорогущие платные курсы.
Заметив, что Сячжоу слушает без особого энтузиазма, она не удержалась и подчеркнула:
— Не думай, что это мелочи! Знаешь, сколько стоит одна лекция у именитого мастера? Десять тысяч! За год сэкономишь целое состояние!
Они вошли в роскошный магазин электроники.
— Вон там есть бюджетные модели для студентов, можно взять за пару-тройку тысяч, соотношение цены и… — Вивиан указала на стойку в углу, но осеклась, заметив, что Сячжоу с интересом рассматривает центральную экспозицию.
Он словно не видел длинную вереницу нулей на ценнике и указал на новейшую модель голографического терминала-браслета. На черном матовом корпусе был выгравирован благородный золотой дракон.
— Вот этот, — спокойно обратился Сячжоу к продавцу, — в максимальной комплектации.
Продавец опешил:
— Молодой человек, эта модель стоит 50 000 юаней, скидок на нее нет…
— Спишите с карты, — Сячжоу просто положил на прилавок карту, полученную десять минут назад.
Пилик! — Оплата прошла успешно.
Вивиан, стоявшая рядом, едва не выронила челюсть.
Эта карта была пустой! Она сама видела, как ее выдавали! Откуда там деньги? И сразу пятьдесят тысяч?!
Единственное логичное объяснение – госпожа Роза тайно приглядывает за Сячжоу! Видимо, как только карта была активирована, учитель со своего счета перевела ему кругленькую сумму. Может быть, она пообещала это заранее, раз Сячжоу тратит так уверенно.
Глядя на Сячжоу, который настраивал новый терминал, Вивиан внутренне вопила: «Точно внебрачный сын! Карта только из печати, а деньги уже там! Это ж как надо бояться, что сыночек будет нуждаться!»
«Я на одну порцию духовной еды за десять тысяч три месяца коплю, а он мимоходом швыряет полтинник за гаджет!»
«Ох… кажется, я влипла в историю с большой шишкой!»
Сячжоу покосился на Вивиан и заметил, что она смотрит на него со смесью зависти, подозрения и благоговения.
— Что такое? — Спросил он. Но на самом деле ему было все равно, что там навоображала себе «старшая сестра».
Обновлено: 10.07.2026