Закат окрасил улицы в перенасыщенный оранжево-красный цвет, словно текстура, которую видеокарта отрендерила с ошибкой.
Лу Жэнь и Цинцзэ Ячжи шли плечом к плечу, их тени вытянулись в тонкие линии. Дойдя до развилки, оба остановились с идеальной синхронностью.
— До завтра, мистер «Кирпич», — Цинцзэ Ячжи помахала рукой, и в свете вечерней зари её улыбка показалась особенно лукавой. — …Не забудь изучить прохождение. Если в субботу проиграешь с треском, я сделаю вид, что мы незнакомы.
— Будь спокойна, — Лу Жэнь лениво отмахнулся. — …В чем я мастер, так это в загрузке сохранений.
Проводив взглядом девушку, легко перепрыгнувшую в соседний двор, Лу Жэнь развернулся и толкнул ворота своего дома.
Едва он сменил обувь, как по коридору поплыл густой, властный аромат.
Запах сычуаньского перца и копчения на кипарисовых ветках смешивался с жареным ароматом шкворчащего жира.
Обонятельный радар Лу Жэня включился мгновенно.
— Мам, я дома.
Он небрежно швырнул сумку, набитую волейбольными гайдами, на диван и, ведомый ароматом, рванул прямиком на кухню.
Там, спиной к нему, хлопотала женщина средних лет в фартуке. Сквозь гул вытяжки было слышно, как она ловко, с сухим щелчком подбрасывает содержимое вока – движениями, достойными мастера боевых искусств.
Лу Жэнь сунулся посмотреть.
На тарелке горкой лежали тонкие ломтики колбасы: полупрозрачные, с чередованием красного и белого, они маняще блестели маслом под лампой.
— От бабушки из Сычуани? — Лу Жэнь сглотнул слюну, и его правая рука молниеносно потянулась к кусочку с края тарелки.
Этот прием, «Ловкость рук», он отрабатывал в играх бессчетное количество раз – шанс успешного чека достигал 95%.
Однако.
В то самое мгновение, когда кончики пальцев почти коснулись колбасы, рука с лопаткой возникла из ниоткуда и точно зависла в трех сантиметрах над его запястьем.
Контакта не было.
Но от этой острой ауры меча – или, вернее, жажды убийства – пальцы Лу Жэня одеревенели прямо в воздухе.
Мать Лу повернула голову.
Лицо ухоженное, и хотя в уголках глаз залегли тонкие морщинки, взгляд оставался острым, как нож.
— Решил стащить кусок немытыми руками? — Голос матери звучал негромко, но давил безапелляционным авторитетом. — …Можешь рискнуть. Посмотрим, кто быстрее: твоя рука или моя лопатка.
[Система: Тревога. Обнаружен высокоуровневый полевой БОСС. Разница в уровнях критическая, рекомендуется тактическое отступление]
Лу Жэнь неловко хохотнул, отдернул руку и вытер её о штаны:
— Я просто хотел помочь тебе проверить на соль. Этот цвет, этот жар – просто предмет легендарного качества.
— Хватит болтать, — мать Лу закатила глаза и выложила обжаренные овощи на тарелку. — …Иди мой руки и зови отца есть. Он в кабинете уже полдня не шевелится, не знаю, что он там опять затеял.
— Слушаюсь.
Лу Жэнь отдал честь – весьма криво – и выскользнул из кухни.
Помыв руки, он подошел к двери кабинета.
Она была приоткрыта.
Лу Жэнь не стал стучать. Как ветеран стелс-игр, он прекрасно знал: если войти в лоб, увидишь лишь тщательно подготовленную декорацию.
Он ступал мягко, выровнял дыхание, сводя свое присутствие к минимуму.
Навык скрытности (пассивный) активирован.
Подобно призраку, он подплыл к дверному проему и заглянул в щель.
За столом сидел тот, кто обычно с чашкой чая и серьезным лицом рассуждал о фондовом рынке и международной обстановке – товарищ Лу Цзяньго. Сейчас он, нацепив очки для чтения, буквально распластался по столешнице.
В руке тонкий пинцет, перед ним развернута огромная схема, а вокруг – бесчисленные мелкие пластиковые детали.
Такой концентрации Лу Жэнь не видел у него даже тогда, когда сам решал пробные тесты перед вступительными экзаменами – отец был сосредоточен в десять раз сильнее.
Лу Жэнь беззвучно толкнул дверь и встал за спиной Лу Цзяньго.
Предметы на столе обрели четкость.
Белая броня, синяя покраска и та самая знаковая V-образная антенна.
— А литники-то обработаны так себе, старина Лу.
Призрачный голос Лу Жэня прозвучал у самого уха отца.
— …Шлифовка слишком грубая, будут огромные щели.
— Твою ж мать!
Лу Цзяньго дернулся всем телом, пинцет едва не вылетел из рук. Он резко обернулся, увидел родного сына и, все еще в шоке, схватился за сердце.
— Ах ты паршивец! Чего подкрадываешься без звука?! Хочешь довести отца до инфаркта, чтобы унаследовать мои долги по кредитке?
Лу Цзяньго поспешно свернул чертеж, пытаясь телом загородить предательскую кучу деталей на столе, и нацепил на лицо улыбку – неловкую, но с претензией на строгость:
— Это… я работаю. Да, чиню вот… точные приборы для компании.
Лу Жэнь скрестил руки на груди и посмотрел на отца с веселым прищуром.
— Точные приборы? — Он указал на недособранную голову робота. — …А этот прибор случайно не умеет запускать фин-фаннелы? И не требует ли он Амуро Рэя в качестве пилота?
Выражение лица Лу Цзяньго застыло.
Поняв, что раскрыт, он перестал притворяться, опустил плечи и состроил скорбную мину.
— Ладно, твоя взяла, глазастый, — Лу Цзяньго вздохнул, снял очки и потер переносицу. — …Да вот, увлекся недавно. Тут ведь… скоро годовщина свадьбы, понимаешь?
— Ха? — Лу Жэнь вскинул бровь. — …Годовщина свадьбы? И какая связь со сборкой Гандама? Ты что, хочешь выгравировать на роботе «Люблю тебя вечно»?
— Иди ты, пошляк! — Отец зыркнул на него и понизил голос: — …Это подарок твоей маме.
Лу Жэнь: «…»
Он просканировал в памяти список маминых увлечений.
Танцы на площади? Иногда.
Маджонг? По выходным.
Корейские сериалы? Каждый день.
Гандам?
Этого пункта в базе данных не существовало.
Лу Жэнь прищурился, криво ухмыльнулся и выдал свое фирменное выражение лица: «Я вижу тебя насквозь».
— Старина Лу, это нечестно, — он указал на модель. — …Ты уверен, что это нравится маме? Или это ты сам хочешь поиграть, купил под предлогом подарка, чтобы потом на законных основаниях поставить дома?
Схема была до боли знакомой.
Точно так же маленький Лу Жэнь выпрашивал игровую приставку, убеждая маму, что это «обучающий компьютер».
Это было зовом крови, мужским наследием.
Уличенный в тайных помыслах, Лу Цзяньго покраснел, но продолжал упрямиться:
— Чепуха! Это именно для мамы! Это называется… это называется мужская романтика! Мама точно поймет!
Говоря это, он посмотрел на гору сложных деталей, потом перевел взгляд на сына, и его осенило.
Лу Цзяньго схватил Лу Жэня за руку, и тон его стал заискивающим:
— Сынок, раз уж ты все видел… давай, помоги бате. Эта штука глаза ломает, буквы в инструкции меньше муравьев. Ты молодой, руки твердые, собери мне ногу.
Лу Жэнь брезгливо выдернул руку.
— Нет уж, — он отступил на шаг. — …Это же «знак внимания» для мамы. А раз это внимание, оно должно быть искренним. Что это за аутсорсинг? За бустинг аккаунта можно и бан получить.
— Что ж ты такой твердолобый! — Взмолился Лу Цзяньго. — …Я все-таки твой отец столько лет, если не заслужил награды, то хоть за старания уважь? Неужели у тебя сердце не дрогнет смотреть, как старый отец слепнет над кучей пластика?
— Я берегу твое достоинство, — праведно заявил Лу Жэнь. — …У этой вещи появится душа, только если ты соберешь её своими руками.
— Ужинать!
Из гостиной донесся звонкий крик матери Лу.
Лу Жэнь воспринял это как помилование:
— Всё, вдовствующая императрица зовет к столу. Старайся, я в тебя верю.
Бросив это, он смазал пятки салом и выскользнул из кабинета.
— Эй! Бессовестный ты… — Лу Цзяньго в отчаянии взъерошил волосы, глядя на детали, которые, казалось, насмехались над ним.
… …
За столом.
Атмосфера была мирной.
Соленый аромат колбасы и свежесть зелени сплетались в воздухе.
Лу Жэнь держал миску и жадно поглощал рис. Надо признать, мамино мастерство действительно было на уровне шеф-повара максимального ранга – каждый кусочек восстанавливал здоровье.
Лу Цзяньго сидел напротив, явно витая в облаках. Он механически жевал рис, то и дело украдкой поглядывая на жену, а затем на сына, посылая тому взгляды, полные предупреждения.
[NPC «Отец» посылает вам визуальный сигнал: Заткнись. Молчи]
Лу Жэнь сделал вид, что не заметил, и отправил в рот самый большой кусок колбасы.
— Мам, — вдруг сказал он.
— М? — Мать Лу разливала суп, не поднимая головы.
— А вот… — Лу Жэнь проглотил мясо и с невинным видом спросил: — …Тебе нравится Гандам?
— Кха… кха-кха!
Сидевший напротив Лу Цзяньго мгновенно поперхнулся супом. Он зашелся в кашле, лицо налилось багровым цветом, а глаза в ужасе уставились на Лу Жэня, словно на террориста, взрывающего ядерную бомбу.
Вот же неблагодарный отпрыск!
Решил погубить императора!
Мать Лу замерла, с недоумением посмотрела на мужа, который кашлял так, что стены дрожали, и перевела взгляд на сына:
— Гандам? Это что? Те игрушечные роботы?
— Ага, те самые пластиковые человечки, которые выглядят круто, собираются муторно и стоят несколько тысяч, — с улыбкой дополнил описание Лу Жэнь.
Лу Цзяньго в отчаянии зажмурился.
Конец.
Заначка раскрыта.
Алиби рассыпалось.
Сегодня, похоже, придется спать на полу в кабинете.
— С чего ты вдруг спросил? — Мать Лу отложила половник и серьезно задумалась.
Воздух над столом, казалось, затвердел. Лу Цзяньго задержал дыхание, ожидая приговора.
— Мне эти куски пластмассы не интересны, — равнодушно произнесла мать.
Сердце Лу Цзяньго ухнуло вниз.
— Но… — тон матери изменился, на лице проступила мягкая улыбка. — …Если это подаришь ты или твой папа, я буду очень рада. Ведь это вещь, на которую вы потратили время, в ней куда больше души, чем в просто купленной сумке.
С этими словами она положила пучок зелени в миску мужа:
— Старина Лу, ешь больше овощей, у тебя что, воспаление какое-то? Лицо такое красное.
Лу Цзяньго остолбенел.
Он моргнул, и радость чудесного спасения нахлынула волной.
— А… да, да! Есть немного! — Он закивал так часто, что едва не прослезился от умиления. — …Жена, ты тоже ешь, ешь!
Он украдкой глянул на Лу Жэня.
Тот продолжал уткнувшись в миску есть, лишь уголок рта слегка приподнялся, скрывая триумф.
Этот ход.
Это было идеальное прохождение после экстремального кайта.
— Кстати, — мать Лу словно что-то вспомнила и посмотрела на сына. — …Как там твой волейбольный клуб? Не вздумай только играть, если успеваемость упадет – конфискую все твои диски с играми.
Рука Лу Жэня с палочками замерла.
Он вспомнил давящую ауру Савамуры Дайти, убийственный взгляд Кагеямы Тобио и ту самую «Иллюстрированную тактику волейбола», что лежала в его рюкзаке.
— Не волнуйся, мам.
Лу Жэнь поднял голову, и в его глазах мелькнул едва заметный блеск.
— Этот волейбольный клуб… довольно занятный.
— …В конце концов, там меня ждет кучка парней, которых куда сложнее и муторнее проходить, чем собирать Гандам.
Обновлено: 19.02.2026