Она тоже пробралась сквозь снежный буран к этому зданию, и сейчас её вид был ещё более плачевным, чем раньше. Тем не менее, видя, как она плотно кутается в меховой плащ Великого герцога, можно было подумать, что он ей очень приглянулся.
Это вызывало у меня некое чувство удовлетворения и злорадства, но, прежде всего, этот человек был мне нужен.
— Не могли бы вы привести это насекомое, чтобы я могла с ней поговорить?
— ...Боюсь, она не поймет ваших слов.
— Всё в порядке. Я просто хочу её послушать. Разве это не любопытно?
Я ответила с беззаботной улыбкой. Старшая горничная, вздохнув и на мгновение задумавшись, обернулась.
Вскоре горничные, державшие Ю Харин, отпустили её. Ю Харин, которая до этого истерично вырывалась, принялась поправлять растрепанную одежду, что-то бормоча себе под нос.
Слов было не разобрать, но, судя по резким интонациям, это явно были ругательства. Горбатого могила исправит — её характер ни капли не изменился. Столько времени прошло с нашей последней встречи, а она всё та же. Говорят же, что люди не меняются.
Вернув себе самообладание, Ю Харин величественной походкой вошла в гостиную и уставилась прямо на меня.
Похоже, её целью была я. Поэтому, сохраняя абсолютно невозмутимое выражение лица, я смотрела на неё в ответ.
«...Ты. Ты ведь Инес, верно?»
Я мучилась сомнениями: стоит ли мне отвечать на этот вопрос?
Ю Харин, дерзко взиравшая на меня, выражала скорее не гнев, а... Хм, знакомое выражение лица. Кажется, она всегда так выглядела, когда дела шли не по её плану. Прошло уже два года с окончания школы, так что воспоминания немного стерлись.
Для начала я изобразила очень добрую и мягкую улыбку. А затем, вопреки выражению лица, выдала колкость:
— Куда это ты так нагло вылупилась? А ну, глаза в пол.
Я сказала это, чтобы проверить, понимает ли она язык этой страны. Ю Харин лишь наклонила голову набок, всё так же не понимая, о чем речь.
Зато горничные, ожидавшие у открытых дверей, в ужасе ахнули и низко склонили головы, побледнев.
«Я не вам это сказала. Пожалуйста, не пугайтесь».
Я немного испугалась, что меня могут ошибочно принять за женщину с дурным характером. Смутившись, я неловко кашлянула.
Ю Харин всё еще не понимала моих слов, поэтому я жестом пригласила её сесть на место напротив. Однако она, словно из гордости, не шелохнулась.
Затем она нагло ткнула в меня пальцем и снова спросила:
«Я спрашиваю, ты Инес? Инес?»
Я раздумывала, стоит ли отвечать, гадая, почему она с таким упорством называет мое чужое имя. По её лицу казалось... будто она страстно молит о том, чтобы я не была Инес.
«Что ж, тогда мне еще больше хочется тебя позлить».
Я слегка приподняла уголки губ, снова улыбнулась и кивнула. В тот же миг загадочные серые глаза Ю Харин бешено задрожали.
«Не может быть. В тот момент, когда я должна была попасть в этот мир, Инес определенно должна была находиться в вегетативном состоянии! Что за дела? Я совершила межмировое перемещение, так почему всё идет не по оригинальному сюжету?!»
...О чем это она вообще?
Скрежеща зубами, она раздраженно сыпала словами на корейском, который понимала только я. Однако я, не понимая сути её слов, просто ошеломленно смотрела на Ю Харин.
Её лицо постоянно менялось — эта экспрессивность, «лицо тысячи масок», осталась такой же, как и в прошлом. Она ведь собиралась стать актрисой, видимо, за это время много практиковалась.
— Ик! В-Ваше Высочество Великий герцог!
Снаружи снова поднялся шум. Горничные склонились так низко, что их лбы едва не касались пола, и выстроились вдоль стены. Увидев это, я невольно поморщилась.
И зачем он только пришел? Эх, говорил же отдыхать, а сам постоянно присылает незваных гостей. Разве это отдых?
Глядя на мужчину, уверенно входящего в гостиную, я лишь равнодушно вздохнула.
Тогда Ю Харин, до этого стоявшая с недовольным видом, выпрямилась. И тут же принялась разыгрывать роль хрупкой, нежной розы.
«Прирожденная актриса. Талант у неё незаурядный».
Я знала о ней одну вещь, неведомую другим. А именно то, что Ю Харин была падка на мужскую красоту.
Особенно когда перед ней такой красавчик — она ни за что не упустит шанса соблазнить его. Вероятность того, что она пройдет мимо, была близка к шансу выжить в авиакатастрофе на вершине горы.
Ю Харин не из тех, кто откажется от роли прекрасного цветка перед красивым мужчиной.
Ну, так даже лучше. Кто знает? Вдруг этому мужчине нравятся такие хрупкие женщины, которые вот-вот упадут в обморок? Прежняя владелица моего тела, кажется, была именно такой.
— Вы пришли, Ваше Высочество Великий герцог.
Посчитав, что поздороваться всё же стоит, я встала и поприветствовала его.
Однако он едва удостоил меня вниманием. Он лишь переводил взгляд с меня на Ю Харин.
Причем взгляд его был суровым и решительным.
— Кажется, я предупреждал тебя не действовать самовольно, пока твоя судьба не будет решена?
К моему удивлению, Великий герцог бросил это Ю Харин в крайне резкой и величественной манере. Это был самый пугающий и пробирающий до костей тон, который я слышала от него сегодня.
От него исходил такой ледяной холод, что у меня мурашки по коже пробежали.
— Поскольку я еще не выяснил, кто ты такая, за любое подозрительное движение я прикажу немедленно тебя казнить. Имей это в виду.
Ю Харин, видимо, тоже смекнула, что атмосфера накаляется. На этот раз она задрожала всем телом, словно напуганный зверек. В уголках её глаз даже заблестели слезинки.
Затем она семенящими шагами подошла к Великому герцогу, бросая на него взгляд, в котором читалась некая наивность.
...Она что, смерти ищет? Он же сказал, что убьет её за любое подозрительное движение! В такой ситуации нужно сидеть тише воды, ниже травы... Ах, она же не понимает языка этой страны. Если она продолжит в том же духе, её тонкую талию действительно перерубят пополам, и она даже пикнуть не успеет.
Я стояла на месте, настороженно наблюдая за ними обоими на случай кровавой расправы.
Его алые глаза, в которых не было ни тени колебания, бесстрастно смотрели на Ю Харин сверху вниз. Затем он перевел взгляд и встретился со мной глазами.
В этот миг мне показалось, что мое сердце ушло в пятки.
Неужели эта Ю Харин чувствует себя нормально, встречаясь вблизи с таким ужасающим взглядом?
— Глава горничных.
— Да, Ваше Высочество Великий герцог.
Старшая горничная мгновенно откликнулась на зов. Великий герцог указал подбородком на Ю Харин, но при этом не сводил с меня глаз.
— Отведи эту женщину в гостиную восточного крыла и запри её там. Прикажи установить строгий надзор, чтобы она не смела выходить или действовать по своему усмотрению.
— Слушаюсь.
Вскоре две горничные подхватили Ю Харин под руки. Разумеется, она не собиралась сдаваться без боя.
«Э-э-э? Вы что, с ума сошли?! На кого вы руки поднимаете?! Отпустите! Отпустите меня немедленно! Эй!! Да вы хоть знаете, кто я такая?!»
Да-да, вы — великая Ю Харин, мечтающая стать актрисой.
Я слышала отчаянные крики Ю Харин даже за пределами гостиной, но старалась изо всех сил делать вид, что ничего не происходит. Едва удавалось сдерживать смех, который так и просился наружу.
В такой обстановке смеяться было бы неуместно. Вдоволь посмеяться, держась за живот, я смогу позже, когда останусь одна в своей комнате. А пока нужно терпеть.
Поэтому я опустила взгляд и изо всех сил сжала челюсти и губы. Я была полна решимости любым способом сдержать рвущуюся вверх улыбку.
— Юная леди Верейен.
В этот момент его густой голос, позвавший меня, заставил меня вздрогнуть. Сердце, до этого мерно постукивавшее, словно взорвалось фейерверком.
«Это даже не мое имя, так почему же оно так волнует?»
Этот красавчик постоянно выбивал меня из колеи, и от досады я невольно нахмурилась. Из-за бешено бьющегося сердца дыхание сбилось, и я начала сопеть, как рассерженный человек.
Но если кто-то посмотрит со стороны, это могут неправильно понять. Как будто девушка застукала своего парня на измене с другой.
«Нет, я не могу допустить такого чудовищного недопонимания!»
Я попыталась выровнять дыхание и успокоиться. В этот момент он осторожно заговорил хриплым голосом:
— Надеюсь... вы не поймете меня превратно.
— Что вы имеете в виду?
— Клянусь богом, я никогда и не помышлял о том, чтобы насмехаться над вами. Я бы хотел, чтобы вы поверили мне хотя бы в этом...
Голос Великого герцога, заговорившего в нерешительности, разительно отличался от прежнего.
Его тон был осторожным, совсем не похожим на недавнее холодное выражение лица. В нем слышалось столько горечи, что он напоминал медлительного ленивца, который никак не может решиться — уходить ему или остаться, и это даже немного раздражало.
Подавив бешеное сердцебиение, я спокойно ответила:
— Я ничего не понимаю превратно. И не чувствую, что надо мной насмехались. Не имею ни малейшего понятия, почему вы говорите мне такие вещи.
— Смените гнев на милость, юная леди.
— Я не злюсь. У меня нет повода для обид, и мне правда всё равно.
— Это правда? По вашему лицу этого не скажешь.
— Чистая правда, так что идите и позаботьтесь о той женщине. Похоже, она совсем не знает здешнего языка.
— ...С чего бы мне это делать?
Я сказала это в том смысле, чтобы он шел заниматься своими делами, но почему-то в его голосе прозвучали резкие нотки. Это было не раздражение, а скорее... легкое недовольство?
Я еще не была готова встретить его пронзительный взгляд. Я просто смотрела в пол, стараясь унять дрожащее дыхание.
И вдруг Великий герцог, стоявший на приличном расстоянии, двинулся с места. Шагая своими длинными ногами, он замер вплотную ко мне.
В тот же миг от него, оказавшегося совсем рядом, повеяло холодом, не уступающим снежному бурану снаружи. Эти пугающие воспоминания о стуже вновь всплыли в памяти, и я невольно съежилась, мелко дрожа.
«Ну почему этот мужчина такой красавец?»
К такому человеку невозможно привыкнуть. И он слишком высокий. Я никогда не оказывалась так близко к мужчине, такому огромному, статному и надежному, как скала, поэтому чувствовала себя совершенно растерянной.
Я, выпускница женской средней и старшей школы, чувствовала себя в этой ситуации крайне неуютно, хоть на стену лезь.
— Что... такое?
Передо мной возвышалась целая гора, и от этого давления у меня голова шла кругом. К тому же он смотрел на меня так пристально, что взгляд его мог бы убить, и у меня перехватило дыхание.
Мысли о расторжении помолвки мигом улетучились из головы. От этого идеального лица, на которое невозможно было смотреть вблизи без риска заработать кровотечение из носа, у меня пересохло в горле.
«Если у меня действительно пойдет кровь носом, это будет верхом позора».
Его низкий голос, в котором чувствовалась некоторая острота, прозвучал так, словно пронзил меня:
— Не думал, что это место кажется вам настолько ужасным.
А? Когда это я такое говорила?
— Раз вы считаете его ужасным, то и для меня оно становится таковым. Такое чувство, будто я попал в ад...
Его голос на мгновение прервался, словно ему не хватало слов, а затем зазвучал как-то печально:
— Весь сегодняшний день я думал только об этом. Неужели я настолько вам противен?
Обновлено: 20.02.2026