41. Глава: «Третья карточка-предупреждение»
Поместье Уэйнов, Бэтпещера.
Бэтгёрл заехала внутрь на своем бэтцикле. В это время Альфред и Дик что-то увлеченно обсуждали.
— Эй! Алфи, Эльфийские сапожки! Кажется, я вовремя. О чем болтаете? — Барбара сняла шлем и поприветствовала их.
— С возвращением, мисс Гордон, — Альфред одарил ее своей неизменной доброй улыбкой.
— Привет, Барбара. Все еще охотишься за беглым Светлячком? — Отозвался Дик.
— Пока нет. Никаких следов, и это странно. Готэм – огромный город, преступник не может перемещаться по нему, не оставляя зацепок. Наверняка кто-то его прячет.
— Кому придет в голову прятать сумасшедшего пиромана? — Дик задумчиво потер подбородок.
Барбара покачала головой:
— Пока не знаю, подозреваемых слишком много, искать можно вечно.
— Так… зачем ты пришла сегодня? — Дик с любопытством взглянул на нее. Учитывая, что ей нужно скрывать и статус дочери комиссара, и работу библиотекаря, Барбара редко заходила в Бэтпещеру без веской причины.
— Ну, я тут наткнулась на интересную новость… — Барбара пересказала сюжет из новостей и добавила свои догадки.
— Выставка вместе с Пингвином? Глупее не придумаешь. Даже если госпожа Чендлер совсем выжила из ума, она бы на такое не пошла. Тут явно что-то нечисто!
— Уверена на восемьдесят процентов, что за этим стоит Пингвин. Он хочет привлечь чье-то внимание.
Барбара самодовольно продолжила:
— Если я права, то это ловушка Пингвина для Кайто Кида. Месть за то, что вор-фантом сорвал его сделку по отмыванию денег. Ожерелье «Рубиновое яйцо дракона» – просто приманка.
После ее слов лицо Дика стало очень странным.
— С каких это пор ты так заинтересовалась Кайто Кидом? Я же просил тебя не вмешиваться в это дело, — Дик смерил Барбару подозрительным взглядом.
— Но я помню, как ты в прошлый раз пафосно вещал: мол, если я увижу Кайто Кида своими глазами, то пойму, на что он способен. Вот мне и захотелось посмотреть на этого вора-фантома.
Барбара пожала плечами и усмехнулась:
— К тому же ты уже дважды упустил его. В этот раз Пингвин может устроить нешуточный шум, так что, думаю, моя помощь тебе не помешает.
— Короче говоря, если Кайто Кид действительно соберется за «Рубиновым яйцом дракона», я в деле.
Тут в разговор вклинился Альфред:
— Мисс Гордон, как замечательно, что вы готовы сотрудничать с мастером Ричардом. Мы как раз это обсуждали.
— Как вы могли решать без меня?! — Вскрикнул Дик, недовольно поджав губы. — Алфи, у нас с Барбарой четкое разделение. Кайто Кид – мой! Пусть занимается своими кварталами.
— Ого, как эмоционально! Куда подевался наш рассудительный и ловкий Чудо-мальчик? — Барбара притворно прикрыла рот рукой, широко раскрыв глаза от удивления.
— Хм! — Дик фыркнул и отвернулся.
Барбара, дивясь такой реакции, повернулась к Альфреду:
— Все мальчики в период созревания такие? Могу представить, как тебе нелегко, Алфи.
— Ха-ха… — Альфред загадочно улыбнулся. — Порой действия мастера Ричарда заставляют меня понервничать, но по сравнению с юным мастером Брюсом в его годы – он просто ангел.
При этих словах глаза Барбары загорелись любопытством:
— А что вытворял Брюс?
Дик продолжал дуться, глядя в сторону, но его уши заметно навострились.
Видя, что детям не терпится послушать старые истории, Альфред предался воспоминаниям.
— Когда мастеру Брюсу было пятнадцать, он…
…
Глубокая ночь, поместье Чендлеров.
В отличие от внешне старомодного Поместья Уэйнов, родовое гнездо семьи Чендлер хоть и было столь же древним, но пережило множество перестроек.
Дерево заменили на современные материалы высшего качества: огнеупорные, взрывозащищенные и сейсмостойкие. По сути, это была маленькая крепость.
Поместье Уэйнов на его фоне казалось дряхлым стариком, где кое-где даже пахло сыростью от вековых балок.
Впрочем, внутри дома были похожи: сдержанный стиль, никакой кричащей роскоши. Но стоило взять в руки любую безделушку в коридоре, как она оказывалась бесценным антиквариатом.
В комнате на диване сидела госпожа Чендлер. Вид у нее был изможденный, в глазах застыла скорбь.
Сейчас она выглядела лет на двадцать старше, чем под прицелом телекамер. Знаменитого ожерелья на шее не было.
— Госпожа, что этот Освальд сделал с вами в тот день? Он отобрал ожерелье? — Перед ней стоял сгорбленный старый дворецкий, его глаза горели праведным гневом. — Можете не отвечать, я и так вижу. Этот Пингвин хочет сделать вас инструментом своей мести!
— Он не понимает, что эта вещь значит для вас! Позорный выскочка! Грабитель! Убийца! Он опозорил всю семью Кобблпот! Мы не должны идти у него на поводу…
— Замолчи! — Внезапно вскрикнула госпожа Чендлер. — Что я могу сделать? Твои проклятия ничем не помогут. Если Освальд что-то вбил себе в голову, он не отступит. Когда он пришел ко мне, у меня уже не было выбора!
— Простите, госпожа, я лишку хватил, — вздохнул старик.
— Я устала. Ступай, — тихо сказала она, закрыв глаза.
Вскоре послышался звук закрываемой двери. Дворецкий постоял в коридоре, собираясь с мыслями, и уже собрался уходить.
— Стой! — Не успел он отойти, как госпожа Чендлер выбежала из комнаты и окликнула его.
— Слушаю, госпожа, — тут же поклонился он.
— Я подумала над твоими словами. Ты прав, мы не можем позволить Пингвину помыкать нами. — Она решительно положила руку ему на плечо. — Сейчас же вели подать машину. Я еду в департамент полиции к комиссару Гордону за помощью.
Дворецкий, воодушевленный ее решимостью, поспешил распорядиться насчет выезда.
Но пройдя пару шагов, он почувствовал неладное.
«Только что она была убита горем, как вдруг так быстро сменила настрой? И кажется… я не слышал, как открывалась дверь, когда она вышла».
А главное – лицо госпожи Чендлер будто… помолодело?
Чем больше он думал, тем сильнее росло подозрение. Оглянувшись, он увидел, что в коридоре уже никого нет, а звука двери снова не последовало.
— Госпожа!
С грохотом дворецкий ворвался в комнату.
Хозяйка вздрогнула от неожиданности и уже хотела отчитать слугу, но ее взгляд замер на чем-то у него на плече.
— Что это у тебя на левом плече?
Старик удивленно повернул голову.
За воротник его ливреи была заткнута белая карточка!
Дрожащими руками он достал ее.
На карточке красовалось несколько строк текста, а в углу был набросан карикатурный портрет.
«Если произведение 20 и 3 равно 4, то я приду в несуществующее время. Когда Марс проживет десятые сутки, следуя указаниям Юлия Цезаря, я явлюсь, чтобы принять кровавое яйцо.
Искренне ваш, Кайто Кид.»
Обновлено: 23.01.2026