Том 1 Глава 3 — Часть вторая. На гране терпимости

Часть вторая: "На гране терпимости". Место действия: Форт-пост горного перевала на границе между Яуросом и Лаврентием. Время действия: Параллельно основным событиям. Окружающий крепость воздух уже давно не нес за собой никакого нового запаха. Он словно застыл на месте, возвышая и так гнетущую вокруг атмосферу на совершенно новый уровень звенящего беспокойства. Это не было чем-то странным, ведь несколько месяцев назад совсем рядом с этим местом случилось то, что можно было назвать концом света. Ад разверзся и мертвые восстали из своих могил. Ужасный дьявол, попирающий само небо самим своим естеством, повел за собой орды нечисти на поле битвы людей и стер их армии как пыль со своего пути. Однако это не было абсолютным торжеством сил зла и небо, чье величие было попрано дьяволом, разразилось своей карой. Ужасающе яркий свет ударил с небес, поразив дьявола и низвергнув его могущество. Но вместе с этим исчез и весь свет окружающего мира. После того ужасающего события весь видимый горизонт погрузился во мрак, беспросветный, глубокий, таящий в себе несметные ужасы мрак беззвездной и безлунной ночи. Окружающая мрачность не была чем-то странным, учитывая все произошедшие в округе события, но длительный застой окружающей среды, без перемен, сдвижек с нерушимой точки неопределённости, заставлял и так напряжённые умы выживших здесь солдат пульсировать до боли в висках. Да, не смотря на мнимый конец света, в этом беспроглядном мраке всё ещё оставались живые люди. Люди, что цеплялись за свою жизнь, отчаянье кого бы то ни было. И именно эти люди были теми, кто всё ещё осмеливался заглядывать в царившую здесь тьму. По крайней мере, до той поры, пока их тусклые жизни окончательно не угаснут в этом мертвом мире без единого проблеска света. Тройка дозорных выставленных на стене западных ворот вот уже сутки не смыкали глаз в ожидании... да хоть чего-то. Разведывательный патруль ушел через южный проход ещё пять дней назад и, как многие и боялись, связь с ними оборвалась фактически в первый же день. Никто не удивился подобному исходу, все понимали риски связаны с выходом за пределы крепостных стен, но многие надеялись что кто-то да сможет добраться до ближайших пограничных постов. Ни один из командиров крепости не знал, что именно смогут получить везунчики из этой авантюры, но одни лишь вести об успехе подобной вылазки уже конкретно изменило бы их шаткое положение. - Эй, Дин, у тебе ещё остался тот галет? - Поинтересовался один из дозорных у сотоварища, ощущая как скрученный в узел кишечник готовый вот-вот задушить его заживо. - Прости Колин, ты опоздал на целый час. Брик... - Отрицательно покачавший головой Дин, указал в сторону почти неподвижного Брика. - ... уже давно обогнал тебя с этой просьбой. - Дерьмо... - Пожаловался Колин, потирая от досады ноющий живот. Ничего не поделать. В их ситуации ограниченных припасов было некому жаловаться если ты сам упустил свою возможность. Но от куда же было Колину знать, что именно на него выпадет черед идти в этот наряд. А ведь он надеялся что сможет не только сегодня поесть, но и хорошенько выспаться. Не смотря на то, что они вот уже несколько месяцев к ряду находились в ситуации близкой к осаде, самих осаждающих ни разу не было видно. Казалось бы, напрасная тревога и отсутствие любых действия со стороны врага должны были привнести обороняющимся ложное чувство безопасности и ослабить их бдительность... ...Но это только если забыть о том кто их враг снаружи. Немертвые не волнуются о течении времени, их не тяготит длительное ожидание и не волнует комфорт. В тех условиях когда любая другая армия уже сдалась и ушла восвояси, армия мертвых останется ждать хоть до конца вечности. И этот факт заставлял обитателей крепости не терять бдительности и с тревогой ждать...выждать... и ожидать хоть чего-нибудь. Однако постоянно находиться в ожидании непойми чего было слишком тягостно и защитники каждый день были заняты всесторонней рабой. Казалось бы, какой в этом вообще смысл? За вратами во тьме ожидает бдительный и никогда не отдыхающий враг, готовый в любой момент накинуться на тебя со всем что у него есть. Но правда в том, что если люди задумывались над подобным в течении тех прошедших нескольких месяцев, что они провели под подобным давлением - то уже давно сошли с ума и пере убивали бы друг друга. - Сегодня тоже ничего. - Проговорил вслух Колин, не зная что чувствует при этих словах. Вроде бы он должен был быть благодарен богам за их милость, что он до сих пор жив, но ментально и духовно истощений изнутри он бы предпочел, что бы мертвецы уже рванулись к ним и случилось то что бы случилось. - И не говори... - Разделяя те чувства что и Колин, Дин ответил привычной фразой. За всё время их знакомства это уже стало чем-то символическим. Одна и та же фраза с тем же неизменным ответом. Словно это было доказательством их существования и подтверждением их жизни. - Кто-то идет. - Внезапно прозвучал со стороны настороженный голос Брика, что всегда казался дремлющим во время дежурства, но в действительности обладал такой чуйкой, что ни разу не был пойман с поличным старшими по званию. - Триста метров, идут прямо к нам. Говоря всё это Брик уже твердо стоял на ногах, готовый к любым действиям по ситуации. Остальные так же подобрались, усердно вглядываясь во мрак, но, как того и стоило ожидать, ничего не видя. Никто не спешил действовать опрометчиво, в их крепости были свои инструкции касательно встречи с неизвестными. И хоть сейчас все эти инструкции можно было отправить в печь на растопку, но поднимать тревогу в их обстоятельствах могло стоить куда больших жертв чем сама встреча с неизвестным. Прошла минута, две, а движения во тьме всё так же было не слышно. Тем не менее, никто не усомнился в чуйке Брика и всецело доверял ему в подобных вопросах. Спустя ещё минут десять, дозорные наконец что-то заметили. И рассмотрев в свете дальних фонарей всё ближе приближающиеся к ним фигуры, дозорные сделали долгий выдох холодного воздуха. Прямо к ним, неуверенно и неспешно, шагали один пеший путник и один всадник. Путник был облачен в некогда великолепные доспехи, ныне же несшие на себе следы прошедших безжалостных битв и шрамы ремонта от неумелых здешних мастеров. Его клинок, даже не смотря на нахождение в ножнах, очевидно был переломан по середине, но всё так же оставался смертоносным инструментом убийства в руках своего хозяина. Шедшей же рядом всадник, был верхом отнюдь не на обычном животном, а на некоем механизме, досконально точно повторяющим образ боевого коня высеченного в металле. Тем не менее даже этот чудо инструмент скрипел и словно бы хромал на каждом шагу, показывая все пройдённые им невзгоды и тяготы нынешнего времени. Монолитная фигура всадника так же как у его пешего спутника была истрепана и явно видела лучшие временна. - ...Вернулись. - Проговорил вслух Колин, даже не подозревая что сделал это. - Они, наконец вернулись. В его тоне слышалось недоверие напополам с облегчением. Он без сомнения узнал этих двоих. - Не спеши с выводами. - Тут же осадил его радость Дин. - Откуда нам знать, что они ещё живы? Колин сдавлено сглотнул внезапно возникший в его горле вязкий ком. Это действительно могло быть правдой. В последний раз он видел этих двоих около двух недель назад во время их отбытия. И никто не мог знать, что с ними могло случиться за прошедшее время. Слова его товарища могли быть куда более правдоподобными, чем чудом вернувшиеся назад люди. - Вот они подойдут к нам и тогда... - Продолжал разглагольствовать Дин, сжимая оружие и готовясь к худшему исходу как в этот момент... - Эй вы! Да, я к вам, придурки на стене, обращаюсь. Долго нам ещё ждать пока вы дадите сигнал?! Возмущённый крик пешего путника заставил всех троих дозорных вздрогнуть, так словно к ним обращался не кто иной а их прямой старшина Дормис. Этот лысый ублюдок не стеснялся не только в выражениях своих слов, но и в прямой демонстрации примера того, что он с ними обещал сделать. Благо что старшина Дормис был строгим приверженцем Вальдурского учения и к мужеложству не склонялся даже в матерном контексте. Потому еб*** он пусть никого и не собирался, но если пообещал, что заставит жрать землю, то выполнял данное обещание без малейших колебаний. Спустя минуту тупого молчаливого созерцания с двух сторон тишину нарушил вкрадчивый шепот Дина. - А нежить может ругаться? - Поинтересовался он у остальных, явно пытаясь прикинуть возможность встретить подобный феномен. Остальные двое странно посмотрели на него, но отрицать не спешили. Это потому, что они сами мало того, что не понимали о чем вел речь человек внизу, так ещё и не были просвещены в вопросах касающихся всякой нечисти. - Может, конечно же может. - Со сдавленным смешком отозвался всадник, явно расслышавший их тихое перешептывание между собой, и с протяжным скрипом отпираемых замков своего доспеха, добавил. - А ещё может вые**** вам мозг похлеще любимой жены и тещи вместе взятых. Издав долгий вздох облегчения, освобождённый от тяжести своей брони, всадник посмотрел на своего пешего спутника. - Кажется, что не смотря ни на что, здесь всё в порядке. - Сказал он и, вытащив ноги из разошедшегося в стороны доспеха, спрыгнул на землю. - Хотя, чую, что этим троим влетит за подобный залет. - Похоже на то. - Согласился с ним путник и наконец убрал руку от сломанного клинка. Дозорные этого не видели, но путник был готов ударить своим сломанным клинком в любой момент. В конечном счете ни одна из сторон не знала того, что произошло за тот период времени пока они были в разъезде. Так их пара почти час кружила вокруг ближайших стен, пытаясь увидеть следы обитания живых людей внутри покинутой ими неделями ранее крепости. Когда же они увидели некоторые признаки человеческой жизни, то двинулись на встречу, однако они так и не увидели обусловленного сигнала встречи. Конечно же этот факт заставил их побеспокоиться и пока они не расслышали разговор дозорных они всерьез задумывались над тем, что могло случиться худшее и они попросту возвращаются в очередное гнездовище нечисти. Вновь взглянув на троицу сумятицу мнущихся на месте дозорных, путник не сдержал вздох и с упреком предложил им совершить необходимое действие. - Сигнальный маяк. - Бросил он им и, увидев очередное непонимание на лицах дозорных, со вздохом добавил. - При малейшем признаке возвращении боевой двойки из Паладина и Пуницера, вы должны были зажечь сигнальный маяк, дабы оповестить наших товарищей о нашем возвращении и дать уже нам понять, что крепость не была утеряна. Что же касается дальнейшего действия, то только наши товарищи и могут действовать в соответствии с ситуацией. Так называемый "Паладин" отнюдь не шутил. Хоть в далекие времена церковь и сделала всё, что бы некроманты не могли легко вернуть их святых рыцарей в виде своей ручной нежити, но с таким обилием неживой орды вблизи уже не было никаких гарантий, что даже святейший и благословлённый паладин не станет очередным неупокоенным мертвецом, что вернётся в крепость, будучи нечем иным как просто марионеткой врага. Этот риск так же подкреплялся тем, что паладинов было крайне мало и дабы увеличить шансы их выживания с ними в паре ходили те выжившие рыцари Пуницеры, что так же нашли укрытие в этой крепости во время всего творившегося вокруг ужаса. Рыцари Пуницеры не смотря на свою боевую мощь и воинскую доблесть по сути были простыми людьми облачёнными в крайне мощное маго-техническое оборудование. Конечно же называть их "обычными" было бы крайне грубо, учитывая что эти ребята уже показали, что в бою они могут потягаться даже с такими монстрами как паладины, но по существу без своего снаряжения они всё же были крайне уязвимы. Тем не менее, идти одному, так как паладинов было мало и не все из них могли уйти из крепости, оставив тут без защиты святой силы, или идти в паре с тем, кто всё же мог хоть как помочь, было весьма большой разницей. Так и были составлены боевые двойки из пары Паладина и Пуницера, что могли выполнять особо дальние вылазки с наибольшим шансом на успех. Однако даже так, в их текущей обстановке не было никаких гарантий, что даже подобная комбинация не будет уничтожена тем, что таиться во мраке. Паладин бросил короткий взгляд на Пуницера и не мог не покачать головой от превратностей судьбы. Скажи ему кто подобное ещё хотя бы год тому назад, что подобное вообще будет возможным и он сам бы отволок этого еретика на публичное сожжение. Но вот гляди, пройдя вместе с этим парнем через всю ту мерзость, что они увидели за прошедшие недели, он больше не мог назвать его ни врагом, ни чужаком... а только лишь своим товарищем. Потрёпанный вид Пуницера и печальный облик его механического скакуна говорили лучше любых слов о том, что без его помощи у паладина не было бы и шанса вернуться назад. Дождавшись пока троица на стене наконец сообразит, что им уже следовало сделать, паладин дождался того момента когда зажжётся сигнальный маяк. Это устройство было магическим инструментом, применение которого нельзя было не заметить. Яркий столб света устремился ввысь, на краткий миг пронзив непроглядную тьму неба. Словно бы только этого момента и стоило ожидать во всей крепости началось волнение. Не прошло и десяти вздохов как прямо перед двойкой успешно вернувшихся назад рыцарей буквально метеоритом упала яркая человеческая фигура. - "Бубух!" Громкий звук удара об землю сотряс крепостные стены не хуже прямого таранного удара, но казалось, что упавшую с неба фигуру это вовсе не волновало. - Фольк! Ты жив! - Радостно воскликнул огромный человек в золоченной броне и, не смотря на суровую субординацию, сгреб Фолька в объятья. Фольк не нашелся что ответить на такое приветствие, а спустя секунду он уже безвольно трепыхался в руках старого "друга?", пытаясь сделать хотя бы вздох. - Андреа! Ты жив! - Словно повторяя один и тот же сценарий, из едва начавшихся открываться врат выбежала женщина необычайной красоты и так же бросилась на рыцаря Пуницера, заключив того в свои объятья. Глядя на эту картину со своей перспективы, Фольк не мог не пожаловаться миру на такую несправедливость. Его обнимал здоровенный мужик, а его товарища - его возлюбленная, притом женщина невероятной красоты и обладательница выдающейся фигуры. В этот момент Фольк мог бы поклясться, что самодовольное лицо Андреа, глядящее в его сторону, выражало чувство превосходства и все былые теплые чувства к этому человеку в мыслях Фолька ушли без следа. - [Мы ещё увидим кто кого ] - Пообещал себе мысленно паладин, наконец отлипая лицом от твердой брони нагрудника своего товарища. Вскоре к ним на встречу выбежало ещё больше знакомых лиц, что выражали радость и восторг по поводу их возвращению. - Похоже что наш рассказ будет долгим... - Пробормотал про себя Фольк, уходя вместе с волной вплеснувшихся наружу людей. Запирающиеся за ними врата, отрезали теплую атмосферу радостной встречи от внешнего мрака, оставив всё таившееся там зло и дальше ждать своего шанса. ******************************************************************************************************************************************************************************************** Собрание командования крепости проходило весьма тихо и мирно, по сравнению со встречным комитетом у врат, сейчас все уже успокоились и вели себя куда как сдержаннее и деловито. Вернувшаяся пара воинов была отнюдь не простого сорта и выходя за пределы защитных стен, имела за собой весьма далеко идущие цели. В частности разведка вражеских рубежей, предотвращение приближения к крепости тварей осадного типа, что могли угрожать безопасности этого оплота, выяснение обстоятельств прошедших событий, поиск "Выживших" союзников, а так же нахождение безопасных путей отхода. Всё это легло на плечи тех немногих героев, что преодолели пределы человеческих возможностей. Казалось бы, перед добровольцами подобные задачи были чем-то немыслимым и глупым, особенно поиск выживших и нахождение альтернативного маршрута отхода, но правда заключалась в том, что выполнение каждого из этих пунктов было вполне возможным. Каждый из присутствующих здесь уже подтвердил это на своем личном примере. Паладин Дий - главный заклинатель, оберегающий крепость своей магией и тот, кто в одной из таких вылазок, нашел себе в помощь сбившуюся в группку выживших магов из Яуроской армии. Паладин Леон - "Золотой Лев", тот самый человек, что встретил Фолька у входа в крепость и тот паладин кого уже давно считали героически павшим в бою, но чудом вернувшийся к товарищам хоть и с почти наполовину уничтоженным телом, подарил этим поступком остальным людям надежду на истинное чудо. Рыцарь Пуницер Диор - превосходный стрелок, что пусть полностью и потеряла всё своё снаряжение в непрерывных вылазках, но всё так же выходила в разведку вопреки всем порицаниям старших рыцарей. И к большому удивлению всех, она не только осталась невредимой, но и составила маршруты передвижения ближайшей в округе нежити, спасши этим жизни всех в дальнейшем выходивших во вне разведчиков. Рыцарь Пуницер Рок - занявшийся реорганизацией личного состава крепости и сумевший распорядиться припасами максимально эффективно в условиях отсутствия поставок извне. И другие доблестные люди вносящие свой вклад в общее дело. Все и каждый из присутствующих своими руками создавали чудо, но, увы, даже всех этих чудес было недостаточно, что бы обратить их невообразимо мрачную ситуацию во спасение. Каждый найденный во вне стен человек хоть и даровал минутную радость от спасения очередной жизни, но всё так же был живым существом, что потребляло столь скудные ресурсы их тесной обители. Дий и Андреа, как старшие и наиболее посвященные в военную кампанию люди, уже однажды совершили чудо-поход за оставленными в пылу хаоса припасами обеих армий. Этот подвиг оказался на удивление простой задачей, так как тыловые силы оставили всю провизию в попытке спасти свои жизни. А нежить же не интересовала пища смертных, но лишь их добыча, что тщетно пыталась убежать от них бросив всё позади. Так что попытка людей, укрывшихся на пограничье, найти дополнительные припасы - оказалась более успешной, чем кто либо мог предполагать. Увы, к текущему моменту, а точнее уже несколько месяцев как спустя, с прибавлением новых голодных ртов, тех немногих выживших во мраке ужаса, все добытые припасы уже постепенно подходили к своему концу. В конечном счете "традиционные" стычки между Яуросом и Святой Империей никогда не отличались ни своей масштабностью, ни длительностью. А посему объёмы заготовленной в поход провизии, даже с учетом на несколько тысяч голодных ртов двух внушительных армий, был недостаточным в условиях полной и столь длительной изоляции нескольких сотен выживших людей. Конечно же, стоило учесть и то, что лазутчики попросту не могли переместить абсолютно всю провизию и то, что значимая часть пищи так же поддалась порчи, как естественной так и противоестественной, но даже так собранных припасов хватило на несколько месяцев содержания этой переполненной крепости. К несчастью теперь они были прижаты к стенке и не только по причине заканчивающейся пищи. Мораль защитников уже давно была сломлена и порой доходило до проявления безумия как у отдельных личностей так и целых групп. Некоторые не выдерживали давления и заканчивали самоубийством, с дальнейшим обращением в живых мертвецов, что ещё боль деморализовало колеблющихся солдат, некоторые пытались саботировать обороноспособность крепости, тайно пытаясь самовольно отпереть врата или силой захватить арсенал. Порой это были отчаянные попытки убежать прочь, а порой и организованные действия новообразованных культов безумцев. С такими проблемами появление структуры, занимающейся подобными вопросами, было лишь вопросом времени. Псевдо-инквизиция, выискивала затаившиеся ростки порчи и с корнем вырывала их, не заботясь о масштабах возможного ущерба. Постепенно становилось понятно, что затягивание времени лишь приведет к тому, что даже в этой исполнительной структуре появиться свой еретический культ. Остальное же командование пыталось занять солдат любой возможной работой, дабы мысли тех были заняты круглосуточно. Но время сдавливало свою удавку на шеях выживших, а абсолютного решения всех проблем так до сих пор и не было. Казалось бы, в чем проблема? Разве солдаты не могли просто развернуться и уйти на безопасную территорию ближайшей страны? Но правда была в том, что не только мало кто из выживших, точнее вообще никто, не знал какая территория сейчас вообще безопасна, но и единственно доступный отходной путь из крепости через горный массив был раскурочен до полной непроходимости. Как стало дальше известно из расследования, виной тому стало шествие армии нечисти, что наискосок протоптала, нет, пробила себе путь через горный массив на центральные равнины. Место, где ранее, пусть и с трудом, можно было пройти назад в Лаврентий, теперь стало похоже на непроходимую гряду из утесов и горных обломков. После недолгого расследования разведчиков под прикрытием паладинов, стало очевидно, что виной тому стала магия личей, что расчищали путь для Дремлющего Бога. И хотя изначально у выживших было желание разгрести завалы и как-то перебраться через утесы, но после первых же часов раскопок было обнаружено, что под обломками была погребена нежить. Достоверно не было определенно, являлись ли эти существами сокрытыми перехватчиками на пути к спасению выживших людей, или же они были лишь просто случайными жертвами, попавшими под ответный огонь своих союзников, но было очевидно, что дальнейшие работы по расчистке завалов сопряжены с неоправданным риском. Особенно учитывая тот факт, что откопавшаяся нежить была весьма высокоуровневой и смогла серьезно изнурить в бою даже сопровождающих рабочих паладинов. Так было принято решение найти иной путь. Но за три дальние вылазки достичь хоть каких то удовлетворительных результатов так и не удалось. Мало того, сопутствующий ущерб, будь он телесный, ментальный или даже материальный, подтачивал силы этих авантюрных разведчиков, коими по сути могли быть лишь паладины и Пуницеры. Для последних подобное истощение было особо критичным, ведь потеряй они свое снаряжение и силы защитников будут окончательно подорваны. Но и оставлять без дела юнитов подобной силы было глупо. Потому, скрепя сердцем, самими рыцарями Пуницерами было решено использовать мощь своих меха-доспехов до их полного износа. Всё ради увеличения шансов на успех. И вот, спустя более чем две недели, завершилась четвертая вылазка, итоги которой с нетерпением желали услышать все собравшиеся в комнате люди. Фольк сдержал протяжный вздох и оглядел заполненную до отказа людьми комнату. Былая радость на лицах от их встречи уже прошла, её сменила предельная серьезность и сосредоточенность. Фольк знал, что эти люди были реалистами и лучше кого бы то ни было понимали, в какой ситуации они все находятся, но на глубине их глаз он всё же мог видеть толику той самой надежды на чудо, очередное чудо, что уже однажды произошло. Фольк бросил быстрый взгляд на Андреа... этого чертового ублюдка, что всё ещё утопал в объятьях знойной красотки! … И словно бы обменялся с ним невысказанными мыслями. - И так Фольк, что вы... - Начал было говорить Дий. Но был тут же прерван нетерпеливым голосом воскликнувшего Андреа. Он так резко выкрикнул, что даже подругу свою испугал. - Мы нашли проход! - Резко прозвучал его голос, перебив паладина на полуслове. Несмотря на подобную грубость со стороны обычного смертного, Дий не высказал своего неудовольствия, нет он был так потрясен, что даже не сразу смог совладать со своими мыслями. Все в комнате разделяли с ним те же чувства. - Мы нашли слабое место в длиной стене пограничного кордона армии нежити. - Всё же выпустив наружу протяжный вздох, парировал Фольк радостную весть Андреа жестокой реальностью их открытия. Эти слова потрясли собравшихся даже больше прошлых, ведь в отличии от фантастических новостей Андреа, скупые и взвешенные слова Фолька казались более реалистичными. - Да, верно, но мы способны пробиться через это слабое место! - Заверил Андреа с твердой уверенностью и неизменной ему юношеской пылкостью. - Только если сосредоточим на нем все доступные нам силы. И только если успеем провести сквозь созданную брешь всех наших людей, а так же сможем удержать вражеские силы подкрепления, что обязательно нахлынут на нас когда мы ударим в эту слабую точку. - Словно расставляя всё по полкам, Фольк загибал пальцы, перечислившая все упущенные Андреа пункты в плане их спасения. Перепалка двух "товарищей" не ограничивалась лишь парой фраз и постепенно набирала обороты, но конкретной информации из их спора остальным людям пока не удалось получить. - Господа! "Стук!" - Не выдержав дальнейших препирательств, Рок, командир рыцарей Пуницеров, с раздражением громко стукнул ладонью по столу. - Вспомните о приличия рыцаря и просветите уже наконец всех остальных собравшихся людей. О своих любовных интрижках сможете поговорить позже и желательно на едине. - .... - .... Замолчав на полминуты Фольк сдержал стоический вид, а от Андреа наконец отлипла его возлюбленная, что теперь с сомнением и едва сдерживаемым гневом смотрела на своего любимого. Конечно же всё это было глубоким заблуждением и позже Андреа обязательно объясниться перед ней, но до той поры Фольк мог чувствовать себя победителем, в некотором роде. - Дайте нам уже карту. - Сдержав свой стоический вид и не выдав улыбки из-за несчастно вида "товарища", Фольк уверенной рукой нанес на предоставленной ему карте новые отметки. Широкая карта местности уже пестрела множеством знаков и пометок, которые за прошедшие месяцы нанесли те немногие люди, отправляющиеся в разведку. На самом деле отметок на карте было так много, что стратегическая карта стала больше похожа на аппликацию из подручных предметов. Мало того, из-за действий нежити изменились и многие географические объекты, что были внесены на карту в виде ярких надписей или простых иллюстраций вроде "Мертвые топи", "Ядовитые туманы", "Поле трупов" и так далее. Фольк и сам внес несколько названий, что не смотря на свое кричащее имя, хорошо объясняли природу их вещей. - "Белая Роща"? - Прочитав только что внесенное название, Рок обменялся с Дийем взглядами. - А почему не "Костяной Лес"? - Обиженным тоном поинтересовался Андреа. - Мы же договорились об этом раньше. Фольк раздраженно свел брови вместе. - Издали попросту невозможно определить, что там такое конкретно растет из земли, будь то деревья или же кости, но бросающийся в глаза белый цвет сразу дает понять аномальность, не говоря уже о её масштабах, что совсем не соответствует размерам леса. Так что да, пусть лучше будет скромная "Белая Роща", нежели громко кричащий "Костяной Лес". Это было последнее препирательство Фолька с Андреа, после чего последовал длинный пересказ их злоключений. Две недели снаружи было отнюдь не малым сроком и рассказать было о чем. Но если перечислять все их столкновения с нежитью, с попеременным успехом в их сторону, то доклад превратился в оду самим себе. Так что все боевые ситуации были изложены в двух-трех предложениях, где упоминалось с кем они столкнулись, в каком количестве и не было ли обнаружено новый ранее ещё не видимый никем вид нежити. Последнее было особенно важно для присутствующих, но, сказать по правде, самому Фольку уже казалось, что сюда стянулась вся нежить мира, и даже та, что ещё никогда не была никем замечена здесь, но что всегда была где-то там за океаном всё ещё могла шагать по океаническому дну в их сторону. Эти мысли заставляли дрожать его позвоночник и панически торопили его ум в принятии решения убраться отсюда как можно скорее. Он понимал свою нерациональность, но оставаться здесь и дальше было уже невозможно. Потому, несмотря на свое препирательство с энтузиазмом Андреа, Фольк был полностью солидарен с его идеей прорываться сквозь обнаруженную ими слабую точку. Просто в отличии от Андреа он был больше сосредоточен на холодных фактах. И так в своем рассказе они вскоре добрались до того момента, когда они обнаружили тот самый "Костяной Лес", как бы самому Фольку не претило это название, он всё же понимал его рациональность. На самом деле то, что они обнаружили не было естественным феноменом, а являлось искусственно созданной магической аномалией, настоящее заграждение, чьи суть была вполне очевидной - остановить любого, кто пожелает пройти через эту территорию. Скрытно приблизившись к аномалии пара людей смогли лучше разглядеть что она из себя представляет. Хоть это действительно были кости, как и настаивал Андреа, но по внешнему виду они больше напоминали ветвистые оленьи рога. Огромные, кривые и извилистые оленьи рога чисто белого цвета, торчащие прямо из земли и загораживающие собой небо. Костяные деревья размещались так плотно друг к другу, что пройти между ними, не напоровшись при этом на острый край той или иной ветви, было фактически невозможным. Однако среди этих непролазных белых стволов все же непринуждённо гуляла одинокая фигура, что напивала себе под отсутствующий нос какую-то навязчивую детскую песню, эхом отражающейся в самих мыслях людей. "Хозяйка Рощи", как одноименно нарекли её Фольк и Андреа, была ни чем иным как личем в истрепанном классическом одеянии ведьмы. То есть остроконечная широкополая шляпа, темная накидка из паутины гигантских членистоногих и болотные туфельки, чем-то напоминающие собой гусиные лапки. Всё это вместе с её наигранным детским поведением вызывало такой диссонанс в сознании, что могло пошатнуть психику даже у ментально закалённого инквизитора. Конечно же называть её личем было прежде временно, так как она вполне могла быть просто восставшей из мертвых ведьмой, что пришла сюда вслед со всей ордой нежити и осталась в этом месте после небесного удара по Дремлющему. Но то как непринуждённо и беззаботно она себя вела среди всей этой аномальной местности, заставляло думать о том, что она как минимум обладает силой соответственной той, что породила эту аномалию. Спустя пару дней наблюдения за этим психоделическим зрелищем, пара людей смогла сохранить свои рассудки и убедиться в том, что помимо этой ведьмы около рощи никого больше не было. То ли она действительно была оставлена здесь одна на усмотрение судьбы, то ли вся другая нежить попросту не осмеливалась находиться рядом с этой безумной чудачкой. В любом случае это была та самая возможность на спасение, которую они искали. Ведь какой бы опасной не была эта немертвая ведьма, с теми силами, что остались у выживших, было вполне возможно подавить её хотя бы на какое-то время. Да было очевидно что вся эта местность очевидная ловушка, но на скольких людей она была рассчитана? Могла ли одинокая ведьма справиться с паладином? С двумя? С тремя? А что если с паладинами будут Пуницеры, что если их ещё дополнительно усилят и прикроют маги, что если в след им пойдут отчаянно желающие спастись солдаты? Стоило ли и дальше искать другие пути, когда "Белая Роща" была самым слабым звеном кордона немертвой армии из всех найденных ими? Обдумав всё это - дальнейший выбор был уже совершенно очевиден. - Мы рискнем. - Твердо заявил Рок и остальные люди в комнате согласно кивнули ему в ответ. Каков бы не был исход этой авантюры, они все уже дошли до того, что бы пойти на этот риск. Ведь ждать дальше было уже нечего. Либо так, либо безумие и смерть. Оглядев всех окружающих людей, чье решение было буквально выгранено на их лицах, Фольк мог лишь спросить одно. - Когда начнем? - Когда вы полностью восстановите свои силы. - Закатив глаза, как само собой разумеющиеся ответила Диор, без зазрения совести вновь нарушая субординацию. - Без вас двоих мы даже задницы с места не сдвинем. - Кхм… - Смущенно прокашлявшись за действия подчиненной, Рок добавил кое-что и от себя. - Я бы выразился немного помягче, но Диор права. Как вы сами сказали, нам понадобятся все силы, а без вас этого не произойдет. Так что как только вы восстановите ваши силы, мы начнем подготовку. - Нет. - Возразил ему Дий. - Подготовку мы начнем уже сейчас, а выдвижение отложим до того момента пока не восстановятся эти двое. Ты... Андреа, верно? Ты сможешь починить свою железную лошадь? - Если разберем то, что осталось от моей то сможет. - Скучающе отозвалась вновь Диор. - Я в любом случае уже не на ходу, а вот если кто повезет мою "малышку", то, может быть, я смогу "выбить глаз другой ведьме". Последняя часть фразы Диор явно была какой-то поговоркой, чей смысл ускользал от многих присутствующих. Постепенно в комнате закипела оживлённая деятельность, так что Фольк просто поднял к верху руки и сказал, что ему понадобиться не более двух дней отдыха. Андреа попросил ещё один дополнительный день и в итоге все сошлись на том, что они выдвинуться через восемь суток. За это время они соберут всё что можно будет унести, запакуют всю оставшуюся провизию и подготовят людей к резкому прорыву и последующему длительному походу, нет, отчаянному бегству из этих гиблых земель. Новости о столь резком и быстром решении командиров перевернуло гнетущую атмосферу крепости с ног на голову. За дальнейшие прошедшие два дня солдаты мельтешились с места на места, буквально с гвоздями вырывая всё имущество из их уже осточертелой обители и готовясь рвать когти как только врата будут распахнуты. Конечно же помимо воодушевившихся людей, готовых сделать всё ради своего выживания, зашевелились и те безумцы, что были готовы отдаться в лапы нежити не только себя, но и всех окружающих их собратьев. В эти дни у "псевдо-инквизиции" появилось множество забот перед окончательной отправкой всех людей во вне защитных стен, конечно же после ожесточенной чистки обычных солдат началась и самоликвидация этой излишне ретивой структуры. Глухие крики умирающих и рекой текущая за запертыми дверьми кровь, остались совершенно не замеченными в общем сумбуре предстоящего похода. К концу обозначенного срока все собравшиеся и выжившие во время чистки люди выдвинулись в свой последний путь. Никто из них не оборачивался назад, то ли боясь поколебать свою решимость, то ли стараясь не смотреть на горящее позади их последнее прибежище от внешнего ужаса. Помимо казни всех опасных элементов, командование так же решило напоследок сжечь и саму крепость. Это было сделано не только ради того, что бы опустевшую твердыню не заняли вечно живущие призраки, но для того, что бы показать солдатам, что возвращаться назад им больше некуда. Только вперед, только к спасению, без возврата и колебания. Эта идея должна была раскаленным клеймом выжжена в мыслях солдат, пусть сейчас и готовых рискнуть всем для прорыва, но в уже в ближайшем грядущем, без сомнения, дрогнувших перед неведанным во тьме ужасом. В отдаленном будущем, те не многие из готовых рассказать об этих событиях, в один голос утверждали, что самым ужасным событием был тот момент, когда ворота их крепости распахнулись перед ними. И пусть прямо за отворившимся проходом не стоял никакой неведомый монстр, или особо ужасающий пейзаж, но самим людям, глядя в беспросветный мрак снаружи, казалось, что они взирают в сами глубины Ада, а всего минуту спустя, они, по своей собственной воле, войдут в него, даже не дожидаясь никакой команды. Так уж получилось, что именно этот, самый первый момент на пути спасения, сильнее всех прочих дальнейших событий отпечатался в памяти людей, что вопреки всему всё же вырвались из лап смерти. Тех не многих выживших людей, что всё ещё были готовы рассказать об этом... ******************************************************************************************************************************************************************************************** Место действия: Граница Бресилианского Леса. Время действия: Через две недели после долгого привала. Глубоко внутри Эрик знал, что вопреки всем оптимистическим прогнозам двух его спутников, окончательно оторваться от преследователей им так и не удастся. Уже однажды пережив некий схожий опыт в прошлом, он понимал, что вопреки всеобщему хаосу в церковной иерархии и общей нестабильной ситуации в мире, каждая отдельная ветвь любого ордена святых рыцарей имела глубокие взаимосвязи с несколькими храмами в самых разных уголках континента. То, что их группе удалось так дерзко устроить успешный налет на нужное им церковное хранилище и даже успешно уйти от дальнейшей погони вспомогательных сил защитников - было действительно удивительным результатом. Но вопреки этому успеху, оставленные с носом защитники неотвратимо отомстили бы за свой позор, а значит они столкнулись бы вновь с ещё более превосходящими силами церковников. То чего Эрик не ожидал, так это того, что церковники будут выжидать до того самого момента, пока их группа достигнет границы Бресилианского Леса. Тем не менее, до этого момента была ещё одна череда событий, что вымотала их группу до той самой роковой встречи. Эрик уже бывал в этом месте в ходе своей рыцарской подготовки и прекрасно понимал опасность этого места, кишащего монстрами, малефиками и агрессивными эльфами. Но вопреки этому опыту, побывать в самом лесу ему довелось лишь у самого его краешка. Всё по очень простой причине. Сам лес, а не только лишь его обитатели, был просто невероятно опасен. Здесь главную опасность представляли даже не сами его хищные обитатели, но и здешняя флора. Ядовитая растительность обжигающая кожу одним мимолетным прикосновением, неприметные колючие ветви, готовые при малейшем движении впиться в глаза, дурманящие цветения, что своим ароматом погружают людей в сон, а чудовищ приманивают на пир, прилипчивые листья, что толстым слоем лишнего груза облепливают ноги и одежду путника, мешая сделать очередной шаг, или просто невероятно густые заросли через которые не прорваться даже если очень сильно постараться, все эти вещи встречаются здесь едва ли не на каждом шагу. Даже ландшафт леса был обманчивым и непредсказуемым препятствием для тех путников, что рискнут пересечь его границы в неположенном на то месте. Прямо сейчас, подходя ближе к незримой черте неприкосновенного людьми леса, фактически у самой опушки группа авантюристов уже встретилась с первым обитателем этого негостеприимного места и успешно расправилась с ним. Однако вопреки всем ожиданиям это отнюдь не был ни монстр, ни церковник... - Крестьянин? - Неуверенно поинтересовалась Сара, разглядывая одежду распростёртого на земле мертвого человека и деловито вытаскивая из его горла свой метательный нож. - Доносчик. - Презрительно парировал Джун, поведя пальцами по лицу уже мертвого паренька. - Псина церкви. Такие только и ждут, что бы получить свою кость с хозяйского стола. - ... - Эрик остался безмолвным, в конечном счете всё было верно и добавить ему было нечего, ему больше не было никакой нужды отстаивать честь фракции которую он и сам уже давно предал. Случившее событие произошло слишком быстро, что бы на него успели как-то толком среагировать, но когда уже всё произошло, то никто не мог оспорить действия Сары. - Что он сделал? - Вновь поинтересовалась Сара, пнув ногой уже сломанный предмет на земле. - Он подал кому-то сигнал? Джун бросил свой задумчивый взгляд на сломанную пополам обычную с виду ветку хвороста и не сдержав внутреннего ругательства подтвердил догадку Сары. - Да, очень похоже на то. Теперь он явно ощущал некие следы следящей магии, пусть до самого момента тех неожиданных действий паренька, а именно того предсмертного момента, когда тот напоследок переломал эту саму ветку пополам, Джун и не ощущал никаких подобных колебаний эфира, но теперь всё было слишком уж очевидно. - Я уже встречал подобных типов раньше, обычные люди, не наделённые ни даром свыше, ни особым талантом, ни достаточным умом, что бы понять во что они ввязываются. Просто одноразовые идиоты, которые будут полезными если только умрут в нужное время и в нужном месте. Сара склонила голову на бок. - Оу, то есть он не был доносчиком? - Со слегка сожалеющим тоном поинтересовалась она. - Тогда почему он вдруг... Джун прервал её колебания резки покачиванием головы. - Нет, он доносчик, но в то же время просто идиот. Как я уже сказал о таких людей есть толк только если они умрут в нужном месте и времени. - .... - Эрик одари Джуна выразительным взглядом, словно требуя от того объяснения, или безмолвно обещая отвесить ему затрещину за столь непонятные слова вместо прямого обьяснения. - Хм, ладно, давай-ка попробую объяснить... - Джун немного задумался. - О верно! Помнишь ту чушь о промывании мозгов через телевиденье? Увидев пару слегка ностальгических кивков, он продолжил. - Так вот тут ситуация схожа. Массовый Гипнос с некой навязчивой идеей совершить какое-то конкретное действие при определённых условиях. Джун взял короткую паузу, проверяя свои же выводы, после чего уверено продолжил. - С того момента, как мы уделали этих церковных ублюдков прошло уже не мало времени и, не найдя нас самостоятельно, они решили действовать окольным путем. Конкретно этот метод... ну как я и говорил тут имеет место массовой промывки мозгов, но по сути с обработанными людьми просто проводят некую незаметную манипуляцию после чего они становиться невольными осведомителями церкви. Джун подобрал с земли сломанную ветку хвороста и пробормотав вслух короткое заклинание, передал предмет в руки Сары. - Ох, вау, или просто как и ожидалось, да? Слова Сары не выражали особых эмоций удивления, так как чего-то такого она и ожидала. Сломанная ветка в её руках теперь преобразилась, пестрея россыпью странных символов, которых раньше не было видно. - Конкретно наш случай, думаю он видел наши лица во сне. И его подкат... - Джун запнулся, столкнувшись с Сарой взглядами, последний парень, что был неосторожен со словами, получил нож в горло прямо на месте. - ... то есть попытка заговорить с тобой, была навязана тем, что он видел тебя в своих грезах. Ну а когда ты без лишних разговоров просто метнула в него нож и он понял, что умирает, сработала последняя ментальная закладка, что заставила его сломать перед смертью эту сигнальную ветку. - "Сигнальная ветка"? Она и вправду так назы... - Может и нет. - Прервав этот вопрос на середине, Джун пояснил. - Но по сути она действует как та самая сухая ветка в лесу, что громко трещит когда на неё неосторожно наступает крадущийся охотник, тем самым спугивая свою добычу. Просто опусти это, по существо это просто магический сигнал, простой, малозаметный и непримечательный. Что очень хорошо подходит для крестьян, якобы собирающих хворост в лесу. Забавно что именно эту конкретную ветку, они изо дня в день носят с собой, даже не задумываясь о том, почему они никогда не отправляют её в печку. Весьма удобно, особенно тогда, когда нужно поймать преступников пытающихся укрыться в лесной деревне. - Ты хочешь сказать, что церковь массово манипулирует людьми? - Мрачно поинтересовался Эрик, открывший для себя ещё одну страницу мрачной истории церкви. - Не всё так ужасно. - Успокоил его тревоги Джун. - Это трудно назвать манипуляцией, так как никто не лишал людей их воли и не навязывал им своего мнения, противного от того что они имеют сами. Для этого существуют храмы и люди ходят в них по своей собственной воли, а вот почему они туда возвращаются это уже другой вопрос. Как ни как а не везде нужно применять магию, порой достаточно и просто людей с правильно подвешенным языком. В конечном итоге слишком частое применение подобных вышеестественных мер вызовет много вопросов со стороны тех кто замечает разные странности, а следовательно это уже вызовет и расследование со стороны магов. Так что ни о каком массовом манипулировании людьми речи не идет, а вот об краткосрочном или даже экстренном использовании в своих интересах - то, да, это можно. Видя, что его слова несколько угнетают Эрика, Джун протяжно выдохнул и решил высказаться предельно откровенно. - Послушай, Эрик, я всё понимаю и не пытаясь сделать из церкви ещё большего монстра чем она является, но ты должен понять с чем мы имеем дело, прежде чем принимать какое либо решение. В конечном счете мы вместе из-за наших взаимосвязанных обстоятельств, а не потому, что мы такие уж близкие друзья. - .... Эрик не ответил словами, но ободряюще похлопал Джуна по плечу, дав тому понять что всё в порядке. - Так... всё же, что нам дальше делать? - Словно не обращая внимания на общую атмосферу и труп, лежащий прямо у её ног, поинтересовалась деловито Сара. - Ах, да. - Опомнился Джун. - Ну этот парень явно подал кому-то сигнал, раз уж он не смог нас задержать рядом с собой, то поспешил сделать что мог. Так что вскоре следует ждать большую компанию. Хотя я нее думаю, что они могут позволить себе такой же трюк с массовой телепортацией и штурмовой группой прямо к нам, как это делает Магический Союз, но вот то что в течении дня сюда нагрянут наши старые знакомы вполне вероятно. - Хм, слишком уж продуманное действия для "идиота", как ты сам выразился. - Заметил Эрик. - Он точно не агент под прикрытием? - Здесь? - Выразительно окидывая рукой округу, со скепсисом поинтересовалась Сара. - В такой дыре? В такое время? Нет, я, конечно же, ещё могу поверить, что он решил выйти вечером в лес собрать хвороста, но то, что бы скрытый агент сходу же начал ухаживать за первой встречной девушкой в близи этих краев, это уже за гранью всякого здравого смысла. Я с легкостью приму то, что он "идиот", но я ни за что не поверю, что с такими "агентами" церковь смогла достичь того что она имеет сейчас. - Погоди, ты по этому метнула в него нож? - Спросил Эрик то, что не давало ему покоя последние несколько минут. - Потому, что посчитала его подозрительным? - А? Нет, конечно же нет. Я просто так реагирую на каждого парня, который пытается за мной приударить не в том месте и не в том время. - Отмахнулась насмешливо девушка, заставив двух своих спутников поежиться от её беззаботного тона. - В любом случае нам нужно двигаться дальше. - Собравшись, подытожил Джун. - Увы, теперь придётся обойтись уже без остановки в деревнях и уточнения дальнейшего направления, но я как-то справлюсь с этим. - С ориентировкой на дикой местности у меня всё в порядке. - Кивнула головой Сара, давая понять что в дороге она не потеряться. - Но что с нашим грузом? Все разом взглянули на экипаж. Скелетные лошади недвижимо стояли на месте, словно мраморные статуи, безразличные даже к течению времени. А вот ведомый ими дилижанс был куда менее стойким с виду. Хотя Джун и собирался укрепить его несколькими дополнительными чарами, но большую часть времени у него уходило на уход за тягловой силой. Здесь трудно было в чем-то его обвинить. В конечном счете машинист поезда так же не может управлять своей машиной и одновременно ухаживать за железнодорожными рейсами. - ...У меня слишком мало магии... - Процедив сквозь зубы эту уже набившую оскомину фразу, Джун вспомнил, что ещё одной их целью так же было найти в деревне плотника для работы с транспортом. Как ни как, но среди них не было никого кто мог бы вырезать из стволов деревьев ровные доски и с их помощью чинить столь сложную конструкцию как дилижанс. - ... Я кажется где видел топор среди наших трофеев, но вот пила... - Пробормотал не впопад Эрик, словно так же думая что им делать. - ... - Сара просто надула губы. Она была из тех кого больше всех уже достало то, что внутри транспорта гуляет ветер и стекается вода. Но, в отличии от двух мужчин, она не имела ни малейшего понятия того как работать по дереву. Это при том, что её отец в этом мире был весьма не плох в подобном деле, но она не предавала особого значения отцовскому ремеслу, особенно когда тот сам не собирался её в этом просвещать. Постояв ещё с минуту неловкой тишины, компания забралась внутрь своего обветшалого транспорта и двинулась дальше. В другом же месте... Некий неспешно прогуливающийся старик внезапно остановил свой шаг. Он внезапно услышал надрывный треск, что был больше похож на предсмертный крик некоего животного. Не особо спеша, пожилой человек тем не имение вскоре приблизился к месту недавнего шума. Он обошел это место по кругу, вглядываясь то вверх, то вниз. Всё его внимание было сосредоточено на этом. Внутри храмового комплекса в самой середине широкого и высокого зала, росло невероятно внушительное дерево с алыми листьями и белой корой. Это волшебное дерево росло здесь вот уже несколько сотен лет и служило своей цель столь же долго как и сам этот храм. Пускай особой ценности во всем этом месте было не так уж и много, но внутри храма всегда оставался хотя бы один настоятель, ровно до той поры пока его на смертном одре не сменит его приемник. Некто мог посчитать это ссылкой, но в действительности это была заслуженная пенсия для тех, кто знал слишком много секретов, но был слишком ценным служителем что бы от него избавились. Так что настоятель этого храма просто доживал свое время в храме, где мог созревать пустоту и слышать тишину до конца своих дней. Чтение книг, уход за садом, отдых у ручья и сбор урожая круглый год. Пенсия служителя тайн была отнюдь не так плоха как можно было подумать, ведь в конечном счете сюда отправляли тех, кто за свою жизнь узрел слишком много всего и в конце концов желал лишь уединения и покоя. Тем не менее порой заслуженную тишину нарушали и тогда настоятелю следовало выполнить ряд процедур которые передавались из рук в руки каждым прошлым настоятелем этого храма. Старик тщательно следовал заветам своих предшественников и его внимание тут же упало на одиноко упавший алый лист. Листья, что никогда не увядали и не падали сами по себе. Крик боли, что звучал от древа лишь тогда, когда где-то вдали уничтожали его частичку. Всё это было хорошо известно старику. Настоятель дословно помнил всё что ему передал предшественник, а за свои годы служения здесь он не единожды проводил эту процедуру самостоятельно. Подойдя к упавшему листу, старик поднял его. Этот волшебный лист не был подвластен ни движению ветра, ни течению воды и сдвинуть его можно было лишь умышлено и по воле человека. Но падал лист так же не произвольно, а в одно конкретное место. Настоятель обозрел место падения листа, прежде чем по завету предшественников отправить лист себе в рот. Галлюциногенные свойства этих литиев почти вызывали зависимость от них, но самостоятельное срывание их прямо с ветвей было кощунством с ужасающими последствиями. Вскоре эффект проглоченного наркотика дал о себе знать. Настоятель содрогнулся от пронзившей его тело эйфории, но удержался на ногах, ему ещё предстояло узреть то, что открывалось перед его взором. Весь пол храма, выложенный разноцветной декоративной плиткой, был ничем иным как огромной картой. Вся эта карта, тем не менее, не охватывала большой территории, но зато отражала те земли, куда не осмеливались зайти абы кто и просто так. Да, всё верно. Карта на полу отражала территории Бресилианского Леса, а само волшебное древо было центром оповещения для церкви, когда её интересы касались чего-то происходящего в этом лесу. Именно потому этот храм служил местом, что фиксировало сигналы от "доносов" спящих агентов. Взгляд настоятеля был всё так же сосредоточен на месте падения листа и вскоре перед разверзлось виденье. События похожие на сон, очень далекие от того что видят в своем сознании люди, проигрывались перед отсутствующим взглядом настоятеля. Его смертное тело было всё ещё здесь, но вот сознание летало где-то далеко. Вскоре виденье завершилось и остаточные образы начали таять в памяти настоятеля. Постояв на месте ещё некоторое время одинокий старик отправился в уединённую комнату. За прошедшее время он получал не так уж и много запросов из внешнего мира, да и обращались к нему лишь те, кто имел этот скрытый канал связи с этим местом. Потому после тщательного обдумывания того откровения, что он получил через проглоченный лист, особо задумываться о получатели его ответа долго не пришлось. Осмотрев комнату и оценив все магические артефакты связи, старик вспомнил как именно с ним связался его недавний проситель. Ноги настоятеля уверено привели его к стенду, где находилось стекло на котором был рассыпан песок. Для того, что воспользоваться этим артефактом нужно было лишь зажечь простую свечу под стеклом, после чего рисуя по поверхности песка отправить письменное сообщение. Получатель же определялся тем каким символом храма было украшено изголовье стенда. Конечно же получить сообщение мог лишь тот кто имел такой же стенд у себя в храме. Но в отличии от вестников, что передавали лишь несколько коротких фраз сообщения, или парных раковин, что приходили в негодность с потерей одной из половинок, этот способ был весьма неплох. Конечно же обилие артефактов связи в комнате оставляло широкий выбор его ответа, но учитывая то, что он получил этот запрос именно в такой способ, о решил ответить тем же. Конечно же фактически изолированный от внешнего мира настоятель и не подозревал о всех тех выбивающих почву с под ног событиях, что фактически лишили церковь всех её прошлых и более мощных линий информационного снабжения по сути вынудив отдалённые храмовые филиалы задействовать все имеющиеся у них запечатанные ресурсы. "Монастырь Чара-Древа" был как раз одним из таких запечатанных ресурсов, что со временем просто уступили в эффективности более развитым координационным центрам, но были достаточно полезными, что бы сохранить их на всякий случай. Теперь, когда внезапно раскрывшие себя перевертыши на высоких должностях устранили всех ключевых людей, фактически уничтожив этим большую часть былой системы оповещения и саботировали всю их работу, приведя к непоправимому ущербу все известные комплексы инфосферы, наступила пора вытащить из пыльного чулана эти "старые дедовские штаны" и попытаться натянуть их на свой не в меру увеличившийся "глобус". С запалом свечи настоятель начал писать ответное сообщение. В другом же месте... Внезапно загоревшаяся свеча под стеклом осветила мрачное помещение, а песок начал двигаться так что на нем вырисовывались буквы и даже картины. Пусть прямо сейчас никто и не смотрел за этим местом, но с наступлением утра кто-то обязательно увидит полученный ответ и тогда то, чего так боялись преследуемые преступники воплотиться в реальность. Правда это случиться куда позже того времени когда их ожидали. И если у этого храма нет средств для быстрого переноса, то времени для побега у беглецов будет ещё больше. Но суть была в том, что здешние церковники желали хотя бы найти следы тех воров, что разорили доверенное им хранилище, а преследование можно было поручить уже тем, кто на этом лучше специализировался. Ведь если им удастся всё правильно провернуть, то здешний храм сможет даже задействовать приписанного к ним рыцаря паладина. Особая спешка была ни к чему. В конечном счете с падением самой основы церкви наконец наступило время для тех, кто так долго желал возвыситься на руинах прошлого. И присоединение к их фракции паладина было весьма успешным подспорьем в будущем противостоянии с другими фракциями. На фоне этой возможности, факт разграбления доверенного им хранилища казался уже не бедствием, а удачей. Ведь кто мог лучше прочих возродить величие внезапно упавшей церкви, чем "Хранители Устоев". Конечно же помимо этих амбициозных ублюдков было ещё много других кусающих друг друга собак. Но так уж получилось, что именно им выпало столкнуться с главными виновниками падения церкви, пусть и сами они этого и не знали. ******************************************************************************************************************************************************************************************* Место действия: Бресилианский Лес. Гиблые Топи. Время действия: Параллельно основным событиям. В месте где ядом пропитан сам воздух и могут сгинуть даже призраки, вопреки всем законам логики всё же жили люди. Нет, назвать их людьми было бы неправильно, так как тот кто был способен выживать здесь был "чудовищем", что приспособилось до окружающей среды и смогло диктовать уже свои условия здешним обитателям. Малефики - нелегальные и независимые от Магического Союза заклинатели, преследуемые и презираемые всем внешним миром, смогли найти прибежище в этом адском месте. Малефики не были отдельным классом заклинателей, или приверженцами какой-то конкретной школы магии, но являлись изгоями или беглыми преступниками с магическими способностями, что попросту не смогли ужиться в нынешнему магическом сообществе или поспеть за ходом изменчивого времени внешнего мира. Кто-то достаточно могущественный, что бы стать известным в мире, но достаточно проблемный, что бы за ним пришли люди занимающиеся устранением опасных элементов, вот кто обосновался в этом месте. Но какими бы сильными не были здешние обитатели все они... да, они все были со своими тараканами в голове и никогда не представляли собой реальной силы. Немного странные, немного эксцентричные и немного безумные. Вот так можно было охарактеризовать здешних обитателей, среди которых за последние месяцы начали ходить весьма интригующие слухи о новичке. Пребывший пару месяцев назад новичок отличался весьма юным возрастом и не свойственной здешним эксцентрикам отрешенной апатией. Если бы не тот факт, что его принес на своей спине хорошо знакомый им человек, то с таким отношением парень очень скоро бы столкнулся с проблемами. Ведь если ты хочешь тишины и меньше внимания со стороны, то ты должен хотя бы проявить для этого твердый характер и четко выразить свое намеренье. Тем не менее, этот парень казался не волновался даже о том что бы жить. Конечно же с таким угрюмым настроем среди местной "интеллигенции" о новичке сложилось не лучшее мнение. Это мнение было ещё больше ухудшено не общительностью новичка и постепенно распространяющиеся дурные слухи о нем. Даже с протекцией приведшего его сюда человека долго оставаться неприкосновенным для этого паренька было бы невозможно. И как следовало ожидать, однажды лучилось то, чего все так ждали. Новенького паренька начали булить. Сначала сущая мелочь, просто провокация без глубокого смысла и только лишь ради того чтобы вывести апатичного паренька на эмоции. Но потом, видя, что он фактически никак не реагирует на подобные провокации, задевания стали более грубыми и резкими. Конечно же человек приведший сюда паренька был возмущен такими действиями, но почему-то ни вмешиваться, ни останавливать задир не стал. Понаблюдав за ситуацией он удалился, ограничившись лишь короткой и непонятной фразой вроде: "Плевать в жерло вулкана можно лишь с полной уверенностью того, что вулкан уже давно погас". А несколько дней спустя, когда задиры очевидно превысили лимит терпения новичка, значение невзначай брошенной фразы стало понятно всем. Вулкан взорвался. И извергнутый им гнев захлестнул всё поселение, вынудив изгоев постепенно убираться прочь, спасая свои шкуры. Удивительно, но никто так и не погиб, хотя многие и получили ранения. Шрамы от тех ожогов остались с ними и до сегодня, а репутация новичка взлетела на невиданный до ныне уровень. Мало того за ним закрепилось прозвище, которое знал каждый из малефиков, будь они здешними затворниками или путешественниками во внешний мир. "Вулкан" - таково было нынешние имя Ричарда, впервые давшим проблеск эмоциям после длительной апатии. Конечно же изначальная прибавка "Маленький~" была благоразумно убрана из упоминания когда узнавший о своем новом имени Вулкан извергся вновь. ******************************************************************************************************************************************************************************************** В нескольких километрах от обжитой малефиками территории творилось невообразимое бедствие. Некто, оторванный от реалий этого места, назвал бы это сверхъестественным катаклизмом, те же кто был хоть немного осведомлён - назвали бы это... очередным "Извержением Вулкана". Наблюдающий издалека за этим феноменом человек, старался стереть любые следы своего присутствия, так словно бы боялся, что феномен обратит на него свое внимание до того как его сила иссякнет. Внешне этот человек походил на одного из множества здешних отшельников. Глубокий балахон камуфляжного окраса, накидка из сухих листьев, кожаные сапоги до голенища на подошве из мха и тканевая полумаска, закрывающая рот и нос. Стандартный выбор одежды в этих краях, что позволял не только затеряться среди множества подобных ему, но и позволял более менее свободно передвигаться по этим гиблым местам. Однако тучное телосложение и лысая голова, характерные только для одного здешнего постояльца оставляли без малейшего сомнения о том кто этот человек. Титус, некогда один из мастеров магии на равных правах претендовавших на звание магистра на ряду с Нортоном, но в итоге по глупости совершивший цепочку ошибок приведших его к здешним стандартам, теперь был занят тем, что подглядывал за своим младшим подопечным. Конечно же назвать это столь грубо было бы вопиюще для персонажа его силы и прошлого статуса, но по существу... всё действительно было так. Он бессовестно подглядывал за Ричардом вот уже почти месяц к ряду и делал он это отнюдь не из-за беспокойства о пареньке или близь живущих людей. Нет, местные уже обвыклись с причудами "новенького" и теперь понимали, что к нему лучше не лезть без особой нужды, а когда небо озаряется алым - лучше и вовсе удрать куда подальше. Титус же, как человек приведший этого возмутителя спокойствия в их "Гавань уюта" и следовательно ответственный за его проступки, был выставлен вон со словами: "Проконтролируй что бы до нас не дошло". Так что теперь он просто сидел тише воды и ниже травы пока его младшенький выпускал наружу ту бурю эмоций что съедала его изнутри. Однако глядя на то, что творилось вокруг, даже такой добродушный и сочувствующий человек как Титус предпочел что бы Ричард хоть немного сдержался. Как говорилось ранее, местных появилось поверье "Если небо озариться алым, то всем вокруг нужно бежать и прятаться как можно скорее". Это отнюдь не было преувеличением или пустым суеверьем, ведь даже за несколько километров от эпицентра бушующей огненной бури, озаряющей свои алым светом всё небо, до жилищ малефиков доходил горячий воздух, от которого скручивались волосы, яркие искры, всё ещё способны поджечь даже мокрую одежду и невесомый пепел от того, что осталось от местного болота и того что обитало в нём. Да, давая своим эмоциям выход Ричард буквально опустошал окружающую среду. А наблюдая в относительной близи за этим процессом даже такой заклинатель как Титус не мог не содрогнуться всем своим нутром. Перед его глазами разверзся настоящий ад, словно сама "Геенна Огненная" поднялась с глубин Преисподней и пожрала знакомый ему мир. "Буря Огня" было бы слишком обобщенным описанием этого зрелища, ведь вздымающиеся к самому небу столбы огня, хаотично вращающиеся пылающие вихри, бурным потоком текущая рекой лава, жар испаряющий болотную воду в радиусе огромного кольца от самого центра неистовства стихии... всё это не могло передать даже толики того, что происходило на самом деле в центре необитаемых болот. Скажи кто, что на земле родилось ещё одно солнце или то, что старое солнце упало вниз, и того было бы мало. Нет, Титус не мог подобрать эпитета, что бы пересказать что он видел. С таким усердием уже через полгода все Гиблые Топи превратятся в клочок осушенной равнины, но для местных это так же не было хорошей новостью, ведь они сами вряд ли доживут до того момента. Усердия Ричарда не несли блага, а лишь одно разрушение. Ведь даже уже давно осушённая им территория всё ещё излучала такой пронзительный жар, что ни один человек не мог вступить на эту землю и судя по личным ощущениям Титуса никогда не сможет. Подождав ещё с минуту с трепещущим сердцем Титус наконец издал облегчений выдох. Он ощутил как окружающий жар в воздухе постепенно слабеет, а раздувшееся до необъятных величин пламя медленно втянулось в центр сосредоточения сверхъестественной силы, впитываясь обратно в тело человека породившего его. - Ну, по крайней мере, выдыхается он всё так же быстро. - Не мог не подначить Титус подопечного, хотя и делал это так что бы его не услышали. - Что же давай уже заберем его. Использовав свою магию, что со вспышкой огня поглотило Титуса в одном месте и с такой же вспышкой выплюнуло его в другом, крайне толстокожий маг появился перед обессиленным Ричардом. За прошедшие месяцы Ричард сильно изменился, как внутренне так и внешне. Его нынешний вид можно было назвать как грозным, так и жалким. Он был силен, но в то же время и слаб. Он пытался казаться крепким как скала, но был уже внутренне сломлен. Нынешний Ричард был квинтэссенцией противоречий. В нём одновременно объединились и мятежный дух и покой смирения. От прошлого Ричарда осталось лишь его лицо, всё же остальное претерпело кардинальных изменений. - Кажется в последнее время ты стал выглядеть лучше. - Отметил он, сбрасывая комплект одежды перед обнаженным телом. - Но похоже что только "кажется". Это был как комплимент, так и упрек. Из-за своих вспышек неконтролируемого гнева в последнее время Титусу пришлось обеспокоиться вопросом о сменной одежде, так как огонь паренька поглощал буквально всё вокруг, в том числе и одежды на Ричарде. И как бы печально это не было, пока что Ричард ничего не мог с эти поделать. Окружающий их жар был достаточно сильным, что бы поджечь волосы на голове человека, но так как Титус и так был лысым, а огонь всегда был его сильнейшей чертой, то ему не составило труда не только встать прямо перед Ричардом, но и уберечь принесённый им комплект одежды. Ричард никак не отреагировал на слова Титуса, но протянул руку и уверенными движениями начал одеваться в неудобную во многих смыслах одежду местной моды. - Знаешь такими темпами все мои сбережения уйдут на твое переодевания. - Титус с удовлетворением заметил как на секунду руки Ричарда замерли в воздухе. - Так что попытайся в следующий раз хотя бы сбросить с себя штаны. Короткая вспышка огня совсем рядом с ногой Титуса, заставила старика испуганно дернуться, но уже в следующий миг этот лысый жирдяй вернул себе уверенную манеру поведения и с непроницаемым лицом, способным послужить ледорубом в арктических водах, ответил. -Нет серьезно парень, это реально сэкономит мне хотя бы половину того, что я трачу на одежду. Вопреки контексту Титус отнюдь не врал. Среди здешних обитателей было несколько портных и как минимум десять сапожников, но лишь один человек шил штаны. И так уж получилось, что с подобной монополизацией здешнего небогатого рынка цена за его изделья казалась просто заоблачной. Спрашиваете зачем изгоям здесь деньги? Ну так никто о деньгах и не говорил, здесь работал старый принцип бартера, часто выходящий за рамки здравого смысла. Так как все здешние обитатели были заклинателями, то и товар услуг и предложения был специфичен. В случае Титуса… ну ему бы не хотелось рассказывать кому бы то не было чем и как ему порой приходилось расплачиваться со здешними воротилами малого и крупного бизнеса. Так что просьба была вполне искренней. - … Учту на будущее. - Хрипло отозвался Ричард, пытаясь встать на ноги. Самостоятельно сделать это у него не получилось, потому Титус поддержал его. Увы, Ричард не оценил его заботы и просто отмахнувшись от его руки помощи всё же встал сам, пусть и с пятой попытки. - Ну тогда давай возвращаться. - Предложил Титус, убедившись что Ричард может стоять на ногах самостоятельно. - … - Ричард на секунду задумался после чего отрицательно покачал головой. Несмотря на искреннюю заботу Титуса последние месяцы жить им двоим приходилось в хлипком шалаше изобилующим клопами, плесенью и другими весьма сомнительными запахами к которым Титус ну никак не мог быть причастен за прошедшие месяцы своего отсутствия здесь. Говоря иными словами они вдвоем словно бы забрели в случайную заброшенную ночлежку каких-то наркоманов и остались там жить. Конечно же в их условиях выбирать особо не приходилось, но даже так у Ричарда появилось инстинктивное отторжение при упоминание того места. Но вот попытка построить себе другое жилище, увы, не увенчалась большим успехом. Первый дом, а точнее точная копия того самого шалаша, не выдержала собственного веса и рухнула ещё до того как Ричард успел его закончить. Второй был уже прочнее, но из-за щелей в стенах в нём было не только холодно и сыро от болотного воздуха в зимнюю пору, но и так же в нём вскоре появились насекомые куда страшнее клопов. Спалив в истерике это прибежище уже больше для паразитов, чем для людей, и начав сооружать третье, Ричард вдруг понял что не смотря на зимнюю пору влага болот никак не замерзала, а её обитатели не впадали в сезонную спячку. Кроме того что воздух стал холоднее настолько, что на нем и собака замерзнет, казалось что в самих топях ничего более не изменилось. Поняв эту аномальность Ричард провел небольшой эксперимент и с запоздалым удивлением отметил что свежесрезанные и должным образом высушенные им ветки дерева всего за один день были съедены плесенью. Поделившись этим открытием с Титусом и не увидел у того на лице какой-то реакции Ричард мог лишь смиренно вернуться в их старый клоповник. Лишь тогда он смог оценить насколько много магии Титуса было потрачено на поддержание этого места в относительно "сносном" состоянии. Хоть клопы и копошись на сырой земле, они не кусали людей. Хоть в воздухе витали странные ароматы они не вдыхали ядовитых испарений, что едва не задушили Ричарда в первую ночь когда тот ночевал снаружи. Хоть плесень и покрывала стены внутри дома, она не съедала саму древесину и не вызывала каких-то болезней. Но хоть Ричард и понимал всё это и признавал способности Титуса поддерживать относительный комфорт их сна.... Ричард всё же не мог эмоционально принять этого. От части с этим же фактом было связаны его эмоциональные срывы, во время которых он словно бы пытался сжечь всё это болото дотла. Не поймите не правильно, это отнюдь не было истерикой парня с какой-то мизофобией, ведь Ричард был из тех, кто в своей прошлой жизни мог спокойно закурить сигаретку, сидя задницей в грязной луже по среди улицы, или жахнуть бутылку пива с друзьями, развалившись посреди мусорных пакетов на городской свалке мусора. Но здешняя грязь была на совершенно ином уровне. Она словно какая-то болезнь пыталась пожрать всё чего касалась и если ты недостаточно силен что бы противостоять ей, то вскоре она переварит тебя, навечно превратив в корм для здешних паразитов. Потому Ричард почти инстинктивно пытался противостоять ей всеми доступными ему силами. И как бы смешно это не казалось со стороны, но подобной борьбой были заняты всё кто рискнул тут остановиться. Ведь не просто так говорят что здесь могут сгинуть даже призраки. Однако вопреки всеобщей надобности как-то выживать здесь, каждый пытался бороться с этим сам, очень изредка обращаясь к другим за помощью, за которую те безбожно взымали немалую плату. В конце концов это была не та община где люди страдали альтруизмом или высокой моралью. Здесь жили изгои общества, закоренелые преступники, чистые безумцы и маниакальные убийцы. Будь всё хоть немного иначе то Ричарду не пришлось так страдальчески проходить свою реабилитацию. Хотя по существу, если бы не жестокость этого места и его обитателей, то вряд ли бы он вновь пришел в себя. Когда Ричард просыпался в первые дни после того инцидента он едва осознавал себя. Его воспоминания, личность, эмоции и душевные терзания сплетись в такой тугой ком, что развязать его можно было лишь разрезав всё на куски и пересобрав заново. Именно потому Титус и не стал препятствовать местным задирам, а позволил им довести Ричарда до точки кипения, дав тем самым столь нужный толчок для прорыва парня. Хотя спроси его кто: Почему же он не сделал этого сам? Ведь он знал Ричарда лучше чем местные гопники, так что вполне мог бы вывести подопечного на эмоции куда мягче. - То Титус бы соврал, глядя прямо в лицо спрашивающего, сказав что угодно, но не то что он попросту испугался попасть под ответную реакцию паренька. И судя потому что те парни так и не оправились от полученных ими ожогов, а посёлок всё ещё восстанавливался после пожара - Титус в был в чём-то прав, или по крайней мере, благоразумно осторожен. Так что позволив добровольным самоубийцам сделать это благородное самопожертвование, Титус стал курировать восстановившего самосознание Ричарда в его дальнейшем выздоровлении. Это отнюдь не было проще чем тот первый шаг, ведь что бы понять куда двигать дальше им сначала требовалось понять что с ним вообще произошло. Тот злополучный ритуал долголетия, в которой Ричард стал одной из заготовленных жертв для выздоровления архангела, из-за разразившегося хаоса не только обратился вспять и направил всю собранную жизненную силу из целого города прямо обратно на Ричарда, тем самым не только воссоздав его тело, но и переродив его в более пригодный сосуд для вместилища столь огромной мощи. Говоря проще паренек одним махом достиг сферы "Слияния Тела и Души", сравнившись этим с магистрами Магического Союза, но при этом весьма сильно отличался от них на самом основании. Ричард теперь уже твердо утвердился на ногах и сделал глубокий вдох, словно бы вновь втягивая в себя что-то из воздуха. И действительно, в той же миг окружающий их жар стал увядать, но словно всё же немного противясь воле своего творца, часть пламени вместо угасания ушла и затаилась где-то на глубине новообразованного клочка суши, словно выжидая момента вновь выбраться на поверхность как то было уже неоднократно ранее. Сделав ещё несколько вдохов и убедившись, что больше тепла из окружающего воздуха ему уже не поглотить, Ричард стряхнул со своей одежды защитную магию Титуса, покрыв её в слой уже своей силы. Именно что силы, а не магии, в привычном для выходцев из союза смысле. Титус уже неоднократно отмечал, что нынешняя мощь Ричарда это не плетение, не проявление и даже не воплощение магии, а некая сверхсила что требует от своего носителя лишь высвобождения своей мощи. Титус как почетный выпускник Академии прекрасно знал что различные сверх силы берут свое начало от благословения или проклятия, в некоторых случая сверх сила может быть даром при рождении ребенка, но в случае Ричарда, он стал носителем этой мощи тем же способом что и сам Титус. - [Но почему же тогда между нами такая большая разница?] - Вновь задумался над этим старым вопросом Титус, всё так же теряясь в догадках. - [Дело в сорванном ритуале или в его прирожденной аре? Нет, даже с его предосторожностью и той массой проглоченной силы всё не должно было стать вот так как есть. Этот уровень сверх силы уже выходит за рамки здравомыслия, словно он уже и не человек а некое мистическое существо или быть может... архимаг?] Последняя мысль уже не единожды заставляла Титуса содрогаться изнутри, но как бы он не пытался это отрицать - сила Ричарда уже так сильно превзошла способности остальных магистров что другого объяснения попросту не было. Но даже так, утратив способности к плетению и доступ до иных форм магии, Ричард уже не мог формально претендовать на этот почетный легендарный титул. - [А всё из-за той сущности что явилась нам во снах. Тц.] - Титус не мог мысленно не прищелкнуть языком. Заклинатели, что получали свою силу как некий дар от потусторонних сил, были ни чем иным нежели "Колдунами", а отношения к ним в Союзе было не однозначным. Для понимания ситуации представите двух людей. Оба родились в одной деревне оба обладали семьями и друзьями, но в какой-то момент у одного из них обнаружился дар к магии и он отправился учиться контролировать свои силу. Другой же человек остался жить своей обычной жизнью, не встречаясь с ничем необычным. Так проходят годы. Человек с даром тратит всё свое время и силы на обучение, а человек без дара просто живет своей жизнью, не беспокоясь ни о чем кроме ежедневных нужд. Так для них двоих проходят их спокойные или напряженные дни пока человек без дара внезапно не получает от некой таинственной сущности сверхспособности. Одним махом простой обыватель получает то, ради чего одаренный трудился много лет своей жизни. Но если вы думает что всё дело в банальной зависти, то очень сильно ошибаетесь. Ведь сила одаренного это его результат его собственных трудов и то, что принадлежит ему по праву. А вот сила колдуна, это заем в долг с не выплачиваемым уровнем растущих процентов. Проходит ещё некоторое время и вот с колдуна начинают требовать плату за дарованную ему силу. Порой это сущие мелочи, работа на полставки мелким агентом для потусторонних сил, ничего особенного, ведь даже почитаемые маги вынуждены кланяться перед венценосцами, так что служить более могущественной сущности не так уж и страшно. Но порой это извращенное и злое издевательство на человеческой моралью и принципами. Сущность, одарившая Колдуна силой, может затребовать у того фактически всё что угодно, отказать или противостоять желанию покровителя очень трудно. Порой требования сущности даже не несут за собой никакой конкретной цели, а лишь заставляют человека, возомнившего себя просто счастливчиком что получил дар свыше, страдать и морально деградировать. Так колдун может убить свою семью, предать друга, уничтожить чью-то жизнь и всё ради удовлетворения того кто стоит за ним. Если одарённый человек сам принимает свои решения, то в случае колдуна его решения чаще зависят от прихотей его патрона. Естественно что с такими союзниками внутри Союза Магии и враги не нужны, но люди, пожелавшие стать частью магического сообщества, приложили все силы, что не стать игрушками для своих хозяев, а их вклад в общее дело трудно переоценить. Так что колдуны Союза вызывают опасное уважение, но вот свободные колдуны - лишь опасливую насторожённость. Ричард был всего лишь адептом магии и ещё не стал по настоящему частью Союза, а его ситуация настолько уникальна и взрывоопасна, что без сомнения заставит многих из верхних эшелонов магического сообщества принять однозначное решение устранить столь неопределённый фактор риска. Титус по свои каналам уже попытался связаться со своими знакомыми из Союза, дабы прояснить ситуацию с пареньком. Ситуация с мастером Вал Виком, наставником и учителем паренька, была полна тумана, так как его не только госпитализировали, но и за произошедший случай с учениками перевели куда-то где ни один знакомый Титуса никогда даже не бывал. Потом это событие с "Маршем Смерти", что заставило всех на болотах отложить годовой запас кирпичей. Это событие он не застал, но позже Титус вызнал, что неизмеримо огромная орда нечисти в итоге остановилась прямо по среди границы, где традиционно сражались Яуросци и Империалисты, вмешавшись в их сражение и скорее всего окончательно поставив точку в этом вопросе. Чуть лучше через свои каналы разузнав об учителе паренька, Титус предположил, что невозможность связаться с Вал Виком можно объяснить тем, что его как и многих других магов попросту призвали дабы разобраться в этой ситуации. Пока Титус и остальные обеспокоенные малефики метались со стороны в сторону из-за орды нежити, к нему вдруг пришла весть с самой столицы Империи. Ужасающий теракт, унесший жизни многих венценосных особ, в том числе и жизнь одного из архиепископов. А через пол часа пришла ещё вторая весть, тайная информация о том, что даже произносить вслух запрещалось. Мир рушился на глазах, а некогда твердая земля уходила из под ног. Естественно что с такими новостями никому уже не было дела до него и странного паренька. Тут бы самому уцелеть в таком вихре событий. Боги, Титус даже отбросил свое упрямство и попытался связаться с Нортоном, так как смог услышать вполне надежный слух о его якобы заинтересованному отношении к этому пареньку. Но если Нортон и получил его весточку, то она, без сомнения, затерялась в том хаосе новостей, что обрушил на его голову разворошённый как улей Союз. Впервые в своей жизни Титус был рад тому, что уступил в борьбе за титул магистра Нортону. Будь всё иначе то сейчас его голова разрывалась от того, что творилось в мире. Хотя если немного задуматься, то его голова и так болела из-за всего одного возмутителя спокойствия рядом с ним. - Ну и куда ты собрался если не домой? - Всё же поинтересовался Титус у Ричарда. -... - Задержавшись на минуту с ответом, Ричард всё же твердо посмотрел в нужном ему направлении. - … В Бар Йомена. - Ох. - Протяжно и жалко вздохнул, понимая, что подопечный шел туда отнюдь не из любви местных напитков. Галлюциногенная настойка на бородавках ядовитых жаб, поносного вида бурда из желчного камня болотной змеи, тошнотворная выжимка из сока десяти видов насекомых.... все эти напитки были столь же ужасными на вкус, как и на слух. Потому неудивительно, что в этот отстойник содержавшего его Ведьмака приходили отнюдь не ради того что бы выпить. Нет, там собирались те кто хотел выбраться во внешний мир и искал себе компанию. Но так же туда приходили и те кто хотел найти проблемы. Конечно же Ричард был из последних. Так как во вне отправлялись лишь те кто так и не смог ужиться в местных условиях, то затеять с ними драку за право забрать себе их имущество было вполне обыденным делом. Конечно же такие кадры как Титус были исключением, так как он мог вполне самостоятельно справиться с пиршествуем и не нуждался в поиске компаньонов. Но вепревых, у Титуса был слишком высокий уровень силы, что бы нашлись желающие побороться с ним, а во-вторых, у него так же было слишком мало ценного имущества, что бы такое желание вообще возникло у кого-то. С другой же стороны, собирающиеся в кучки малефики даже в большой массе не обладали подобным уровнем силы или степенью отваги, что бы попытаться уйти отсюда самостоятельно, но их желание покинуть это место, едва только обосновавшись, говорило о том, что у них есть нечто, что сможет обеспечить им жизнь во внешнем мире. Конечно же не было никакой гарантии что это "что-то" будет полезным, но в условиях где приходилось сожительствовать с паразитами, сдирать со стен плесень и готовить из неё похлебку, любая мелочь могла стать сокровищем. Так что время от времени, когда в Баре ведьмака Йомена собирались такие группки перебежчиков, находились смельчаки, что были не против пощипать на наличие чего ни будь ценного. Конечно же, до драк доходило не часто, так как стороны взвешивали силы друг друга. И если перевес был в сторону перебежчиков, то вторая группа отступала поджав хвосты, но если наоборот - то первые выворачивали свои карманы. Проблема же Ричарда была в том, что после всех тех случаев его огненной вспышки на Гиблых Топях осталось не так уж и много людей, готовых с ним посоревноваться. А те же кто был готов мокнуть паренька головой в грязь, не собирались никуда уходить и потому просто не пересекались с ним в конфликте. В итоге каждый поход Ричарда в Бар, был ничем иным как открытым грабежом слабых. Обычно Титус пропустил это мимо ушей, но частое повторение данного процесса уже снежным комом накатило на него с головой, испортив не только репутацию Ричарда, как главного задиры, но и авторитет Титуса, как его покровителя. Казалось бы в чём тут проблема? Ведь они оба достаточно сильны. Но то, что они сильны не означало, что они могут позволить себе игнорировать тут смутную грань установленных здесь правил. И пусть Ричард имел дело лишь со слабыми перебежчиками, но со временем обиженных им людей стало так много, что они объединились в сообщество, а это сообщество уже имело влияние на многих влиятельных здешних людей, что пусть и не прямо, но начали давить на Титуса. Как например тот портной, что монополизировал изготовление штанов, теперь он установил двойную цену на свой товар исключительно при продаже Титусу и Ричарду. И даже с перекупкой товара, получалась наценка что едва-едва не доходило той же цены, которую с него требовал сам портной. И это был не единичный случай. Некоторые другие продавцы так же изменили свое отношение к Титусу за его связь с Ричардом. А некто из затворников, с которыми Титус никогда не хотел бы связываться проявили к его персоне недоброжелательный интерес. В общем проблем было много. И все они одна за другой выплывали от Ричарда. Титусу даже начало казаться, что таким образом паренек ему просто мстит за прошло его отношение. Но так как доказать он ничего не мог, а остановить тем более, единственное что ему теперь оставалось... - Зайдем в бар ближе к полуночи. Все уже изучили твой привычный график и знают, что ты обычно плетешься в бар сразу после своей "вспышки гнева". Так что те, кто в серьез собирается отбыть, подходят ближе полуночи, всё равно Бар работает круглосуточно а Йомену плевать на то заходят ли к нему постояльцы или праздные зеваки. … Ему оставалось только присоединиться к грабежу и затребовать себе долю из награбленного. Ричард кивнул, соглашаясь с доводами Титуса. - Старые черепахи всё ещё не показывают своих голов? - Спросил он на всякий случай, имея ввиду тех с кем лучше не связываться без особой нужды. - Пока нет, просто наблюдают и ждут. - Упокоил его Титус. - Но в любом случае нам следует всё же проявить сдержанность, так как если мы заберем слишком много, то они вполне могут... затребовать себе долю. Если наше дело окажется слишком выгодным, то сам понимаешь, как на это отреагируют те кто сидел в этом болоте дольше прочих, но во время праздника не получил и ломтя хлеба из обильного стола. - …. - Ричард пожал плечами, но принял во внимание слова Титуса. Титус же в очередной раз сокрушался тем факто что он взял к себе этого возмутителя спокойствия. Кто же знал, что однажды сюда прибудет ещё больше таких людей, что вызывают беспорядки одним фактом своего существования. Скажи ему кто об этом раньше, то быть может... тогда... Тогда Титус вовремя сумел бы умыть руки и сбежать от этих проблем в ещё более необитаемое место. ******************************************************************************************************************************************************************************************* Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: перевод редактируется