Глава 37 — Глава 37.

Гав-Шаман выудил из кучи добычи упитанную курицу и уже собрался нести её к Лун Я, но кобольд в костяной броне преградил ему путь. — Вождь Лун Я предпочитает варёную пищу. Свари эту птицу, прежде чем подносить. Я отведу тебя к котлам. Кобольд привёл Гав-Шамана к костру, где стояли вымытые глиняные горшки. Кое-как ощипав дикую курицу, Гав-Шаман целиком швырнул её в горшок, залил водой и поставил вариться. Когда варево закипело, он взял горшок с куриным супом и направился в шатёр вождя. Жилище Лун Я представляло собой огромный шатёр из шкур. Внутри вождь и его приближённые как раз собирались трапезничать. Лун Я восседал на троне, сложенном из костей диких зверей. Он был огромен, даже сидя напоминая небольшую гору. Его тело покрывала характерная для кобольдов шерсть, но местами сквозь неё проступала золотистая чешуя, из-за чего кожа казалась бугристой и неровной. Шерсть вперемешку с чешуёй создавала впечатление, будто он страдает какой-то кожной болезнью. На самом деле это было признаком нечистой крови. Лун Я был рождён от дракона, но драконьей крови в нём было немного, поэтому чешуя росла так хаотично. Золотистые зрачки Лун Я уставились на вход в шатёр, где появился Гав-Шаман с дымящимся горшком. — Кушать подано! Куриный супчик! На лице Гав-Шамана застыла подобострастная ухмылка. Он водрузил суп на стол. Все присутствующие кобольды уставились на него. Гав-Шаман сглотнул и рефлекторно высунул язык, чтобы охладиться. — Блюда на столе, чего же вы не едите, господа? Кобольды перевели взгляды на сидящего в центре Лун Я. Раньше эти кобольды сами были вождями своих племён, но после того как Лун Я их разгромил, они предпочли подчиниться. Без приказа вождя никто не смел притронуться к еде. Лун Я обвёл взглядом собравшихся — никто не шелохнулся. Он остался доволен. Протянув руку, он оторвал от курицы ножку и уже открыл пасть, чтобы откусить, как вдруг почувствовал странный запах. Лун Я замер. Его золотистые зрачки сузились. Он поднёс окорочок к носу, принюхался... И узнал этот запах. Алый ядоплод. Его тяжёлый взгляд упёрся в тощего шамана-кобольда. Уголки губ поползли вверх. «Предатель? Любопытно». Под пристальным взором вождя Гав-Шаман затрясся всем телом, поджал хвост и почувствовал, что вот-вот оконфузится. — Я... я не буду мешать, я пойду! Гав-Шаман развернулся, намереваясь дать дёру, но голос Лун Я пригвоздил его к месту: — Стоять! Гав-Шаман застыл как вкопанный. Лун Я поднялся со своего костяного трона. Его рост превышал два метра. Он подошёл к Гав-Шаману, с издевательской ухмылкой на морде, и начал медленно кружить вокруг него. От этого дефиле у Гав-Шамана, чья совесть была нечиста, дрожь усилилась настолько, что зубы начали выбивать дробь. Клац-клац-клац. Лун Я остановился прямо перед ним и протянул ему куриную ножку. — Гав-Шаман, ты охранял племя гоблинов, это был тяжкий труд. Награждаю тебя этой ножкой! Гав-Шамана передёрнуло. Курица же отравлена! Босс Гоблин говорил, что от этой штуки сразу копыта откинешь, а он ещё пожить хочет! Язык Гав-Шамана заметался с удвоенной скоростью, дыхание сбилось: Ху-ха, ху-ха. Ужас сковал его целиком. Его поведение было настолько странным, что остальные кобольды начали перешёптываться. — Хм? Почему не ешь? Или может... там яд? И ты боишься! — прозвучал ледяной голос Лун Я. Гав-Шаман, скуля от страха, поспешно схватил ножку и откусил крошечный кусочек. — Ай-яй-яй... Вождь Лун Я шутит, откуда здесь яд? Ням-ням-ням, какой вкусный окорочок, просто объедение! Ешьте, вождь, ешьте все, чего вы на меня смотрите? Обливаясь холодным потом, Гав-Шаман продолжал уговаривать всех приступить к трапезе. Лун Я действительно вернулся на трон, оторвал вторую ножку и проглотил её. Увидев это, остальные кобольды тоже потянули лапы, разрывая птицу на части. Гав-Шаман, видя, что они и вправду едят, возликовал. В его воображении уже рисовалась прекрасная картина, как Босс награждает его десятью самочками. — Ну, я не буду мешать, я пошёл. Он снова попытался улизнуть, но следующая фраза Лун Я заставила его мочевой пузырь капитулировать. — Гав-Шаман, никудышный из тебя колдун. Ты даже не знаешь, что Алый ядоплод при варке теряет свои ядовитые свойства. Гав-Шаман, обмочившись от ужаса, рванул к выходу, но два кобольда-стражника у дверей сомкнули ряды, перекрыв путь. Гав-Шаман с размаху врезался в их мощные грудные мышцы, отлетел назад и плюхнулся прямо в собственную лужу. Кобольды в шатре были в шоке — зачем этот идиот пытался отравить Лун Я? Но видя его жалкое положение, все смотрели с насмешкой, ожидая, как он будет молить о пощаде. Но произошло нечто невообразимое. Гав-Шаман не стал умолять. Вместо этого он ударил кулаком по земле и заорал: — Эх! Твою ж мать! Раз уж вы всё знаете, к чёрту этот спектакль! — Я — верный пёс великого Короля Гоблинов, Поработителя всех рас, Бича миров, Уничтожителя богов, Единственного законного владыки Магического леса, Артура Луи Романова Цинь Шихуана! — Яд в суп подсыпал я! И даже если он вас не убил, живыми вам не уйти! — Скоро Король Гоблинов, Поработитель всех рас, Бич миров, Уничтожитель богов, Единственный законный владыка Магического леса, Артур Луи Романов Цинь Шихуан приведёт сюда свою армию, и вам всем конец! А-ха-ха-ха-ха!!! Гав-Шаман хохотал как безумный. Кобольды переглянулись в недоумении: этот парень что, служит сразу целой толпе хозяев с такими длинными титулами? Лун Я поманил пальцем, и стражники скрутили Гав-Шамана. — Тащите его на пытки. Выбейте из него информацию обо всех этих людях, чьи имена он назвал! Охранники гаркнули «Есть!», выволокли Гав-Шамана из шатра, и вскоре снаружи донеслись вопли. Лун Я сидел на троне с серьёзным лицом. Неожиданное появление стольких именитых врагов — Король Гоблинов, Поработитель рас... Имена звучали грозно, наверняка это могущественные воины. Нужно отнестись к этому серьёзно. Но Гав-Шамана пытали до глубокой ночи, избили до полусмерти, а он так ничего и не сказал. Держался как кремень. Лун Я даже проникся уважением. Каким зельем его опоили эти враги, что он так преданно хранит молчание? Лун Я, конечно, не знал о существовании системы «Mount & Blade». Гав-Шаман был сертифицированным системой НПС и физически не мог выдать информацию, вредящую Ли Циньу. Впрочем, это было неважно. Гав-Шаман пришёл не один. Лун Я не верил, что остальные кобольды такие же твердолобые. И действительно, стража легко выбила из рядовых кобольдов сведения о Гоб-Форте. Узнав, что отряд из нескольких сотен гоблинов отбил своё старое поселение, Лун Я хищно улыбнулся. Похоже, намечается славная битва! Однако вскоре улыбка сменилась яростью. Мясо, принесённое Гав-Шаманом, раздали племени. Большинство кобольдов не любили варёную пищу и сожрали его сырым. И тут началось. Хуже всего было то, что в племени царило право сильного. Первыми лакомые куски получили элитные бойцы и командиры. Более сотни крупных кобольдов теперь валялись на земле, держась за животы, воя от боли, дрища дальше, чем видели, и харкая кровью.