Глава 44. Нургл: Как же я хочу его, как же я хочу заполучить его!
Внутри крепости теперь укрывалось всё выжившее население планеты. Чтобы противостоять демонической армии Нургла, Гул'дан раздал оружие каждому жителю. В грядущей битве на стены должны были встать все — мужчины, женщины, старики и дети.
Обычно такой метод был применим против ксеносов, но не против Хаоса — слишком велик был риск осквернения. Даже элитные полки Астра Милитарум не всегда могли устоять перед тлетворным влиянием Варпа.
Но Гул'дан подстраховался дважды. Не стоило забывать, что Эстийский полк был смешанным — люди и некроны. Среди некронов были криптеки. Они настроили обелиски, создав огромное силовое поле, которое отсекало губительный шёпот Варпа.
Кроме того, у Гул'дана был припасён ещё один козырь — Источник Хонкай. В нужный момент он мог тайно заразить им всех защитников. Если он осквернит их первым, Хаос уже не сможет этого сделать. Именно поэтому Гул'дан и решился на такой рискованный шаг. Иначе в пылу битвы было бы не разобрать, кто бьётся на чьей стороне. Нередко случалось, что один отряд сражался с Хаосом на передовой, другой — бил ему в спину, а третий — прикрывал второй с тыла.
Хотя Гул'дану и не нравилась идея заражать других и превращать их в своих последователей, в данной ситуации это был, без сомнения, лучший выбор.
Сейчас Гул'дан тайком возвращался в крепость. Он уже достаточно «полакомился» демонами Нургла. Продолжать было рискованно — могли заметить. Пока не время раскрывать все карты, так что лучше было оставаться в роли лидера и руководить обороной из центра.
— Кстати, как там Железные Воины? Их флот? Бои уже начались?
— Нет. Наш флот, опираясь на планетарные системы обороны, держит их боевой корабль на расстоянии. Он пока не решается приблизиться. Ты что-то задумал?
— Хотел прикарманить их корабль. Лишнее снаряжение не помешает.
Гул'дан прищурился, изучая сводку разведданных. Прежние оборонительные системы планеты были выведены из строя, поэтому он и приказал всем отступить и спустить губернаторский дворец на поверхность. Теперь эта крепость, усиленная его материалами, мудростью древнего Дредноута и защищённая некронскими обелисками от шёпота Варпа, представляла собой грозное сооружение. По расчётам Гул'дана, она могла продержаться очень долго.
— Капитан, я бы не советовал этого делать, — вмешался голос из коммуникатора. — Я засёк нечто особенное, приближающееся сюда через Варп. Я продолжаю накапливать энергию. Нынешний Звёздный Рельс всё ещё слишком короток, и им пользуется слишком мало людей. Если бы его можно было увеличить хотя бы в сто раз, чтобы им могли пользоваться миллионы… мы бы смогли прорвать эту блокаду. И ты, как верховный командующий, мог бы напрямую использовать эту энергию.
— Говорить легко. Я и сам хотел бы тихо развиваться. Но это проклятая вселенная, сплошной гадюшник. Погоди, это… Отец Дождя Ротигус!!!
— Пока корабль Железных Воинов не приближается, можешь не обращать на них внимания. Кстати, если та тварь посмеет сунуться, врежь по ней из Мнимой пушки. Такое даже Пустотные щиты не удержат.
В этот самый момент Гул'дан ясно ощутил, как в ином измерении некто размахивает веткой, стремясь окропить мир «благодатной росой». Отдав два быстрых приказа, он временно отказался от плана абордажа вражеского корабля и устремил взгляд на собирающиеся в небе зеленоватые тучи.
Принцип действия Пустотного щита заключался в перенаправлении атаки в Варп. Но Мнимая энергия была несовместима с Варпом, поэтому могла мгновенно пробить такой щит. Конечно, его собственные Мнимые защитные поля были так же уязвимы для псайкерских атак.
Это была работа Ротигуса, Великого Нечистого, демона чумы.
Семикратное проклятие, семикратная болезнь, семикратное благословение!
Гул'дан почти слышал тошнотворно-сладкие гимны, звучащие в Эмпиреях. Это была гниль Нургла. Он хотел обрушить порчу на эту крепость, сокрушить её изнутри.
— Начинается, да? Хорошо, что я подготовился.
Глядя на сгущающийся в небе зелёный туман, Гул'дан достал боевое знамя.
Имитация: Чёрная Бездна и Белый Цветок — Режим Знамени.
Это оружие Гул'дан с самого начала готовил для борьбы с Нурглом. Знамя излучало ужасающую Силу Увядания. В Варпе оно было бы не так эффективно, но здесь, в реальности… Реальный мир был отделён от Варпа завесой. Не то что какой-то Отец Дождя — даже сам Нургл, явившись сюда лично, был бы ослаблен. И самое главное — Гул'дан действительно вложил в это оружие немало сил.
В этой войне он рассчитывал «съесть» хотя бы парочку Великих Демонов или даже демонических примархов, иначе всё это было бы немного убыточно.
— Осторожнее, этот ядовитый дождь очень опасен! — крикнул Вольво из окопа, глядя на небо. Затем он перевёл взгляд на стоявших рядом Плакальщиков. Они были на голову выше его и облачены в новейшую броню. Вольво никак не мог понять, как они так вымахали. Но потом он вспомнил слова Старейшины — тот был лучшим магосом биологис во всей Галактике. Древний Дредноут подтвердил. Вольво решил больше не забивать себе голову.
— Старейшина, вы в прошлом не так часто сталкивались с демонами. Этот ядовитый дождь оскверняет смертных. Если включить энергетические щиты, они быстро истощатся.
— Не беспокойтесь. Наш командир всё предусмотрел.
— Командир…
Хотя Вольво слышал это уже не в первый раз, он всё равно скривился. Кем был этот загадочный лидер, перед которым даже тысячелетний Дредноут выказывал такое почтение?
Впрочем, сейчас это было неважно. Гул'дан уже стоял на самой высокой точке крепости, держа в руках боевое знамя их ордена «Звезда Первопроходца».
А затем…
Дзииинь!
С чистым металлическим звуком Гул'дан вонзил древко знамени в камень башни.
В тот же миг чёрный барьер окутал всю крепость. Зелёные капли дождя посыпались с небес, но, коснувшись барьера, мгновенно теряли свою губительную силу. Чума исчезала, и на землю падали лишь капли чистой, сладкой воды.
Одновременно с этим волна живительной энергии прокатилась по крепости. Бесчисленные защитники почувствовали, как их раны начинают медленно затягиваться. Это была не ложная, буйная плодовитость Нургла, а сила, исходящая из самого источника жизни.
— Планы Господина всегда безупречны. Это реликвия нашего ордена. Теперь у нас достаточно воды. Готовьтесь к бою, они пойдут на штурм! — Дредноут Космических Волков усмехнулся, ощущая капли дождя на своём саркофаге.
Тем временем ходячие мертвецы медленно двинулись к стенам крепости.
Однако в этот самый миг в Саду Нургла, в глубинах Варпа…
Огромная фигура медленно открыла глаза. Колоссальное тело пришло в движение, и весь сад наполнился хвалебными песнопениями.
— Смерть… Какая чистая смерть… Кто? Кто это? Я хочу его. Я хочу заполучить его. Где он? Где он? Ах, вот оно что… Он там… Найти, найти того, кто обладает этой силой, и привести его ко мне!
Глаза Нургла лучились отеческой добротой. Он узрел Смерть и Жизнь. Созидающую Жизнь и Увядающую Смерть. Так похожие на него самого.
Нургл был милосерден. Он решил, что одно из его детей затерялось в этой помойке — реальном космосе. Такому существу место только рядом с ним, здесь будет лучше всего. Оно сделает его сад ещё прекраснее, а жизнь в нём — ещё обильнее.
В этот миг сердце Нургла дрогнуло. Это существо словно было создано для него. Милосердный Нургл желал одарить его своим благословением.
Но…
— Почему я не вижу тебя? Моё самое совершенное дитя, где же ты?
Нургл, подобно отцу, потерявшему ребёнка, метался по саду, в отчаянии ломая ветви. Почувствовав печаль Любящего Отца, бесчисленные нурглинги заплакали, их весёлые улыбки исчезли.
— Проклятый… Проклятый… Проклятый…
Гнев вновь охватил Нургла, неописуемая ярость. Если бы он вмешался лично, то непременно привлёк бы внимание Проклятого. Бледное солнце Императора внушало страх даже ему. Великий Разлом ещё не открылся, и он не мог действовать свободно. Иначе он немедленно разорвал бы завесу реальности и заключил своё любимое дитя в объятия. Он ничего не видел. Виной всему был Проклятый. Проклятый отнял у него любимое дитя, он скрыл его от взора Отца.
Однако рядом с ним стоял некто, чья рука, сжимавшая косу, дрожала.
Мортарион. Он ощутил жгучую враждебность к этому неведомому сопернику. Впервые он видел такое страстное желание в глазах Любящего Отца. Словно… этот неизвестный был важнее него, его примарха.
«Я — самый любимый сын Отца!»
Мортарион молча стиснул зубы. Но в этот момент…
— Я велел Тифусу приготовить редчайший артефакт Варпа. Он откроет тебе путь в реальность. Иди. Иди и верни своего брата.
— Слушаюсь, — процедил Мортарион сквозь зубы. Он как следует проучит этого «братца».
Он — благородный примарх. Кто смеет называть себя его братом?
---
Обновлено: 03.02.2026