С тех пор как Ноа воскрес в теле Лун Тяня, ему пришлось пересмотреть свои первоначальные планы.
Сначала он испытывал обиду на судьбу за то, что с ним произошло, но вскоре принял новую реальность и начал адаптироваться к ней.
Проснувшись в этом незнакомом теле, он тут же начал размышлять, как выйти из сложившейся ситуации, и вскоре составил несколько стратегий, предусмотрев различные возможные сценарии развития событий.
В самом худшем случае Ноа был готов прибегнуть к запретной магии, хотя и понимал, что это привлечет внимание могущественных людей, находящихся поблизости. Тем не менее, он посчитал необходимым держать этот вариант про запас - на крайний случай.
Дела шли хорошо, и он даже начал разрабатывать план, как расправиться с семьей Лун в качестве платы за тело, которое он теперь занимал.
Однако прежде, чем он успел приступить к его осуществлению, на горизонте возникла новая проблема.
Объятие Синь Янь - женщины, считавшей себя его мамой - вызвало в нем бурю эмоций. Это объятие пробудило не столько воспоминания Ноа, сколько самого Лун Тяня. Через них он многое узнал о ней.
Эта женщина посвятила свою жизнь сыну, с самого его рождения проходя через суровые испытания, лишь бы дать ему шанс на достойное будущее.
Наблюдая за ее безусловной любовью, Ноа вспомнил десятки матерей, которым помогал в прошлой жизни.
Давние воспоминания и эмоции, глубоко спрятанные в его сердце, всплыли наружу. Все планы, что он выстраивал с такой решимостью, начали рассыпаться, а он сам оказался в замешательстве.
Если бы Лун Тянь был сиротой, Ноа мог бы спокойно использовать его тело как жертву для проведения одного из запретных ритуалов своего мира.
Суть ритуала заключалась в том, чтобы превратить тело в чистую магическую энергию и использовать ее как топливо для создания нового тела, в которое он мог бы переселиться душой.
Хотя в его родном мире такая магия считалась табу, Ноа это не волновало - он считал все ветви магии священным искусством.
Так он надеялся начать новую жизнь с чистого листа.
Другой вариант предполагал, что у мальчика есть родители, но они им не интересуются. Тогда Ноа планировал набраться сил, а затем с помощью иных методов создать себе новое тело, при этом обеспечив Лун Тяню достойные похороны.
Но судьба сложилась иначе. Он оказался в ситуации, которую хотел бы избежать любой ценой - рядом с мамой, которая любила своего сына всем сердцем.
Мама, для которой сын был самым важным существом на свете.
Увидев, как она обнимает его с такой искренностью и теплом, Ноа просто не смог решиться на обман.
Снова нахлынули воспоминания о тех благодарных матерях, которым он когда-то помогал.
Но вместе с ними в нем пробудилось и нечто другое - знание, почерпнутое из воспоминаний самого Лун Тяня.
Воспоминания, принадлежавшие не нынешнему Лун Тяню, а тому, кем он был в прошлой жизни.
Да, Лун Тянь - тоже Перерожденный. Он жил на планете Голубая и погиб там, но каким-то образом смог сохранить свои воспоминания.
В прошлой жизни Лун Тянь читал множество историй, в которых герои оказывались в подобной ситуации и выбирали один из двух путей.
Первый - воспользоваться воспоминаниями умершего и вести себя так, будто ничего не изменилось, будто он просто повзрослел.
Принять на себя роль сына, обманывая и себя, и настоящих родителей.
А если бы те вдруг узнали правду, - соврать, что души слились воедино.
Но Ноа, будучи величайшим магом своего мира, прекрасно знал: истинное слияние душ невозможно.
Если две души борются за одно тело, возможны лишь два исхода - либо одна вытесняет другую, либо возникает новая личность, рожденная из конфликта.
Второй путь, по которому шли многие герои из тех историй, заключался в манипуляциях.
Они изменяли поведение семьи, завоевывали их доверие и использовали его для достижения своих корыстных целей, включая самые низкие и постыдные поступки.
Ноа же отвращала сама мысль о таких действиях.
С тяжким вздохом он перевел взгляд на женщину, в глазах которой отражались решимость и надежда.
В то же время в холодном взгляде Синь Янь таился скрытый страх, как будто она не хотела признавать очевидное.
Сделав глубокий вдох, Ноа принял решение. Он был готов рассказать ей правду - и о себе, и о судьбе ее сына.
И вот, его губы разомкнулись.
-Ты права… Я не твой сын. А теперь позволь рассказать, что с ним произошло.
С уголка глаза Синь Янь скатилась слеза, но она лишь сжала губы, решив узнать всю правду до конца.
-В тот день, когда он покинул клан ради участия в отборе...
----------------------------------------------
Несколько часов до смерти Лун Тяня
Лун Тянь, только что покинувший ворота родового поместья, направлялся в городской зал, где проходил отбор.
Сегодня в город прибывали представители Секты Парящего Неба, чтобы набрать самых талантливых учеников.
Как и многие другие, Лун Тянь с нетерпением ждал возможности узнать, какими способностями он обладает, чтобы наконец ступить на путь культивации.
Культивация - это искусство преобразования энергии окружающего мира в силу, укрепляющую тело и дающую человеку сверхъестественные способности.
Секты же предоставляют культиваторам среду для роста, усиливая тем самым и себя.
В этом мире культиваторы почитались выше обычных людей.
Многие стремились к славе и бессмертию, но лишь немногим удавалось начать этот путь.
Каждый год город устраивал отбор для детей четырнадцати лет - единственный шанс вступить на путь культиватора.
Для Лун Тяня стремление к культивации было глубоко личным: он хотел защитить себя и свою маму, дать им достойную жизнь.
Все изменилось, когда отец покинул их ради пути культивации.
После его ухода дед выгнал их в заброшенный двор - он никогда не одобрял брак отца с "не той" женщиной.
И лишь потому, что мама была культиватором, её не выгнали совсем.
Перед уходом отец Лун Тяня устроил ему брак с девочкой из клана Сяо - той самой заносчивой девчонкой, которую он терпеть не мог.
Он слишком многое повидал в прошлой жизни, чтобы не распознавать гниль за красивыми улыбками.
А еще, его кузен, которому тоже нравилась эта девушка, постоянно измывался над ним.
Даже если Лун Тянь мог победить его в честном бою, против прислуги кузена он был бессилен.
Разорвать помолвку он не решался - не хотел причинить боль маме, думая, что это она с отцом приняли такое решение.
Глядя на свою мрачную юность, Лун Тянь думал:
"Почему я не могу нормально поговорить с мамой? Видимо, раны прошлого глубже, чем я думал. Но это надо менять."
Пока он думал, знакомый голос, всегда вызывавший у него раздражение, вывел его из раздумий.
-Лун Тянь, ты ТОЖЕ на отбор собрался?
Он сразу уловил в голосе скрытую насмешку - хотя та старалась изо всех сил, скрыть её ей не удавалось.
Он обернулся и увидел красивую девушку в красных одеждах, с мечом на поясе.
Светлая кожа, острый взгляд, гордая осанка, золотистые волосы - все говорило об утонченности и высоком мнении о себе.
К его разочарованию, перед ним стояла его невеста.
"Стоило только о ней подумать… Вот же надоедливая стерва."
Он терпеть не мог эту двуличную девку, но ради репутации семьи приходилось сдерживаться.
Именно такие моменты лишь подстегивали его стремление к силе и свободе.
-Да, думаю, все ребята нашего возраста туда направляются, госпожа Сяо Мугоу.
(Прим: Мугоу (母狗) - вульгарное обращение "сука" по-китайски.)
Он ответил вежливо, с каменным выражением лица, скрывая настоящие чувства.
Услышав это, девушка поморщилась:
-Я Сяо Мэй!
Но злость в ее голосе нисколько не изменила выражение его лица.
С детства она не знала значения этого слова, и Лун Тянь только дивился ее глупости - она даже не пыталась узнать, что оно значит.
"Ей в лицо говорят, что она сука - а она не понимает. Удивительно."
Лун Тянь посмеялся про себя, не выдав эмоций.
Затем ловко сменил тему:
-Ой, простите, у меня всегда проблемы с именами. Думаю, нам стоит поторопиться, чтобы не опоздать.
Девушка кивнула, ничего не заподозрив, и они вместе направились к городскому залу.
Обновлено: 18.02.2026